– Доктор Уэлливер?

Кэрол кивнула:

– Анна ушла из компании много лет назад, после того, как ее мужа убили в Аргентине. Но мы знали, что ей можно доверять. Мы также знали, что «Вечерня» достаточно удалена и защищена, чтобы девочка была в безопасности. Именно поэтому следующего ребенка мы тоже отправили в «Вечерню».

– Уилла Яблонски.

– Невероятное счастье, что его не было в том доме, когда взорвалась бомба. Я приехала как раз вовремя и утащила его.

– А что же сорвалось с Тедди Клоком? Вы ведь знали, что произойдет. Вы знали, что следующее нападение будет на него.

– Этого не должно было случиться. Дом был защищен, система безопасности включена. Произошла ужасная осечка.

– Вы так считаете? – огрызнулась Джейн.

– Я расставила агентов возле особняка, они дежурили круглосуточно. Но в ту ночь им приказали покинуть посты.

– Кто приказал?

– Они заявили, что это я их отозвала. Неправда.

– Они солгали?

– Все имеет свою цену, детектив. Надо просто повышать и повышать ставку, пока не добьешься своего. – Кэрол принялась кругами вышагивать по комнате. – Теперь я не знаю, кому можно доверять и насколько высокие звенья цепи уже задействованы. Я знаю только, что за этим стоит Икар и что он еще не закончил. Ему нужны эти трое детей. И ему нужна я. – Остановившись, она резко обернулась, чтобы посмотреть на Джейн. – Я должна положить этому конец.

– Как? Если вы не можете доверять своим людям.

– Поэтому я и вышла за пределы компании. Я делаю все по-своему, со специально отобранными людьми, на которых я могу рассчитывать.

– И вы рассказываете все это, потому что доверяете нам? – Джейн посмотрела на Фроста. – Вот так новость.

– Во всяком случае, Икар вас не подкупил.

– Откуда вы знаете?

Кэрол рассмеялась.

– Два детектива из отдела убийств, и один из вас скаут. – Она взглянула на Фроста. – О, я поинтересовалась вашим прошлым. И не шутила, когда назвала вас скаутом. – Кэрол перевела взгляд на Джейн. – А ваша репутация – это что-то.

– Неужели? – удивилась Риццоли.

– Если я употреблю слово «сука», не стоит обижаться. Так я называю женщин вроде нас. Потому что мы не идем на компромиссы, не останавливаемся на полпути. Мы пинаем мяч до конца. – Она едва заметно поклонилась. – Суки уважают друг друга.

– Боже, я польщена.

– Я хочу сказать, – продолжала Кэрол, – что нам пора работать вместе. Если вы хотите, чтобы дети уцелели, вам нужна я, а вы нужны мне.

– У вас в голове созрел реальный план или это альянс в принципе?

– Я не выжила бы, если бы у меня не было планов. Мы заставим Икара выдать себя.

– Как?

– Для этого нужны дети.

– Что ж, – проговорил Фрост, – мне не нравится то, что я слышу.

– Вы еще ничего не слышали.

– Вы упомянули о детях. Но мы никогда не согласимся подвергнуть их опасности.

– Они уже в опасности, разве вы не понимаете? – рявкнула Кэрол. – Если бы не я, Уилла и Клэр уже не было бы в живых. Я была с ними, я спасла их.

– А теперь хотите их использовать? – Фрост посмотрел на Джейн. – Ты понимаешь, что она запланировала?

– Дай ей сказать, – попросила Джейн, не сводя глаз с Кэрол.

Она ничего не знала об этой женщине, не знала даже ее настоящего имени и еще не решила, стоит ли доверять ей. Суки уважают друг друга – этот девиз может сработать, только если ты знаешь другую суку. Джейн знала лишь то, что видела, а видела она атлетически сложенную блондинку сорока с лишним лет, на которой были дорогие сапоги и еще более дорогие наручные часы. Женщину, окутанную легким флером безысходности. Если Кэрол говорила им правду, значит она работала на компанию лет с двадцати пяти. Последние два года она была в постоянном движении, меняла имена, а это было бы очень сложно, если бы пришлось тащить за собой еще и семью. Она одинокий волк, решила Джейн. Выживает, потому что делает все необходимое, чтобы выжить.

– Я знаю, что вы беспокоитесь о детях, – сказала Кэрол. – Но если мы не покончим с этим, они никогда не окажутся в безопасности. Пока дети живы, они остаются для Икара воплощением его неудачи. А он хочет показать миру, что с ним не стоит связываться. Что он будет безжалостен, если ему станут прекословить. Подумайте, во что превратится жизнь детей, если мы не убьем его. Каждый год им придется менять имена и места жительства. Бежать, все время бежать. Я знаю, что это такое, и не желаю подобного ни одному ребенку. Особенно подросткам, которые так хотят иметь друзей, так жаждут стабильности. Это их единственная возможность жить нормально, им даже не обязательно знать о том, что произошло.

– Как вы собираетесь скрывать это от них?

– Они уже и так там, где нужно. В легко обороняемом месте. С подъездной дорогой, которую просматривают. В школе, где полно преподавателей, которые способны защитить их.

– Минуточку. Вы хотите сказать, что Энтони Сансоне знает об этом?

– Ему известно лишь, что дети в опасности и им нужна защита. Я попросила доктора Уэлливер сказать ему только это, без подробностей.

– Так, значит, ему не известно об операции?

Кэрол отвела взгляд.

– Даже доктор Уэлливер о ней не знала.

– А теперь она умерла. Как такое могло случиться?

– Я не знаю, почему она покончила жизнь самоубийством. Но у меня уже есть два агента на территории школы, и там появятся еще другие люди. Три подростка, оказавшиеся в школе, – это дети моих коллег, оставшиеся в живых, и я буду обеспечивать их безопасность. Это мой долг перед коллегами.

– Так дело действительно в детях? – поинтересовалась Джейн. – Или только в вас?

Правда читалась на лице Кэрол, в искаженных дугах ее бровей, в легком наклоне головы.

– Да, я тоже хочу жить спокойно. Но это получится только тогда, когда я уничтожу его.

– Если, конечно, сможете узнать его при встрече.

– Любой вооруженный самозванец будет убит. А с телами можно разобраться потом.

– С чего вы решили, что Икар заявится самолично?

– Просто я его понимаю. Для него эти дети – очень ценные жертвы. Да и я тоже. Он удовлетворится, только когда самолично увидит, что мы умерли. А раз все мы соберемся в одном и том же месте, ему трудно будет устоять перед соблазном. – Кэрол взглянула на часы. – Я теряю время. Мне надо ехать в Мэн.

– Чего вы хотите от нас? – осведомилась Джейн.

– Чтобы вы держались подальше от всего этого.

– Тедди Клок – мой подопечный. А вы, дамочка, слишком сильно нарушили границы своих полномочий.

– Меньше всего мне нужны несведущие полицейские, палящие по собственным теням. – Кэрол посмотрела вниз, на свой звонящий телефон. Отвернувшись от собеседников, она быстро ответила: – Говорите.

Джейн не видела лица женщины, но заметила, как напряглась ее спина, как резко расправились плечи.

– Мы едем, – резко ответила она и отключила связь.

– Что случилось? – спросила Джейн.

– У меня был агент на месте. В школе.

– Был?

– Только что обнаружили его тело. – Кэрол посмотрела на Джейн. – Похоже, мы добрались до финального акта.

– Нам нужно эвакуироваться, – сказал Сансоне, отпирая сейф в антикварном зале.

Он распахнул дверцу, и там обнаружился лежавший внутри пистолет. Маура посмотрела, как быстро Сансоне заряжал девятимиллиметровые пули в магазин, и удивилась, насколько хорошо он, судя по всему, был знаком с этим оружием. Маура никогда раньше не видела его с пистолетом, а тут получалось, что Энтони был не только прекрасно знаком с ним, но и полностью готов им воспользоваться.

– Если мы разбудим детей прямо сейчас, – проговорил он, – то через десять минут можно будет выехать.

– Куда же мы их повезем? – спросила Маура. – Выехав за ворота, мы станем уязвимыми. Вы превратили этот замок в крепость, Энтони. У вас тут система безопасности, непробиваемые двери. – «А еще у вас пистолет», – мысленно добавила она, наблюдая, как тот вгоняет магазин на место. – Джейн велела запереться и ожидать ее приезда. Это мы и должны сделать.