— Лучше головная боль, чем мутация, — резонно заметил Симон.

— Но мы же не маги, — резонно заметил Чэнь, — мы бывали в очагах и обходились без этого.

— Вы бывали в слабых очагах, — ответила Октавия, — в этом давление скверны будет не в пример выше. Лучше перестраховаться.

Минжу кивнула и, глядя на Чэня, добавила:

— Слушайте Максимилиана и остальных. Не подводите меня, — затем она обернулась к нам и добавила. — Берегите себя. Я знаю, вы способны на многое, но не могу не тревожиться. Если бы не вы, Максимилиан….

Она не договорила. Но я понял, что она говорит о своём спасении из лап Нгуена. Симон улыбнулся ей в ответ:

— Не волнуйся. С учителем нам ничего не грозит.

— Я верю вам. Просто… будьте осторожны. Очаг Эпсилон — это не шутки.

— Я всегда осторожен, — заверил я её.

Дед хмыкнул:

— Просто часто его осторожность выглядит как безрассудство.

Али усмехнулся:

— Тогда до встречи в деревне. Постарайтесь не наделать слишком много шума в очаге.

— А вы постарайтесь не попасться на проверке с гремлинами в багаже, — парировал я.

Мы попрощались, и Али с Минжу спустились на причал. Я наблюдал, как они уходят к своему грузовику, как Минжу оборачивается и машет нам напоследок.

— Отходим! — скомандовал Чэнь.

Ли и Вэй отвязали швартовные канаты. Плавучий дом медленно отошёл от причала, подхваченный течением.

Чэнь встал за штурвал. Судно плавно развернулось и взяло курс вверх по реке.

Я стоял на террасе второго этажа, наблюдая, как позади остаётся причал, город, суета торгового квартала. Впереди расстилалась река. Широкая, тёмная, загадочная.

А по её краям теперь, вместо городских пейзажей, расстилались густые джунгли.

— Учитель? — Симон появился рядом.

— Да?

— Спасибо, — тихо сказал он. — За всё это. За то, что поверили мне. За то, что взялись помочь.

Я положил руку ему на плечо:

— Ты мой ученик, Симон. А я не бросаю своих людей. Никогда.

Он молча кивнул.

Где-то внизу Октавия спорила с Бланш о том, кто будет готовить ужин. Дед комментировал их дискуссию саркастическими замечаниями. Команда лодки сосредоточенно вела судно по фарватеру.

Всё было готово.

Впереди нас ждал очаг. И всё, что скрывалось за ним.

И я уже отправил вперёд своих теневых разведчиков. Похоже, наша речная прогулка будет интереснее, чем я думал.

Первые часы плавания прошли на удивление спокойно. Река текла неторопливо, берега радовали густыми зарослями бамбука и каких-то тропических деревьев с широкими листьями.

Иногда мимо проплывали другие суда — рыбацкие лодки, небольшие баржи с товарами, ещё пара плавучих домов.

Река Сяохэ оказалась на удивление многолюдной там, где этому не мешала скверна.

И мы действительно не выделялись из общей картины.

Я стоял на террасе второго этажа, наслаждаясь видом и утренним кофе.

Чэнь оказался не только опытным лодочником, но и неплохим бариста. Правда, сам он почему-то называл свой напиток «крепким чаем», но я узнал бы вкус кофейных зёрен где угодно.

Резкий звук металла о металл заставил меня обернуться.

На носу плавучего дома, на небольшой свободной площадке, Симон тренировался бою с кинжалами. Движения были быстрыми, точными, почти гипнотическими в своей ритмичности. Он использовал едва заметную, но всё же присутствующую качку корабля как дополнительное усложнение.

Выпад влево, компенсируя движение воды. Разворот, удерживая баланс на неустойчивой поверхности. Серия ударов, каждый рассчитан с учётом того, что пол под ногами живёт своей жизнью.

Я спустился вниз и подошёл к нему. Симон заметил меня боковым зрением, но не прервал тренировку, сначала завершил текущее упражнение, а затем плавно выпрямился и повернулся ко мне.

На его лбу блестели капли пота. Дыхание было ровным, но я видел, что он тренируется уже давно.

— Доброе утро, учитель, — поприветствовал он.

— Доброе, — я отхлебнул кофе. — Симон, не перегори. Нам всем нужно быть свежими и отдохнувшими прежде, чем начнётся настоящее дело. Так что, лучше представь, что ты сейчас в отпуске.

Он покачал головой, убирая кинжалы в ножны:

— В монастыре Канваров не будет ровного пола. Буду сражаться на горных уступах, узких мостах, скользких камнях. Качка корабля — отличная подготовка.

Логично. Слишком логично для того, чтобы быть единственной причиной.

— А может, ты просто не можешь усидеть на месте? — предположил я.

Симон замялся:

— Возможно, и это тоже.

— Нервничаешь?

— Немного, — признался он. — Мы так близко, учитель. До монастыря всего день пути. А там… там, может быть, она.

Я положил руку ему на плечо:

— Именно поэтому тебе нужно сохранять силы. Тренировка — это хорошо. Но изматывать себя до изнеможения — плохая идея.

— Я контролирую нагрузку.

— Контролируешь, — согласился я. — Но всё равно берёшь больше, чем нужно. — Я выдержал паузу. — Симон, кого бы мы ни нашли в том монастыре, ты справишься. Ты уже доказал, что достаточно силён.

Он кивнул, но в его глазах всё ещё читалась тревога.

Впрочем, я его понимал. Много лет ожидания, надежды, неизвестности невозможно, просто выбросить из головы парой успокаивающих слов.

— Через десять минут закончу, — пообещал он. — Нужно завершить сет.

Я усмехнулся:

— Конечно. Только не перегрейся на солнце.

Он снова взялся за кинжалы, и я вернулся на террасу, оставив его наедине с тренировкой.

Дед, устроившийся неподалёку на лавке с видом на воду, хмыкнул:

— Трудоголик. Напоминает мне кое-кого в молодости.

Я бросил на него многозначительный взгляд:

— Я не был настолько одержим.

— Был, — спокойно отозвался дед.

— И почему я сейчас больше верю твоему дедуле? — улыбаясь спросила Октавия, появившись из-за угла с чашкой чая.

— Ничего удивительного, — пожал я плечами и пошутил, — дед специализируется на компрометирующих историях, а ты на их коллекционировании. Вы идеальная пара вредителей. Может, оставить вас наедине, пока обсуждаете мои недостатки?

— Что ты, Макс! — Октавия поставила кружку на ближайшую свободную поверхность и с озорной улыбкой быстро приблизилась и обняла меня за шею, — я искренне считаю, что ты абсолютно идеален и вообще не имеешь недостатков!

Дед фыркнул и закатил глаза.

— Даже для того, кто не чувствует вкуса, это слишком сладко…

— Не завидуй, — отмахнулась Октавия.

Ближе к полудню Чэнь предложил нам пообедать. Ли, который выполнял обязанности кока, приготовил что-то на небольшой плите в углу главного помещения.

Мы собрались вокруг низкого стола. Я, Октавия, Симон, Бланш и дед. Команда корабля предпочла есть отдельно, на палубе.

Ли принёс большое блюдо, от которого шёл интенсивный запах — смесь специй, чего-то кислого и чего-то… странного.

— Это местный деликатес, — гордо объявил он. — Ферментированная личинка речного жука в остром соусе. Очень питательно!

На блюде лежали… существа. Размером с палец, желтовато-серые, с хрустящей корочкой снаружи. Соус, в котором они плавали, был ярко-красным и пахнул перцем.

Октавия склонила голову набок, изучая блюдо:

— Интересно. А какие они на вкус?

— Ореховый привкус, — объяснил Ли. — С лёгкой кислинкой от ферментации.

Симон умело подхватил одну личинку палочками:

— Между прочим, это и правда вкусно. И питательно.

Он отправил личинку в рот и довольно прожевал.

Октавия последовала его примеру. Её реакция тоже оказалась позитивной:

— О! И правда есть ореховый привкус! И остренькое!

Я взял свою порцию. Действительно, хрустящая оболочка, мягкая начинка, сложная композиция вкусов. Не то чтобы я снова заказал это в ресторане, но для местной экзотики — вполне приемлемо.

Дед, естественно, отказался:

— Я предпочитаю более… живую еду. И желательно с кровью.

Конечно, он пошутил, лич не нуждается в еде. Ни с кровью, ни без неё. Но наши спутники-люди после этих слов заметно напряглись и, поклонившись, быстро удалились.