33

Итак, рассказчик всё ещё обуреваем, как, возможно, выразился бы сам Кэрролл, Научным Поиском. С физики его внимание внезапно переключается на биологию, и такой переход совершенно неслучаен. Жизнь зоофитов здесь и ботаника несколько далее, к концу первой части, — два самых, пожалуй, популярных в ту эпоху предмета учёного обсуждения в научных кругах и светского разговора на учёные темы среди широкой публики. С исследования зоологии морских беспозвоночных, с систематики моллюсков, кишечно-полостных и оболочников во время плавания к берегам Австралии в 1846-1850 годах на судне «Рэттлснейк» начал свою научную деятельность Гексли (несколько ранее, ещё до поступления на медицинское отделение при Черинг-кросской лечебнице, Гексли наобум взялся участвовать в публичном (!) конкурсе по ботанике и получил серебряную медаль). Герберт Спенсер, прослушав блистательный доклад Гексли об океанских гидроидных на съезде Британской ассоциации в 1852 году, использовал кое-какие из приведённых в нём фактов в своей работе «Теория популяции, выведенная из общего закона плодовитости у животных», в которой впервые было высказано знаменитое суждение: «Ибо в обычных условиях безвременно погибают те, в ком меньше всего способности к самосохранению, а отсюда с неизбежностью следует, что выживают и дают продолжение роду те, в ком способность к самосохранению проявляется с наибольшей силой, то есть отборная часть поколения» (цитата по книге У. Ирвина). Из последующих публикаций следует выделить популярную, но тщательно иллюстрированную книгу «Главк, или Сокровища прибрежных вод» 1855-го года (переиздания следовали ещё и в XX веке), автор которой, Чарльз Кингсли, с улыбкой, но и не видя способа уклониться, приводящий в ней Спенсерову максиму «выживает сильнейший» — впоследствии создатель других знаменитых викторианских сказочных повестей (из которых известнейшая — «Дети воды»!) и литератор социалистического толка.

Названных авторов опережал Дарвин: его вторая, вышедшая после «Путешествия натуралиста на корабле „Бигль“», книга (1842), была посвящена строению и распределению коралловых рифов, а в 1848 году Дарвин приступил к работе над фундаментальным трудом об усоногих рачках, одна своеобразная группа которых попалась ему на чилийском побережье ещё во время плавания на «Бигле». Эта работа длилась восемь лет, в течение которых препарирование рачков «сделалось в семье Дарвина чем-то до такой степени привычным и неизбежным, что один из малышей, рождённый на свет, когда работа была в самом разгаре, спросил об одном из их соседей: „А где он режет рачков?“» (У. Ирвин, названная книга), и, по словам крупнейшего английского ботаника Джозефа Гукера, превратила Дарвина из наблюдателя-натуралиста, собирателя коллекций жучков, костей, камней и проч., в собственно учёного-естествоиспытателя.

34

Это замечание Профессора о своём коллеге наводит на предположение, что в образе Другого Профессора заключена пародия на Леонардо да Винчи, который, по воспоминаниям современников, в значительной степени сам являл собой как бы пародию на гения науки: он завёл себе обыкновение спать по пятнадцать минут каждые четыре часа и был столь же мало способен подолгу сосредотачиваться на какой-либо одной проблеме.

35

Вероятно, Бруно вспомнилась детская песенка:

Дядя, дядя, не хотите

Поменяться вы со мной?

Если палец мне дадите,

Дам я тоже пальчик свой!

Эта песенка входит в известное собрание английских детских стишков и песен «Рифмы Матушки Гусыни».

36

Имеется в виду так называемое в англоязычной математической литературе «правило трёх», или тройное правило. Неизбежная (и главнейшая!) принадлежность курса элементарной математики, всё ещё носившего в кэрролловскую эпоху сугубо утилитарный уклон (т. е. предназначенного для начального и вместе завершающего образования «коммерческих классов» общества — торговцев и ремесленников) и допущенного в так называемые общественные школы (для детей высших классов, ранее изучавших почти исключительно классических писателей) и колледжи лишь к концу первой трети XIX века, да и то при полном отсутствии доказательной части арифметики, «правило трёх» представляет собой всего лишь способ решения и практического применения пропорции. Оно нередко поминается Кэрроллом в сочинениях самого разного жанра, причём в данном случае особенно к месту. Суть комического эффекта заключается в самой ситуации гротескного «взаимозачёта», как о том говорится ещё в самой первой книге по теории расчётов, содержащей изложение тройного правила (издана в 1514 году в Аугсбурге; цит. по: Вилейтнер Г. Хрестоматия по истории математики. Вып. I. Арифметика и алгебра. Гос. технико-тоеретич. изд., М.-Л., 1932. С. 10. Пер. П. С. Юшкевича.): «Тройным правилом называется... золотое правило, с помощью которого совершаются все торговые расчёты всех ремесленников и купцов; оно называется так в гражданском обиходе... ибо содержит в себе три величины, при помощи которых можно вычислить всё».

37

Кэрролл обыгрывает слово «Докленд» — так называются обширные районы доков в Лондоне и других портовых городах Британии.

38

Ср. следующий диалог между маленькой принцессой и её прабабушкой-королевой из сказочной повести современника Кэрролла и его близкого друга Джорджа Макдональда «Принцесса и гоблин»:

«„Ты знаешь, малышка, как меня зовут?“ — „Нет, не знаю“, — ответила принцесса. — „Меня зовут Айрин“. — „Но это меня так зовут!“ — воскликнула принцесса. — „Я знаю. Это я позволила, чтобы тебя назвали моим именем. Не я взяла твоё имя. Тебе дали моё“. — „Как это так? — озадаченно спросила принцесса. — Моё имя всегда у меня было“. — „Когда ты родилась, твой папа, король, спросил меня, не буду ли я возражать, чтобы тебе дали моё имя. Я, конечно же, не стала возражать. Я с удовольствием разрешила тебе носить его“. — „Это было очень любезно с вашей стороны, дать мне ваше имя — такое красивое имя!“ — ответила принцесса. — „Ну, не так уж и любезно! — сказала женщина. — Всё равно ведь имя — это такая вещь, которую можно одновременно и передать другому, и оставить у себя. У меня есть много таких вещей“».

Здесь, возможно, уместно замечание в духе Мартина Гарднера о предвосхищении информатики как науки. Как известно, обмен, при котором один из участников обмена передаёт нечто другому участнику, но сам в то же время этого не лишается, называется информационным обменом, а это нечто — информацией. Данное свойство нетривиально, оно резко отличает такой вид взаимодействия от обмена массой или энергией, поскольку не подпадает под универсальные «законы сохранения».

39

Звезда под названием Вега появляется здесь неслучайно. Всё лето, с поздней весны по осень, Вега является ярчайшей звездой северного неба. Она находится в созвездии Лиры (согласно греческим мифам, это лира Орфея, которая была перенесена на небо Музами как вечное напоминание об Орфеевой любви и верности), но для нас интересно то, что древние бритты называли это созвездие Артуровой Арфой.

40

Маркиз Монтроз — знаменитый генерал роялисткой армии эпохи революционных войн и поэт тоже, хорошо известный читателю по роману Вальтера Скотта «Легенда о Монтрозе». Рассказчик цитирует хрестоматийное стихотворение Монтроза «Моя бесценная и единственная любовь», написанное в 1642 г.