— Интересно, — тихо произнес целитель, потирая подбородок, — очень интересно.

Он отошел в сторону, и в тот момент король кашлянул — сначала тихо, потом резко и хрипло, — и открыл глаза. Несколько секунд Юлиан растерянно смотрел, затем лицо его омрачила гримаса суровости, и буря эмоций пронеслась по его глазам.

— Почему я в целительской?! Кто на престоле?! — выкрикнул он, голос его сочился яростью и тревогой одновременно.

Юлиан закашлялся так сильно, что его лицо побелело, словно воск, и почти посинел от напряжения. Благо, целитель был рядом — он быстро положил руку на его голову, и снова в воздухе ощутилась прохлада. Король успокоился, его дыхание стабилизировалось.

— Быстро, времени почти нет! — грозно крикнул целитель, и я, не раздумывая, мгновенно протянула письмо королю. Юлиан нервно взял его, недоверчиво посмотрел на меня.

Я заметила на мгновение, как изящный текст проступил на бумаге, но широкая спина целителя скрыла все строки, не давая прочесть ни слова. Он и сам, отвернувшись к потолку, казалось, уже не хотел вникать в разборки — лишь рассматривал безучастно бескрайнюю мраморную гладь.

— Ха, чудесно! — Юлиан соскользнул вниз, уронил письмо на землю, и оно вдруг вспыхнуло ярким пламенем, превращаясь в пепел за доли секунды, а сам он безвольно обмяк.

— И это всё?! — возмутилась я, чуть не срывая голос.

Целитель уже колдовал над безжизненным королем, отчего в помещении стало ужасно холодно.

— Не знаю, что было в письме, — произнес он. — Но оно забрало слишком много сил у его Величества. Убирайтесь немедленно! Мне теперь всю ночь работать!

Я поспешно удалялась за дверь, сердце громко колотилось в груди. В голове крутилась одна лишь мысль: Адам не просил возвращаться с ответом, а от его письма брат чуть не умер, и кого во всем обвинят— конечно, меня! Моя судьба вновь висела на тонкой ниточке, и риск был слишком высок. Почему я оказалась тут?

Оборачиваясь по сторонам, чтобы не натолкнуться на кого-то нежелательного, я вышла на улицу. Там солнце ярко сияло, будто подогревая всё вокруг. Над головой кружили драконы — их гигантские тени прикрывали мягкое солнечное тепло, шум дорог и колеса повозок вливались в грохот жизни.

На удивление, чуть правее от входа обнаружился мой возница и слуга, что привел в лечебницу. Заметив мое внимание, последний ринулся в мою сторону и, рассыпаясь в любезностях, проводил к карете. Адам послал? Рен решил за мной следить? Хватило бы у него дерзости подкупить людей своего генерала?

Но вдруг, словно из ниоткуда, на площадь с молниеносной мощью опустился ртутно-черный дракон — такой же огромный и устрашающий, как Адам в ипостаси. Его чешуя — как отполированные агаты, мерцали в лучах солнца, словно куски ночного неба. Он был совершенен — неземного вида, непостижимой красоты и ужаса одновременно. Я даже замерла, не в силах двинуться в сторону.

Дракон перевоплотился в человека: средних лет мужчина, с шелковой черной шевелюрой, чуть сединой, и одетого в расписной кафтан, казавшийся диковинным в противовес местной моде. Вглядевшись, я поняла: это — король.

Я быстро сложила два и два.

Черные драконы в Ксарийсе. Более того, это король, сомнений быть просто не может. Да, Адам говорил, но я не думала, что столько высокопоставленное лицо явится лично. Обычно переговоры занимали уйму времени, пока найдут компромисс.

Но сейчас, кажется, обе стороны хотят решить по-быстрому и стереть мою родину с лица земли.

Дам ли я им это? Разумеется, нет!

Не знаю как, но я чувствовала, что должна это остановить. Что они сделают с моим народом, разделив королевство? Отправят в рабство? Заставят пахать на рудниках?

Что они сделают с женщинами?

Эти мысли вызывали во мне дрожь. Я прыгнула в карету и потребовала немедленно отвезти меня в дом к Адаму.

Я должна бежать! Сегодня же ночью!

Не могла не подумать о девушках, запертых в доме Рена. Как он с ними обращается? Не отыгрывается ли на них за меня?

Я чувствовала себя обязанной что-то сделать, но что я могла?

То же мне, принцесса.

Только пообещав себе послать кого-нибудь за ними, когда восстановлю себя на троне, смогла успокоиться. Да, я займу трон, соберу людей под свои знамена и не дам стереть Элию с лица земли.

Как собиралась, уворачиваясь от назойливых взглядов слуг Адама, не помнила. Все проходило как в тумане. Я как-то заставила поесть себя и Сирену. Дочка только дергала меня за юбку, постоянно спрашивая, что происходит, а я неизменно отвечала:

- Не переживай, милая, все будет хорошо!

Я чувствовала, что предаю Си, отнимая ее от отца, но потом вспоминала, как он оторвал ее от меня и не мучился терзаниями совести. Так почему я должна?

Потому что Адам не знал, кто я для Сирены, а я знаю.

Если он вдруг нас найдет до того, как мы достигнем границы? Что будет? Впрочем, не важно. Этого не случится.

Передо мной стояла тарелка с ужином. В общей столовой я была одна: Адам прислал весточку, что будет во дворце неопределенно долго. Слуги бродили за моей спиной, не скрывая едкие смешки.

Особенно громко рассмеялась экономка, и я невольно прислушалась, хотя не собиралась этого делать.

- Наконец у этого дома будет хозяйка! Наконец дело решилось! Я правильно говорила: наш господин обязательно женится на Мирелис! Не сделать этого было бы глупостью.

- А девчонка? Оно надо драконнице из такого крупного клана? Чужой отпрыск - это же позорище! - вторил дворецкий. В его руках было простенькое письмо. Такое могли позволить себе бедняки. Видимо, так слуги перекидываются сплетнями друг с другом.

- Немножко потерпит и сошлет девчонку в какой-нибудь пансионат для благородных девиц. Или ее отец быстренько построит таковой, чтоб не мешалась рожать истинных наследников. Все равно девчонка дикарка, как и все элийцы.

Громкий лязг упавшей ложки в тарелку закончил все разговоры. Экономка и дворецкий испуганно покосились на меня, словно только заметили. Я сухо им улыбнулась и покинула столовую.

Одна новость другой краше.

Все таки Адам собирается жениться…

Может, трон хочет, мне по чем знать.

Только эти мысли все равно жглись на глазах горячими слезами. Я допускала вероятность, что все это просто сплетни, но быть может поэтому Адам и задерживается? Хочет для невесты сделать подарок в виде половины Элии?

Меня снова захлестнула злость.

Я остервенело закинула последние необходимые вещи в сумку и закинула ее за кресло, пока не наступила глубокая ночь.

С рук сорвались сиреневые потоки и окутали весь дом снотворным заклинанием. Магия, так давно плененная, срывалась с пальцев, принося мне небывалый подъем. Я не устала после такого всплеска: наоборот, из меня сочилась энергия. Мельком взглянула на себя в зеркало: мои глаза светились в темноте. Времени у меня было мало: наверняка на доме стоит защита, но мой резерв сейчас готов был потягаться даже с силой драконов.

Я подхватила Сирену на руки и взяла сумку. В кармане тяжелело письмо, где я все объясняла.

Но я не рискнула оставить его.

Во-первых, оно могло попасть не в те руки.

Во-вторых, я просто испугалась. Адам очень быстро мог поднять на уши все королевство и пуститься за мной в погоню. Он то пустится. Просто я лелеяла смутную надежду, что у меня хотя бы немного есть времени.

- Мамотька? - пролепетала сонная дочка.

Я прижала ее к себе, поцеловала в лоб и рванула вниз по лестнице, прочь из этого дома. Прочь от дракона, при виде которого у меня бьется сердце.

Жаль, не от страха.

Страшно перечеркивать все. Но выбора не было.

Тихо прикрыла дверь и скользнула вдоль стены в тень. Все жители особняка спали мертвецким сном. Никакие сигналки не сработали. Я не стала переживать по этому поводу, мне оно только на руку.

Возницу нанимать не рискнула: сложно забыть девушку с сияющими фиолетовыми глазами, тем более с ребенком.