— Охайо, полковник.

— Доброе утро, Мичи.

— Я хотел бы поблагодарить вас за мое освобождение. Для бывшего врага вы ведете себя благородно.

— «Бывший» — это слово из штабного лексикона, Мичи. — Вульф кивнул в сторону закрытой двери. — Он там?

— Да, полковник. Он ждет вас.

Мичи сделал шаг в сторону и снова поклонился. Вульф открыл дверь и вошел в комнату. Мичи закрыл ее за ним.

Миноби сидел на кровати в позе лотоса. Где-то в соседнем городе Мичи смог раздобыть кимоно из белого блестящего шелка, которое сейчас было на нем. На его фоне четко выделялось темное лицо Миноби. Глаза его были закрыты; он был совершенно спокоен и расслаблен.

Когда Вульф вошел в комнату, он поднял веки.

— Вы хотели видеть меня, — сказал Вульф.

— Благодарю, что пришли.

Жестом Миноби показал Вульфу на кресло в ногах кровати, но Вульф, не обратив на него внимания, остался стоять.

— Вы не передумали? — спросил он.

— Нет.

Миноби снова поднял руку, чтобы остановить возражения Вульфа.

— Прошу вас, не будем спорить. Никакие ваши слова не заставят меня отступить от своих намерений. Та точка, в которой еще можно было изменить судьбу, пришла и исчезла. Когда Акума начал свою кампанию, дабы накрепко привязать Драгун к Синдикату, дорога еще оставалась открытой. Последняя возможность была упущена во время вашей поездки в Люсьен. И после того как Самсонов получил хокку от Лорда Куриты, катастрофы уже было не избежать. Интересно, как много событий в цепи изменений происходит осенью, ибо осень — это время перемен, не так ли? — Миноби помолчал, но чувствовалось, что он и не ждал ответа. — Мне всегда нравилось время перемен, — задумчиво продолжил он.

Миноби видел, как Вульф хочет что-то сказать, но остановил его.

— Я хочу вас попросить об одолжении, — сказал он.

— Я сделаю все, что вы ни попросите.

— Вы соглашаетесь, даже еще не зная, в чем суть? — Миноби с насмешливым удивлением посмотрел на Вульфа. — Нет, это явно не тот подозрительный Джеймс Вульф, которого я знал столько лет.

— Вы никогда не будете просить того, что я не смог бы сделать, — уверенно ответил Вульф.

Миноби снизу вверх посмотрел в серые глаза своего друга, который стоял перед ним. И всем своим существом он согласился с тем, что ему говорили глаза и сердце.

— Вы искренне верите в это.

— Верю.

— Очень хорошо. — Миноби изменил позу и встал, а Вульф отступил, чтобы дать ему место на маленьком пространстве. Миноби привел кимоно в порядок и склонился перед Вульфом в низком поклоне. — В ходе той церемонии, которая мне предстоит, должен присутствовать самый близкий, самый верный друг. — Миноби помолчал. — И я прошу, чтобы вы взяли на себя обязанности «кай-схаку-нин» во время церемонии.

— Хорошо.

Быстрый ответ Вульфа заставил Миноби подумать, понимает ли его друг, в чем суть просьбы, но ему не хотелось вдаваться в подробности. Он сказал лишь:

— Благодарю вас, — и снова поклонился Вульфу. — Пришло время, — проронил Миноби. — Мичи уже все подготовил. Идемте. Даже мне не свойственна всегда и во всем железная решимость.

Миноби открыл дверь перед Вульфом. За ней ждали Декхан Фрезер и Гамильтон Атвил, оба в парадной форме Драгун. Когда Вульф и Миноби направились в зал, они последовали за ними. Возглавляя миссию связи при профессиональных солдатах, Тетсухара сотрудничал с ними и сейчас был приятно озадачен, что именно они составляют его почетный эскорт. Маленькая тайна, решил он, которая вместе с ним уйдет во тьму.

Немногочисленная группа в молчании прошествовала по коридору до зала. Мичи ждал их на пороге. За его спиной Миноби увидел помещение, подготовленное в строгом соответствии с правилами — лучшего нельзя было и ждать. Старания Мичи, сумевшего как из-под земли достать все аксессуары для приличного ритуала, были достойны уважения. Мизери был голым бесплодным миром пограничья, и такие тонкости были ему не знакомы.

Пол в комнате был покрыт тростниковыми циновками, и в центре лежала большая белая подушка. Слева от нее размещался поднос с листом рисовой бумаги, кистью и квадратиком твердой туши. За подушкой и несколько правее Миноби увидел ведро с лежащим на ободе ковшиком. Рядом с ним стояла лакированная подставка для мечей. Сверху лежал в ножнах его катана. Ниже — пустые ножны от вакизаши. Драгуны, тихо переговариваясь между собой, опустились на колени, образовав проход от дверей до места, закрытого циновками.

Всех их Миноби знал в лицо. Он был тронут, что тут присутствовали все командиры полков. Здесь были все старшие офицеры, в том числе и Наташа Керенская. Знаменитые воины оказали ему честь своим присутствием.

Миноби остановился в пяти метрах от дверей, позволив Вульфу пройти вперед. Наемник подошел к Мичи и тихо сказал:

— Он попросил меня стать «кайсхаку-нин». Где мне встать?

— Рядом с ведерком. Вы будете чуть сзади него и слева. Стойте там на коленях, пока не придет время.

Мичи отметил, что в Вульфе совершенно не чувствуется напряжения, которое он должен был бы испытывать. Догадавшись, что Вульф не знает сути того, что предстоит сделать ему как «кайсхаку-нин», Мичи спросил: — Хорошо ли вы владеете мечом?

— А что мне надо с ним делать?

— «Кайсхаку-нин» должен одним ударом отрубить голову тому, кто доверил ему эту обязанность, чтобы невыносимая боль не успела покрыть самурая позором.

Вульф вытаращил глаза.

— Что?

— Вы не знали?

— НЕТ!

Мичи понурил голову.

— Понимаю. Тогда это сделаю я. Вульф схватил его за руку.

— Нет. Он попросил меня. И я это сделаю. — Вульф повернулся. — Этим мечом?

Мичи потрясение уставился на Вульфа, пытаясь понять, что тот сейчас чувствует.

— Если удар будет неудачен, вы покроете позором и себя, и его память.

— Разве у меня есть выбор? Я сделаю все, что в моих силах.

— В сложных обстоятельствах «кайсхаку-нин» имеет право воспользоваться и другим оружием, — сказал Мичи.

— Например?

— Пистолетом.

— По крайней мере, им-то я умею пользоваться. Вульф направился в помещение, но Мичи преградил ему дорогу, неловко пытаясь расстегнуть кобуру левой рукой.

— Прошу вас, полковник Вульф, воспользуйтесь моим. Позвольте мне разделить эту честь.

Вульф взял предложенный ему лазерный пистолет и направился к своему месту. Собравшиеся Драгуны молча встретили появление своего полковника.

Миноби подождал, пока Вульф опустится на колени. Переступив порог, он отдал поклон всем, кто тут присутствовал. Спокойно, не глядя по сторонам, он подошел к подушке и, подогнув колени, сел лицом к дверям.

Минуту он сидел неподвижно, собираясь с мыслями. Обретя покой, он повернулся в правую сторону, взял поднос и поставил его перед собой. Осторожными движениями он тщательно развел тушь и обмакнул в нее кисточку. На мгновение его рука застыла над бумагой и наконец опустилась к ней, выводя четкие короткие строки «кан-джи». Ровным спокойным голосом он прочитал написанные им слова:

Война обнажила сталь мечей. Ржавый цвет пал на осенние листья.

Как кровь самурая.

Он положил кисточку поперек мисочки с тушью и вернул поднос в прежнее положение. Откинувшись на пятки, он подождал, пока Мичи подойдет по проходу, образованному Драгунами.

Мичи нес перед собой поднос белого лака, осторожно поддерживая его здоровой рукой. На нем стояли керамическая чашечка и небольшой графинчик с саке. Опустившись на колени, Мичи поставил поднос перед Миноби. Они поклонились друг другу.

Левой рукой Миноби взял графин и дважды плеснул жидкость в чашку. Графин он поставил точно на то же место. Подняв чашечку к губам, он отпил два глотка и, сделав паузу, еще два. Чашечку он тоже вернул на место.

Поклонившись, Мичи отнес поднос в заднюю часть комнаты.

Миноби молча стоял на коленях. В помещении воцарилась полная тишина. Одна минута сменилась второй, потом третьей. Наконец он заговорил:

— Я и только я один несу ответственность за гибель тех, кто доверился мне. Я потерпел неудачу и обязан покончить с собой, сделав харакири. И я прошу всех присутствующих здесь оказать мне честь, став свидетелями этого акта.