Выбившись из сил, я рухнул на песок. Пот катился градом.

— Теперь понятно, — произнёс я, пытаясь отдышаться, — почему Зарождение Души… это другое царство… У вас, как адепта… случился качественный переход.

Учитель не ответил, продолжая восстанавливать силы. Глядя сквозь два барьера на постепенно надвигающиеся сумерки, я наконец понял, в чём смысл конкретно ЭТОЙ тройной формации… Да и вообще всего особняка.

Олень с самого начала собирался устроить прорыв именно ЗДЕСЬ. Три ныне спящих внешних контура большой магической печати. Затем ещё три публичных, защищающих особняк. И наконец, внутренний двор, закрываемый ЭТОЙ тройной формацией.

[Матрёшка из барьеров нужна, чтобы защититься от Кары Неба! Точнее, не совсем так. План Оленя куда более сложный.]

Учитель выиграл время, поставив первый барьер с односторонней проницаемостью. Технически Небо ещё не знает, что Милош «Книгаж» прорвался на стадию Зарождения Души [4+]. Как только Олень выйдет наружу, с неба ударит молния такой мощи, что весь квартал снесёт ко всем чертям.

[Не уверен, что учитель в нынешнем состоянии сможет выдержать такую нагрузку.]

Это я по себе сужу. На мои прорывы Небо швыряло молнии, смертельные для любого другого адепта стадии Очищения… А тут прорыв за стадию Зарождение Души [4+].

[Надо три нолика к силе разряда? Или это конкретно ко мне Поднебесье неровно дышит?]

Я лежал на песке, смотря на смеркающееся небо. Мысли пролетали в голове одна за другой. Внимание раз за разом цеплялось за два барьера надо мной.

Тут до меня дошло, в чём смысл.

— Так это ловушка! — произнёс я, указывая на висящий над нами барьер. — Вы с самого начала знали, что за сферой с Фираксисом придут. Теперь хотите подпустить грабителей поближе, чтобы потом накрыть всех Карой Неба, вызванной вашим прорывом?

Сидя в позе для медитации, учитель едва заметно улыбнулся и кивнул.

Вытянув руку перед собой, Олень написал на песке всего одно слово:

«Спасибо».

— Да не за что. Всё же вы мой учитель…

Кряхтя по-стариковски, поднимаюсь с песка.

— … Приводите себя в порядок. Моё сканирование заметило снаружи четырёх скаутов. Как минимум трое из них от разных нанимателей… О! Пятый разведчик появился… Теперь они заметили друг друга и начали общаться.

Стерев предыдущее послание, Олень снова написал:

«Поднимись в мой кабинет. Левый нижний угол стола. Там хранится артефакт связи в виде зажима для галстука».

Вернувшись в дом, я сначала налил себе воды в личную кружку на разгромленной кухне. Из-за мощных вибраций почти вся посуда слетела с полок и побилась.

[Да что же мне так везёт! Сначала жильё в квартале ополченцев. Потом дом алхимика Гаммадура… Где бы я ни останавливался, это место в итоге превращается в руины.]

Переодевшись, я заодно принял пару «Пилюль Лечения». Вибрации четвёртой стадии повредили больше трёх десятков сосудов.

Поднявшись в кабинет Оленя, подошёл к столу-хранилищу и достал оттуда артефакт связи. Как и говорил учитель, эта штука походила на самый обычный зажим для галстука.

Влив в него немного ауры, я произнёс:

— Учитель, вы меня слышите? Раз-раз.

Несколько секунд раздавалась тишина. Затем из артефакта зазвучал голос:

— Слышу. Твоя сила Пустоты поглощает колебания от Дальноречи. Я как-то позабыл об этом. Хорошо, что оставленный здесь артефакт связи пригодился… Будь добр, ученик! Принеси своему учителю чего-нибудь поесть с кухни. Я в последние дни был сильно занят… Уже и не помню, когда ел в последний раз.

Пока я спускался с лестницы на первый этаж, Олень вдруг снова заговорил:

— Касательно Баукау… Мне уже известно, кто его послал.

— Владелец того странного оружия?

Звук из артефакта вдруг затих. Учитель молчал секунд пять и затем продолжил:

— Моя вторая жена… Она адепт-убийца экстра-класса. Не скажу, что наше расставание вышло мирным. Пожелай она меня всерьёз убить, я бы однажды не проснулся… Привычка спать, сидя внутри формаций, появилась как раз из-за неё. Маонори приняла мой уход как личное оскорбление и затаила обиду… А женщины… Они знают, как и когда можно ударить побольнее.

Мне всё сразу стало понятно. Некая Маонори хотела лишить Оленя его заветной мечты — сорвать прорыв на стадию Зарождения Души [4+]. Баран выступил в роли камикадзе, ждавшего этого момента. Тот странный клинок уцелел бы в случае его самоподрыва. Получилась бы эдакая необычная подпись от бывшей жены.

[Не зря говорят: «Не стоит злить женщин». Маонори не один год ждала, чтобы ударить Оленя побольнее. Не окажись я здесь, план мести вполне мог свершиться.]

Уже практически дойдя до кухни, я заметил приближение сразу пятёрки адептов на стадии Заложения Основ [2+]. На часах — десять вечера. До полуночи осталось не так много.

— У нас гости, учитель! — произнёс я скороговоркой. — Пятеро противников на стадии Заложения Основ [2+]. Вроде бы не местные. Лиц не узнаю. Идут к одному из скаутов, дежурящих снаружи. Погодите… Ещё один адепт на стадии Золотого Ядра [3+] переместился через Талисман Телепортации. И ещё один…

Не успел я договорить, как особняк накрылся силовым барьером. Защита от сканирования тоже никуда не делась. Теперь узнать о том, что тут творится, можно, только вскрыв барьер.

Всё. Шутки кончились. Как только солдаты завершат эвакуацию мирного населения, незваные гости пойдут на штурм.

7 мая (час ночи)

Если бы случайный наблюдатель парил сейчас над Ностромо, ему бы предстала удивительная картина. Второй по степени важности район города полностью обезлюдел.

У ворот, ведущих в квартал гарнизона, солдаты выставили оцепление. Все ради того, чтобы мародёры не прорвались в зону боевых действий. Буквально в трёх шагах от постов охраны бойцы из Гильдии Наёмников перемахивали через забор. Косые взгляды, попытка сунуть в руку стражи пару золотых… Ещё более злой взгляд в ответ.

— Пошёл вон отсюда! — глухой рык доносится из-под шлема. — Будь наш Лорд здесь, вас бы всех казнили.

— Вот только его здесь НЕТ, — наёмник улыбнулся, демонстрируя полный ряд золотых зубов. — Ваш Лорд… Шкура по имени Пакур… Вызван в столицу вместе со всей своей свитой. А ваш капитан Моралле… Вот беда! Слёг от какого-то недуга… В больничке сказали, что его спасёт лишь благодать от Неба. То ли кто из моих ребят с ядом перестарался… То ли коллеги помогли… Так что закрой пасть и ОТВЕРНИСЬ!

Наёмник сунул пару золотых стражнику в руку. Тот перевернул ладонь, давая монетам упасть на землю.

— Не могу! — зло процедил солдат. — Если ты, придурок, ещё не понял, то я сам живу в этом квартале. А вы с дружками хотите его разграбить.

Обладатель золотых зубов довольно оскалился:

— Такова жизнь, служивый, — он развёл руками. — Ты охраняешь место, а мы ищем возможности подзаработать. И нет! Мы, наёмники из «Тридцати Двух», всегда выполняем задание, за которое взялись. Не путай нас с грабителями или тем более с мародёрами. Лучше за местным ворьём приглядывай… Мы кое-кого прибьём, заберём своё и покинем город до рассвета.

Наёмник кивком указал на монеты, упавшие на землю. Уже ночь. В свете факелов на земле поблёскивали оранжевые кругляши.

— Ты их лучше подними, служивый. Или землёй присыпь и потом тайком забери. Деньги любят уважение. Главное — в этот «чумной квартал» не лезь! — обладатель золотых зубов жёстко глянул в прорезь шлема. — Ваш Лорд-шкура свалил в столицу, чтобы под ногами у серьёзных людей не оказаться. Сюда скоро ТАКИ-И-И-Е адепты прибудут, что ими деток пугают по ночам… Вас, ПРИСЛУГУ… Пакур вывел наружу под предлогом очага вируса. Не хотел лишних смертей… ШКУРА.

Рука стражника сжала древко копья.

— Как тебя зовут, наёмник?

— Рейсур, — золотозубый довольно оскалился. — Капитан отряда «Тридцать Два». Я тут вроде как за главного. Раздаю деньги твоим коллегам, пока наниматель не пришёл. Вам ему на глаза лучше не попадаться. Чужих в живых он точно не оставит. Так что этой парой монет я дважды пытаюсь уберечь тебя. Сегодня возьмёшь их и уцелеешь. А завтра будет на что жить.