— Почему это кажется тебе невозможным? — тихо переспрашивает Синь Шэнь, ещё крепче обнимая меня, — Никто никогда не видел смысла в развитии собственной тени. Но это не значит, что это невозможно. Моя сила тому прямое доказательство.
— Твои тени бесплотны, — парирую.
— Они вполне могут обрести плоть, если я того пожелаю. Но необходимость в этом не появлялась ни разу, — отзывается на это гэгэ, а я надолго замолкаю, — ты спокойно приняла тот факт, что Чжу Цин была воплощением Цветка Алого Пламени. Но не хочешь верить в то, что наследный принц был лишь тенью Бао Чжаня. А-Юэ, я могу понять твою растерянность, но не позволяй ей превращаться в границы внутри твоего сознания.
— Гэгэ, я не хочу верить, что он больше не вернётся, — неожиданно для себя начинаю тихо плакать на груди лиса.
Надежная рука появляется на моей спине и начинает осторожно поглаживать, давая мне шанс вылить все накопленные слезы и смешать их с целебными травами в нашей купели…
— Я знаю, чего ты так боишься, — тихо произносит Синь Шэнь, — Но апатия вновь не завладеет тобой: в этот раз ты выстоишь и двинешься дальше. Это две с половиной тысячи лет назад ты была молодой Богиней, не способной справиться с первыми чувствами. Теперь ты сама считаешься древней и мудрой. И ЕГО исчезновение не сокрушит тебя — лишь сделает сильнее.
— Я не хочу быть сильнее. Я хочу вновь ощутить на себе мужские руки, — невольно вырывается из меня в момент предельного откровения.
Синь Шэнь застывает, прекращая мягко гладить мою спину.
А до меня доходит, что я только что сказала…
— Гэгэ, прости… я не подумала… — пытаюсь оправдаться.
— Думаю, пыльца уже вышла из моего тела, — лис отстраняет меня от себя, желая выбраться из купели.
— Шэнь-гэгэ, это вырвалось по глупости…
— Понимаю: у тебя нет подруг, с которыми ты могла бы обсудить своё одиночество, — отстранённым голосом произносит Бог, не глядя на меня… — Мне нужно время, чтобы осмыслить твоё отношение ко мне… — после этих слов он молча поднимается и идёт к ступеням из купели.
— Синь Шэнь, прошу тебя… — останавливаю его, обняв руками и крепко прижавшись к теплой спине, — ты мне нужен!.. Пожалуйста, не лишай меня своей дружбы…
— Ты убиваешь меня, а-Юэ… — слышу его надломленный голос и не понимаю, почему моё собственное сердце начинает стучать быстрее.
Тем временем Синь Шэнь кладет ладонь на мои плотно сомкнутые вокруг его талии руки и едва слышно добавляет:
— …но я не могу отказать, когда ты просишь.
— Ты простишь меня? — шепчу ему в спину, касаясь мокрой кожи своими губами.
— Я всегда прощаю тебя. Что бы ты ни натворила, — тихо отзывается лис.
А в следующее мгновение он исчезает, оставляя меня одну.
Стою, ощущая, как мёрзнет мокрое тело без чужого тепла на прохладном воздухе…
Понятия не имею, сколько времени проходит… вода внизу успевает остыть…
Опускаю взгляд на своё тело, облепленное мокрой тканью… затем выбираюсь из купальни. Щелчком пальцев испаряю влагу с кожи и одежды; взмахом ладони притягиваю халат из спальни и облачаюсь в него, безотчетно двигаясь вперёд — на выход из дома… Выйдя за порог и отдалившись от него на значительное расстояние, запахиваю халат поплотнее и вновь щелкаю пальцами…
Передо мной появляется демон, скованный моей личной печатью ещё два месяца назад — во время вторжения на территорию Белого Озера.
Отстранённым взглядом смотрю на бессмертного, находящегося на грани обморока из-за длительного пребывания под давлением моей силы.
Освобождаю его от оков, наблюдая за тем, как тот падает на землю.
Жду, когда он придёт в себя и попытается сбежать, — позволяя алым лентам в это время бесшумно выбраться на свободу и величественно возвыситься надо мной… — и отправляю своё оружие в кровавый танец, убивая беглеца самым диким способом.
Алые капли, попавшие на моё лицо и тело, успокаивают мой разум.
Я хранила этого демона на территории Шёлковой Долины, чтобы преподнести Тао в качестве извинения. Я оставляла его при себе, зная, что наследник небесного клана уже нашёл все ответы — и без моей помощи. Я не отпускала пленника после объявления о смерти принца, веря, что тот сможет вернуться даже из великого небытия… Я не желала расставаться с мыслью, что сын владыки станет частью моей жизни — и продолжит наполнять меня самим желанием жить.
Сегодня последняя надежда испарилась.
И я должна была на ком-то выместить всё своё отчаяние, весь свой гнев и всю свою боль!..
Я держала это в себе слишком долго…
Подобное подавление могло впоследствии навредить моему духу — сейчас, глядя на кровавые ошмётки тела своего естественного врага, я очень хорошо это осознавала.
Без эмоций.
Одним лишь умом.
Я не такая сильная, как считает Синь Шэнь. Я слабая. И моя душа сейчас болит, обливаясь кровью…
Но в одном лис прав — это испытание я пройду и не замкнусь в себе: то, что пробудил во мне Тао, будет жить.
Иначе в его недолгом существовании пропадёт какой-либо смысл…
ГЛАВА 7. Истинная форма гигантской белой змеи
— Древнейший, — склоняю голову, ощутив его прибытие.
Я сняла защиту этим утром и, учитывая всё произошедшее вчера в Небесном Дворце, естественно ждала гостей.
Любых гостей.
Но только не древнего Бога…
— Воздух вашей долины пропитан запахом крови, — произносит тот ровным голосом.
— Это не кровь небожителей, — отвечаю, не глядя на него, — но кровь врага.
— Я ощущаю страх и безысходность. Тому бессмертному не посчастливилось стать вашим врагом, — протягивает Бао Чжань.
Ничего не отвечаю. Слегка удивляюсь тому, что мой посетитель способен ощутить эмоции демона, которого я растерзала вчера на этой самой поляне…
Но никак не показываю ему своих чувств.
— Я слышал, в это время Высшая Богиня обычно следит за тренировкой своих учеников, — продолжает Бао Чжань, прогуливаясь по моей земле, — но сегодня я застал вас возле вашего дома.
— Высший Бог Лин Хун в данный момент следит за моими учениками, — отвечаю отстранённо, затем перевожу на него взгляд, — но я не думала, что древнейшего может волновать распорядок дня этой Богини.
Я не пошла к ученикам, чтобы лишний раз не мозолить глаза Синь Шэню. Моя выходка вчера… могла серьёзно вывести лиса из себя. Сама не понимаю, каким образом он смог меня простить. Я бы себя не простила.
Я оскорбила его вчера. Оскорбила своего единственного друга. И я должна была дать ему время прийти в себя…
— Вы игнорируете обращения Летописца, — встречая мой взгляд, произносит Бао Чжань.
— У меня есть причины делать это, — отвожу глаза, не проявляя интереса к беседе.
К этому моменту древнейший уже должен был переработать воспоминания Тао и понять, что тот был мне дорог. Думаю, не стоит объяснять, почему я разочарована мудрецом, скрывшим от меня тайну происхождения моего жениха?..
— Вы прибыли сюда из-за него? — спрашиваю ровно.
Затянувшаяся пауза в ответе вынуждает меня посмотреть на древнего Бога. Что это за выражение лица? Он изучает меня?
— Я прибыл сюда по просьбе владыки, — звучит неожиданный ответ, — условия, которые вы поставили перед принцем Цяньконом, невыполнимы.
— Это не я их поставила. Первый принц сам их поставил перед собой, — протягиваю, спускаясь по тропинке к своему дому.
— Вы вмешались в процесс наследования власти правящего клана, — произносит Бао Чжань — но произносит слишком лениво для того, чтобы я поверила, будто это действительно волнует его.
— Я лишь сказала о том, что не склоню голову перед низшим божеством, — отзываюсь ровно.
— И после этого вы вернулись в долину к своим ученикам, отмахнувшись от того хаоса, что создали сами.