Так что, имея столько данных, мы можем сравнить и сделать выводы… те, кто видел и кто знает, находят, что рабочий в «Жерминале» не настоящий северный фламандский рабочий».

Нашлись и такие, кто утверждал, что «Жерминаль» — произведение несамостоятельное, что Золя многое позаимствовал из книг других писателей. На эти клеветнические обвинения весьма обстоятельно ответил Морис Франс в «Оторнте» 3 мая 1886 года:

«…Что касается господина Золя, то кличка плагиатора ему уже приклеена со времен выхода в свет «Занадии», когда его обвинили в том, что он списал «Le sublime» господина Дени Пуло. И вот теперь — «Жерминаль». Ему бросают в лицо обвинение в использовании романа Мориса Тальмейера «Le Orison». Я имею честь лично знать господина Тальмейера, он мне весьма симпатичен, я высокого мнения о его таланте. «Le Orison» — произведение значительное, которое надо читать. Но именно этот случай показывает те превращения, которые может пережить один и тот же сюжет, пройдя через противоположные темпераменты. В самом деле, «Жерминаль» и «Le Orison» — две книги, дополняющие одна другую и объясняющие одна другую. Что же касается книги господина Пулло, это куча курьезных документов, собранных человеком, который хорошо знал народ, но не имел времени или таланта переварить их».

Передовые люди Франции и других стран мира видели в романе Золя произведение выдающееся, которое одухотворено великой идеей гуманизма. Поль Лафарг, прочитав «Жерминаль», отметил: «Указать роману новый путь, вводя в него описание и анализ современных экономических механизмов-гигантов и их влияние на характер и участь людей, — это было смелым решением. Одна попытка осуществить это решение делает Золя новатором и ставит ею на особое, выдающееся место в нашей современной литературе»[5].

Жан Жорес, давая 12 февраля 1898 года показания но делу, возбужденному против Золя по жалобе военного министра, заявил: «В его лице они преследуют человека, который дал научное и рационалистическое разъяснение природы «чудес», того, кто в «Жерминале» провозгласил рождение нового человечества, выступление пролетариата, который вырывается из бездонных глубин страдания и идет к солнцу».

В России перевод «Жерминаля» почти одновременно появился в трех журналах: «Наблюдатель», «Изящная литература», «Книжки недели». В 1885 году он вышел отдельной книгой. Это свидетельствует о том, что роман о революционной борьбе французских пролетариев был созвучен идеям п стремлениям русского народа.

В 1892 году в «Вестнике Европы» была напечатана статья В. Андреевича, в которой он писал: «Один роман Золя может сделать больше, чем сделают тысячи статей, исследовании и памфлетов. Всякий поймет, прочитав его, ясно и отчетливо самое важное зло того общества, в котором ому приходится жить… Золя — человек большого ума и огромного художественного таланта, и он написал книгу, которую, конечно, можно назвать одной из самых важных книг конца этого века; та закваска, которую вынесет из «Жерминаля» душа чуткого и впечатлительного читателя, есть самое нужное для того, чтобы наше время было переходной ступенью к лучшему будущему».

В большом очерке, посвященном жизни и творчеству создателя «Ругон-Маккаров», Иван Франко, высоко оценивая общественное значение романа о шахтерах, писал в 1898 году, что роман «Жерминаль» по богатству материалов, но глубине проникновения в сущность жизни углекопов является «самым лучшим п самым могучим созданием Золя».

Консервативная печать России отнеслась к роману отрицательно. В книге шестой за 1885 год журнал «Русская мысль» писал, что «за грязной и звероподобной иногда оболочкой он (Золя. — С. Л.) не в силах рассмотреть человека и его души».

«Наблюдатель» в книге одиннадцатой за 1885 год пишет: «Золя имеет смелость думать, что мир одряхлел и что нечто новое стоит за его стонами и ждет агонии пресыщенного жизнью старца, чтобы дать начало новому порядку вещей».

В связи с наложенном ареста Казанским комитетом по делам печати на «Жерминаль» (1908 г.) было заведено цензурное дело. Цензор в своем заключении отмечал, что в этой книге в «художественно-беллетристической форме трактуется об отношении труда и капитала, с освещением этого вопроса с точки зрения социалистических учений, то есть рабочие представляются жестоко и нагло эксплуатируемыми богачами, выжимающими из них последние соки». Цензор полагает, что «некоторые эпизоды написаны с целью вызвать ненависть к существующему общественному строю, возбудить одну часть населения против другой, бедных, рабочих — против буржуазии и вообще богатых людей».

Роман «Жерминаль» получил глубоко положительную оценку со стороны большевистской критики. По случаю десятилетня со дня смерти Эмиля Золя газета «Правда» в № 165 от 28 октября 1912 года напечатала статью, посвященную создателю «Ругон-Маккаров». Отмечая значительные заслуги Золя перед человеческим обществом, «Правда» писала: «…ища тех, кто перестроит его (человеческое общество.-Г. Л.), кто возьмет на себя труд очистки земли от насилия и рабства, Золя все более и более приходит к мысли о рабочих, он дал картину положения и борьбы рабочих в романе «Жерминаль»… и книга эта давно стала любимым чтением западноевропейских рабочих. Ее должен прочесть и всякий русский рабочий. Золя чувствовал, что именно в рабочем классе зреют новые человеческие отношения… Золя не был выходцем из рабочей среды, хотя и начал жизнь голодающим приказчиком в книжной лавке. В его произведениях поэтому часто еще сказывается отношение к рабочему классу просто как к наиболее угнетенному классу, а не как к творцу новой жизни».

Н. К. Крупская в своих воспоминаниях о В. И. Ленине пишет: «Когда я приехала к Ильичу в ссылку, я с интересом рассматривали его альбом, где были фотографические карточки разных политкаторжан, было две фотографии Чернышевского и между ними — фотография Золя. Я спросила его, почему он хранит у себя в альбоме именно фотографию Золя. Он стал мне говорить о деле Дрейфуса, которого защищал Золя, потом стали обмениваться мнениями о произведениях Золя, п я рассказала ему, какое сильное впечатление произвел на меня роман Золя «Жерминаль», который и впервые читала в то время, когда усердно изучала том «Капитала» Маркса. В романе «Жерминаль» описывается французское рабочее движение, и, между прочим, там дана фигура русского анархиста Суварина, гладящего ручную крольчиху и в то же время твердящего, что необходимо «все сломать, все разрушить»[6].

В своем романе «Жерминаль» Золя достиг значительной широты в воссоздании действительности и суровой правды в описании жизни людей труда, хотя его мировоззрение не было свободно от иллюзии по поводу возможности мирного разрешения общественных конфликтов.

С. Емельянинов

ИЛЛЮСТРАЦИИ

Тереза Ракен. Жерминаль - p2.jpg
Тереза Ракен. Жерминаль - p3.jpg
Тереза Ракен. Жерминаль - p4.jpg
Тереза Ракен. Жерминаль - p5.jpg
Тереза Ракен. Жерминаль - p6.jpg
Тереза Ракен. Жерминаль - p7.jpg
Тереза Ракен. Жерминаль - p8.jpg
Тереза Ракен. Жерминаль - p9.jpg
вернуться

5

Цит. по книге: М. Клеман. Эмиль Золя. Гослитиздат, 1934, с.

вернуться

6

«В. И. Ленин о литературе н искусстве». Гослитиздат. 1№ 0. с. 020.