Нор оделся и ушел с Бортниковым. Вернулся он через десять минут и сразу же побежал отогреваться на кухню.

– Ну и метет! – сказал он Ольге. – Не знаю, как он будет добираться. У нас открытое место, и ветер сдувает снег, а дальше по дороге, наверное, уже сугробы.

– Если застрянет – позвонит, – сказала Ольга. – Съездишь на снегоходе. Нор, как ты оцениваешь то, что он говорил?

– Мне кажется, что он не врал, – ответил Нор. – Я не уловил характерной эмоции, но ее может глушить их защита. Важнее то, что я не нашел в его словах ни одного противоречия или чего-то такого, что шло бы в разрез с уже известным. Может быть, это даже хорошо, что у компании забрали Землю.

 – Хочешь сказать, что работники компании не пошли бы против своего руководства? – задумалась Ольга. – А оно рано или поздно занялось бы тем же самым?

– К этому все шло. Магии у нас почти нет, а они ни работать, ни жить без нее не могут. И искать без нее тела тоже будет тяжело. Но стоит только наделать машин... А мы им и так помогали, зачем эти страшилки?

– А гении?

– Мы со своей генетической несовместимостью сидели у них на крючке. Сделали бы и гениев. Они своими приборами контроля убедили бы тебя, что риск не так уж и велик. Просто, если бы все продолжалось, как шло раньше, ты бы осталась на вторых ролях. Сейчас надо пользоваться моментом и брать от доров все, что дают. Жаль, что он так спешил. Как ты думаешь, кому первому рассказать о золоте и девушке?

– Я бы рассказала Виктору, только не знаю, как это лучше сделать. Если его мобильник прослушивается... Наверное, раньше узнает Игорь. Но тоже не по телефону, а когда приедет делиться знаниями. Я бы большую часть золота обратила в деньги и вложила в их предприятие. Со временем там должны быть сумасшедшие прибыли. Не то чтобы нам сейчас были нужны деньги, просто они – это тоже оружие.

– Я вижу, что ты уже все решила.

– А что делать, Нор? Предложи другое решение! Мне уже тяжело прожить без магии, но я отдала бы всю свою магию без остатка, лишь бы в наш мир не было хода ни богам, ни дорам!

– Забыла его слова о гибели мира?

– Не то чтобы забыла, просто в это слабо верится. Сотни миллионов лет все было нормально, и вдруг конец! Понятно, что в случае глобальных потрясений многие погибнут. Многие, но не все же! Страшна даже не гибель стольких людей, а то, что все вообще станет бессмысленным. Тысячи поколений за что-то боролись, выращивали детей и передавали им эстафету... И все это зря? И останется только мертвый мир, заваленный нашими останками? Стоит такое представить, как накатывается тоска и опускаются руки. Я эти американские фильмы о катастрофах не смотрю и не понимаю тех, кто любит смаковать картины гибели и разрушения. Я как-то спросила у мальчишек, спорящих об одном из таких фильмов. Кажется, там из-за Солнца сгорала Земля. Знаешь, что они мне хором ответили? Классные, говорят, спецэффекты! Там играет мой любимый Николас Кейдж, но я тот фильм из-за этих спецэффектов больше смотреть не буду! Если смерть когда-нибудь придет из космоса, это будет чудовищной несправедливостью. Если ее на свою планету выпустят сами люди, значит, они этой планеты не достойны! А достижения доров могут помочь, а могут и ускорить конец.

Глава 7

Ольга стояла на крыльце и наблюдала за Нором, который ручным скрепером очищал двор. Пока он успел только расчистить дорожки от ворот к дому и к гаражу. Ворота были распахнуты настежь, чтобы было удобнее выбрасывать собранный снег.

– Не устал? – спросила Ольга. – Может быть, передохнешь и попьешь горячий чай?

– Шутишь? – отозвался он. – Я сейчас десяток таких дворов почищу и не вспотею. – А пить пока не хочу. Сейчас сделаю шире проход к гаражу и сгоняю за твоим котярой. Рыба уже сварилась?

– И рыба сварилась, и нам завтрак готов. Нор, извинись за меня из-за Хитреца. Скажи отцу, что мы его сюда заберем через пару дней, когда ты настелешь полы. Пусть потерпит.

– Покормит он его, – сказал Нор. – В первый раз, что ли? Плохо, что нет саней. Положили бы на них мешки с кабаньим кормом и вывезли все за один раз. Снегоход всем хорош, только барахло возить неудобно.

– Какая погода! – вздохнула Ольга. – Солнце, повсюду ослепительный, сверкающий снег и совсем нет ветра! Никакого сравнения с тем, что было вчера. Может, потом покатаемся на снегоходах? Заодно научишь меня их водить.

– Холодновато, – сказал Нор, закончил убирать снег и положил скрепер у забора. – Ладно, проедемся. Только тебе надо будет теплее одеться. Все, я поехал.

Ольга зашла в дом, сняла куртку и сапоги и по лестнице поднялась на второй этаж. На то, чтобы навести порядок в занятой вчера спальне и найти свой телефон понадобилось несколько минут. Девушка набрала номер Бортникова и легла на застеленную покрывалом кровать. Дор взял трубку после второго звонка.

– Завтракал, – пояснил он. – А телефон остался в спальне. Нет, перезванивать не нужно, я уже освободился. Давай свои вопросы.

– Мне интересно, что получится, если какого-нибудь мага будут оптимизировать другие. И не один маг или два, а, скажем, два десятка?

– С большой вероятностью он просто свихнется, – ответил Игорь. – Такая оптимизация открывает возможность множить сознание. Ты уже с этим должна была столкнуться. Личность человека как бы распадается на фрагменты, и каждый такой фрагмент приобретает определенную самостоятельность. Появляется возможность одновременно обдумывать самые разные темы. Причем после обратного слияния все обдуманное становится достоянием единой личности. Это не единственное преимущество. Улучшается процесс мышления, память становится почти абсолютной и появляется возможность глубокого погружения в проблему.

– С последним я еще не сталкивалась.

– Просто не дошла до нужного уровня. Это сродни той гениальности, которой можно добиться, обрабатывая человека одним магом сотню раз подряд. И опасность в обоих случаях одна: с ростом числа потоков сознания ими становится все труднее управлять. «Рассыпавшись на фрагменты», человек может потерять над ними контроль и уже не собрать свою личность воедино. Можешь себе представить существо, в голове которого одновременно существуют два десятка личностей? Они сходятся в схватке в надежде захватить управление телом и отсечь от него остальных. Это не шизофрения, а натуральное безумие. Выходом в таком случае всегда является только смерть.

– И это у всех?

– Да, у всех. Только у каждого существует свой потолок. Одни могут принять воздействие десятка магов, а для других и пять – это уже много. Как правило, чем умнее человек, тем больше потенциал его роста. Мозг мага, в отличие от мозга обычного человека, когда приближаются к своему пределу, сигнализирует об этом рядом явлений. Я тебе их потом продемонстрирую. Как только почувствуешь что-нибудь из их набора, с всякими улучшениями нужно сразу же заканчивать.

– А бормотание это не один из таких признаков?

– Какое еще бормотание? – не понял Игорь.

– Когда в одном месте собирается много людей и стоит тишина, я слышу что-то вроде тихого бормотания, – пояснила Ольга. – Началось в последние дни занятий в школе и ужасно достало: из-за него не получалось заниматься высшей магией.

– Очень интересно, – помолчав, сказал он. – Это «шепот мысли». Его слышат очень редко, как правило, те из магов в мире Нора, которые доросли до высшей магии. Судя по всему, это действительно как-то связано с мыслями, только никто так и не смог найти «шепоту» применения. Или нашел, но не стал никому об этом говорить.

– А вы?

– Никто из доров в своих телах никакого «шепота» не слышал. А в занятых... Не знаю, мне об этом ничего не известно. Но это точно не один из тех признаков, о которых я говорил.

– Эта ваша магическая техника... она очень сложная?

– Ты уже готова дать ответ? – не отвечая на ее вопрос, спросил Игорь. – Или еще будешь думать?

– Куда я денусь? – сердито сказала Ольга. – Могли бы и не спрашивать. Мало того, что хотят оттяпать родной мир, еще я, оказывается, в числе первоочередных целей. Тут и захочешь отсидеться – не получится! Так что по технике?