За Ступенью Контроля следует Ступень Небесной Сферы. Она естественное продолжение соревнования щита и меча. Мастер, вступивший на неё, умеет накрывать себя щитом со всех сторон, чтобы избежать внезапного удара в дупу. А воин-чародей, который ей в полной мере владеет, сжимает сферический щит практически до состояния второй кожи, которая не мешает ни двигаться, ни драться, ни швыряться магией в супостатов. Говорят драка с таким — страшное дело, потому что он практически неуязвим. А бой двух подобных мастеров — не только опасное, но и малопонятное зрелище. Сила, скорость и ловкость с движением по Ступеням растёт, а вот время на создание новой волшебной атаки снижается до нуля. Воины-чародеи Небесных Сфер двигаются и фигачат магией очень быстро. Но кроме этого предпочитают сходиться в бою на малых дистанциях. С ростом расстояния от атак слишком просто становится уворачиваться, а они сами неизбежно «теряют часть заряда в атмосфере». Щит же расположен вплотную к телу, работая на всю катушку. Вот и выходят у них перестрелки на пистолетной дистанции, порой переходящие в рукопашную. Можно ведь бросить максимум энергии на защиту, сократив расстояние до нуля за долю секунды и тупо зарубить оппонента каким-нибудь дрыном по методе детской Ступени Постижения. Потерь энергии-то нет и вся богатырская силушка сосредоточена по кромке клинка, а не размазана по щиту на всё тело. Правда тоже дело рискованное. Того, кто к нам с мечом бежит, могут всё таки расстрелять по пути.

Впрочем это лирика, мне бы на Ступень Контроля сейчас взобраться, а не думать о преддверии превращения в настоящую живую стихию. Хотя, как сообщил Мергаралодон, этот процесс начинается ещё с инициации и данный факт даёт мне надежду выбраться из всего этого дерьма побыстрее. Чем больше я энергия и чем меньше человек, тем слабее на меня влияют чисто животные потребности в еде, сне и том же воздухе. А если у меня не будет необходимости дышать под водой, то теоретически я смогу тупо вернуться домой так же, как попал сюда. Течение там конечно быстрое и водопады высокие, но силёнок во мне уже немало и скалолазанием меня не удивить. Вполне смогу цепляться драконьими когтями за дно подземных рек, как ледорубами. И со встречным потоком с водопада тоже как-нибудь справлюсь. В худшем случае меня в него мои копии пропихнут. Так что да, нужна новая ступень и можно будет пробовать, тем более что дракон сам сказал, что я смогу уйти, когда посчитаю, что готов к мести. Возможно кстати из-за этого он меня поначалу и пытался почмырить при каждом удобном случае.

— Кхе-кхе — раздалось деликатное покашливание одной из моих копий, возвращающее меня к действительности.

— Что-то он сегодня долго — размял я шею, быстро возвращая на место пояс с танчжуаном и окутываясь тенями.

Один же из моих двойников наоборот приобрёл заметно более устойчивую форму, копируя меня для внешнего наблюдателя, который подплывал к острову под водой. Для Мергаралодона я по прежнему оставался чем-то средним между учеником и питомцем, за счёт которого можно развлекаться. Глупые словесные подначки про блоху и прочее он со временем оставил, но вот неожиданные нападения и просто желание меня погонять не утратил. Однако и я не стоял на месте, так что застать меня врасплох на его острове дракону становилось всё труднее. Летающий ящер, не смотря на свой размер, был довольно неплох в скрытности и по началу мог упасть на меня из под потолка, прилетев абсолютно бесшумно. Причём должен заметить, что когда тебя вдавливают лапой в камни до хруста рёбер — это малоприятно. А боль естественным образом вырабатывает умение смотреть во все стороны в четыре глаза. Однако в какой-то момент трюк с полётом перестал срабатывать и начались крокодильи рывки из под воды. От них у меня в какой-то момент и прорезалась вторая копия. Без неё достаточно плотно контролировать окружающее пространство просто уже не получалось, а необходимость как известно мать всех изобретений. Сегодня же история с броском из под воды повторялась и я со своими двойниками почти привычно рассредоточился, укрывшись за камнями. Впрочем как мы отследили какую-то неправильность в озере, так и Мергаралодон наверняка точное знает, кто и где. Однако разве это повод терять надежду и переставать самосовершенствоваться? Явно нет.

Но всё равно выскочивший в куче брызг дракон рванул именно на меня, разинув пасть. Пару раз он меня уже слегка пожевал и повторять данный опыт не хотелось, так что я рванул в сторону, а с боку выпрыгнула моя копия, ударив кусаригамой в угол губ ящера. Место там весьма чувствительное, так что дракон дёрнул головой в сторону, защищаясь и сбивая себе удар. Мне удалось этим воспользоваться, совершив встречный прыжок на спину Мергаралодона, заодно избегнув его передних лап. Они заметно короче человеческих рук, между лопаток особо не почешешь. Однако моей копии повезло меньше, когтистая конечность её просто раздавила. Минус один. И плюс один одновременно. Я создал нового двойника и мы с ним одновременно ударили в точки, где начинают свой рост перепонки крыльев. Дракон коротко рыкнул и перекатился через спину. Пришлось очень резко спрыгивать, чтоб не стать слегка двухмерным.

А затем уворачиваться сначала от хвоста, а потом от огненного плевка. Пламя заставило меня и двойника прыснуть в разные стороны, но Мергаралодон естественно сосредоточил своё внимание именно на мне и через пару мгновений моя тушка отлетела, получив тыльной стороной драконьей лапы. В наших схватках он каждый раз скорее шутковал, чем дрался всерьёз, однако даже от удара в неполную силу мои рёбра треснули, а из первого целительного амулета на поясе потекла энергия. Ящер двинулся ко мне, изображая добивание, но с двух сторон на него прыгнули копии, целя кусаригамами в глаза. Дракон сбил их взмахом крыльев, но вынужден был остановиться. Махнул перепонками вперёд — получи импульс в обратную сторону.

Двойники же успешно приземлились и мы втроём ударили магией, целя в голову противнику. Тот закрылся лапой, перекрывая заодно себе обзор, чем было решено воспользоваться, сходу атаковав. Однако опустив конечность ящер сразу плюнул огнём, пришлось подпрыгивать вверх над пламенем и укрываться снизу щитом, чтобы даже на расстоянии не закоптиться. Тут меня дракон и подловил, схватив лапой так, что кости затрещали.

— Если не умеешь летать, то не стоит прыгать в воздух так высоко — раздался его голос.

— Не сгорать в огне я тоже не умею — пожал я плечами — К тому же сегодня в любом случае получилось подольше.

— Всё равно жалкие несколько секунд борьбы и всё — отозвался дракон, разжав лапу.

— Путь в тысячу ли начинается с первого шага — озвучил я народную мудрость — Раньше не было и одной. Да и кровь я тебе магией или клинком и близко не пускал.

— Это говорит не в твою пользу, ученик — усмехнулся ящер, а затем вывалил передо мной крупного кальмара из пространственного кармана — Ладно. Займись готовкой, перекусим и у меня будет для тебя подарок.

— Звучит интригующе — хмыкнул я, рубанув кусаригамой по первому щупальцу.

Его тут же подхватили копии и потащили к духовке в виде проплавленной в скале ниши, исписанной изнутри иероглифами и искривлёнными чертами. Мергаралодон в какой-то момент оценил тот факт, что пища может быть горячей, а не сгоревшей снаружи и сырой изнутри. Даже как-то раз прогулялся со мной до месторождения каменной соли, о котором знал. Жаль только о путях наружу ему ничего не было неизвестно. Будь иначе, я не рассматривал бы в серьёз перспективу лезть вверх по водопадам и рекам в каменных желобах. Но подземье огромно, возможно чтобы добраться до другого выхода мне придётся пройти расстояние с пол континента. Впрочем не будем о грустном, сейчас надо приготовить перекус, пожрать, а потом будет что-то интересное. И наверняка смертельно опасное. У чешуйчатого негра было довольно специфическое представление о подарках.

Быстро организовав перекус, благо кальмаров как раз не стоит долго запекать, чтоб не стали резиновыми, я перетащил приготовленную добычу в пещеру, по пути бросив взгляд на «наскальную живопись». Своё единственное хобби я по прежнему не забросил и время от времени занимался резьбой по камню. Красок-то нет, а до того чтобы малевать что-то кровью добычи без какой-либо практической необходимости моя шиза пока к счастью не дошла. Так ведь и черепа для трона черепов можно начать собирать. Так что работать приходилось доступным инструментом. Кстати людей и животных за все эти дни ни разу не изобразил, ограничиваясь лишь пейзажами и растительными мотивами. Мергаралодон, как ни странно, мои потуги одобрил, однако успел качественно меня достать, требуя шедевр с собой любимым в главной роли. А лучше два. Первый, где он жжёт пауков в товарных количествах, второй, где повергает кор’шкора. Однако я продолжал морозиться, пока что сделав лишь наброски фона. Однако даже такие подвижки неплохо подогревали преподавательский энтузиазм огромной ящерицы. Причём в первую очередь в том, что касается работы с энергией внутри себя самого. В конце концов чтобы резать камень, как масло, в нож нужно подавать немало магии, а для этого необходим хороший резерв. Который я старательно тратил на тренировках и охотах, на которые меня с острова закидывал летающий крокодил. Всё таки наблюдать за драками в пещере дракон любил немногим меньше, чем любители боёв без правил за действом в октогоне. Да и вообще был не чужд любых развлечений, потому как в огромной каменной каверне их объективно мало. Я, оказавшись в относительной бещопасности, это осознавал особенно сильно, потому что в принципе был избалован прошлой жизнью на Земле. В конце концов там можно было отправиться вечером в клуб или концертный зал, послушать музыку дома, посмотреть фильм в кинотеатре или просто глянуть сериал перед монитором, увидеть картинки в интернете или сходить в музей, посмотрев уже на картины и скульптуры с прочими экспонатами, отправится на матч любимой команды или включить спортивный канал на телевизоре, почитать книги или приобщиться к поэзии, в конце концов просто поиграть в компьютер… Список доступного досуга был практически бесконечен, проблемой был лишь выбор лучшего, а не худшего. Дракон в этом был не столь искушён, по сути живя бирюком, развлекающимся лишь охотой или битвами не на жизнь, а насмерть, но первые были однообразны, а вторые редкостью. В чужие-то каверны летающий крокодил без веских причин не лазал, после пауков к нему тоже никто не лез с недобрыми намереньями, а о скелетах сородичей, которым требуется огненное погребение, информации не было. Однако Мергаралодон оставался разумным существом и ему заходили как вырезанные на стене пещеры листья растений поверхности, так и просто возможности понаблюдать за чужой охотой или шутливо надавать мне по шеи, выскочив из засады. Пристрастился он и к разговорам… Разве что молчал о своём возрасте, как партизан в застенках гестапо, и ничего не рассказывая о том, с каких лет у летающих крокодилов начинается хотя бы зрелость. От чего у меня сложилось впечатление, что по драконьим меркам мой чешуйчатый знакомец тот ещё сопляк. В эту теорию вписывалось даже его желание посамоутверждаться за мой счёт, напоминающее поведение некоторых подростков. Молчал он помимо прочего о своём детстве и о том, как драконы вообще выводят потомство. Хотя тут могу его понять. Бытует мнение, что мелкие крылатые ящеры крайне уязвимы, да и вообще с рождаемостью у них большие проблемы. При таких раскладах я бы тоже молчал обо всём, связанным с потомством, в тряпочку. Но хоть иную информацию давал и хорошо. Как бы там ни было, а драконы о мире и магии знали очень немало. Всё упиралось лишь в наши различия, как разумных видов, не все приёмы гигантских ящеров в принципе повторяемы людьми-стихийниками.