– Не жалко вашего каратиста? – немного ехидно спросила она у Федора Владимировича. – Ему было бы гораздо легче сразиться со мной.

Она ничуть не сомневалась в исходе поединка, даже если бы вышла сама вместо Нора. И дело было не в преимуществах их борьбы, а в них самих. После того, как они обработали друг друга, да еще свою лепту внесла Саша, превосходство в силе и скорости давало все шансы на победу. Так и получилось, хотя Урмат оказался для Нора крепким орешком, и борьба затянулась. Поначалу каратист особо не осторожничал и попытался быстро закончить схватку, но получил несколько болезненных ударов и отступил. Нор, наоборот, перешел в наступление, постепенно наращивая скорость. Они кружили по залу, обмениваясь ударами и выжидая ошибки противника. Урмат не ошибся, он просто не успел отреагировать, и Нор, отбив удар, захватил рукав его кимоно. Через мгновение он уже держал своего противника в болевом захвате.

– Очень впечатляюще! – сказал подошедший к ним тренер. – Но на меня произвела впечатление не столько твоя борьба, сколько ты сам.

– Среди наших парней он самый сильный, – подтвердил Урмат, с уважением глядя на Нора. – А по внешнему виду не скажешь. Мышцы, конечно, хорошо развиты, но их могло быть и больше...

– Не думаете о расширении своей секции? – спросил Ольгу подошедший Стародубцев. – Очень уважаемые в городе люди хотели бы привести вам своих детей.

– Я подумаю об этом после каникул, – уклончиво ответила Ольга и обратилась к ученикам. – На каникулах никаких занятий не будет. Так что все могут быть свободными до тринадцатого января! Советую дома хоть немного заниматься самостоятельно.

– Я сейчас еду домой, поэтому захвачу вас и Веру с Сергеем, – сказала Саша. – Федор, когда выезжаем в Барнаул?

Бортников пять часов назад прибыл в Ржев вместе с человеком Фадеева и своим помощником, находящимся в теле добытого Ольгой в кафе Серго Субари. Доверенное лицо Фадеева – Николая Кулакова – оставили в гостинице, а сами поехали на кабельный завод знакомиться с тем, что им предлагали в аренду. Ознакомившись, пришли на прием к генеральному директору.

– Мы решили сразу поговорить с вами насчет объектов, а потом уже обговаривать условия аренды, – сказал Игорь, после того как они познакомились с директором. – Нас, Алексей Петрович, вполне устраивает предлагаемое вами здание цеха. Единственное уточнение состоит в том, что мы к нему хотим добавить хранилище мазута вашей котельной.

– Зачем оно вам сдалось? – удивился директор. – Там же нет ничего живого.

– Поэтому мы рассчитываем, что вы не станете драть с нас за него три шкуры, – ухватился за его слова дор. – Мазут вы с него откачали и при всем желании как хранилище резервного топлива использовать не будете. И трубопровод, и насосы – все вышло из строя. Можете справиться у своего главного энергетика. Но сама емкость пока цела. Для нашего производства нужна нефть, а у вас железнодорожная ветка проходит рядом с емкостью. Перекачать в нее нефть из железнодорожных цистерн проблем не составит. А в цех мы протянем трубопровод. Мы осмотрели ваше опытное производство и, если вы согласитесь, загрузим его изготовлением реакторов для нужного нам пластика.

– Не хотелось связываться с химией, – поморщился директор. – Вони от вашего производства будет много?

– Почти совсем не будет, – успокоил его дор. – К той вони, которая идет от вашего цеха электроизоляции, мы ничего не добавим. Кроме того, у вас сильно недогружены механические цеха. Мы бы хотели на долгосрочной основе разместить в них свои заказы.

– Давайте сделаем так, – предложил директор. – Сейчас я вас сведу с главным инженером, с которым вы решите все вопросы, кроме цены аренды. Он сам подключит к вашей работе тех специалистов, которых посчитает нужным привлечь. Потом уже финансисты оценят стоимость наших услуг, и если она вас устроит, заключим договор.

Лица двух несомненно человекообразных существ, беседующих на открытой веранде одной из башен города, немного походили на птиц. Круглые, редко мигающие глаза, похожий на клюв нос и суженное внизу лицо. Сходство дополняли жесткие короткие волосы, росшие назад на манер хохолка у некоторых видов попугаев. Несмотря на такое сильное отличие, их внешний вид не вызвал бы неприязни у большинства людей, скорее, многие даже сочли бы его приятным для глаз. О том, насколько их тела отличались от тел хомо, судить было сложно из-за одежды, похожей на тунику, но очень длинную с широкими рукавами и множеством накладных деталей, скорее всего, выполненных для украшения. Из рукавов выглядывали кисти вполне человеческих рук, немного более узких, чем у большинства людей. В подобных встречах доры не общались мысленно, предпочитая обычный разговор. Эти двое тоже не были исключением.

– Так что же все-таки предлагает экспертный совет? – недовольно спросил тот, который занимал кресло слева. – Неужели вы так до сих пор не определились? Что мне говорить руководству?

– Мнения разделились, – ответил его собеседник. – Пятеро за то, чтобы продолжать с ней сотрудничество в прежнем формате, не пытаясь влиять на личность или перехватить тело. Она с готовностью идет на сотрудничество, и мы ей еще долго будем нужны. Маги ее силы и у нас редки, что уж говорить о том мире. В связи с этим возникает вопрос: какова вероятность того, что обладающий магией пришелец оказался не где-нибудь, а в ее доме?

– Думаешь, работа бога? – спросил левый.

– Вряд ли. Ему самому там появляться нельзя, а много ли он увидит из-за границы? Скорее это держатели. Но если у них в отношении ее существуют какие-то планы, пытаться их срывать... Я не сумасшедший.

– А остальные пять?

– Это в основном молодежь. Они считают встречу Ольги и Нора случайностью и полагают, что если не нарушать прямого запрета, держатели тоже не будут вмешиваться. А поэтому и с ней не стоит церемониться.

– Не хотелось бы ошибиться, – сказал левый, совсем по-человечески сплетя пальцы рук в замок. – Из всех известных нам миров этот единственный, который можно назвать развитым. Здесь мы можем попробовать обойти много ограничений. За большинство из них существует только одно наказание – лишение магических способностей. А если использовать технику...

– Если мы поменяем правила, кто мешает держателям поменять законы? – правый сделал руками жест, аналогичный человеческому пожатию плечами. – Мир очень интересный, дающий компании большие возможности. Но по многим параметрам он находится на грани гибели. Люди разобщены и не хотят видеть дальше собственного носа. Поэтому строить там какие-то далеко идущие планы можно только создав механизмы его защиты. До сих пор нам не позволялось вмешиваться в таких масштабах в жизнь разумных других миров. Почему бы не попробовать там? Дать знать держателям, ради чего все делается. Они должны быть заинтересованы в выживании опекаемого вида. Ну а мы в оплату за это спасение возьмем единственное, что могут дать спасенные – часть их тел.

– Ты еще не все знаешь, – сказал левый. – В правительстве существуют планы изъять у нас этот мир. Я этого боюсь. У нас в руководстве компании есть придурки, но в правительстве их гораздо больше. Подведем итог: вы так ничего и не решили. Плохо, значит, придется решать нам.

Глава 5

– Не нужно плакать, малыш, – сказал Виктор дочери, прижав ее к себе. – Их нужно любить и помнить, но не убивать себя горем.

– Все я понимаю! – всхлипнула Людмила. – Вроде бы уже немного свыклась, а приехала на квартиру, и слезы льются сами. Они здесь в каждой вещи, здесь до сих пор звучат их голоса, шаги... Стоит только закрыть глаза... Мне страшно, папа!

– Мне страшней, дочка! Ты ни в чем не виновата, а я о себе такого сказать не могу. Пройдет несколько лет, ты выйдешь замуж и будешь жить своей жизнью, а я, даже если когда-нибудь женюсь, детей заводить не буду. Имей в виду, что все достанется тебе.

– Зачем мне это? – равнодушно сказала Людмила.