“Это еще что такое?..”

“Заклинание, разработанное против технологических цивилизаций. Империя сталкивалась с ними время от времени. Уничтожает сложные технические устройства.”

“Уничтожает как?.. Технологические системы — это сложная компоновка процессов, работающих в соответствии с физическими законами измерения. Если это заклинание меняет физику в локальной области, то это может привести ко взрыву. Если оно создает мощные возмущения электромагнитных полей, то там тоже может что-то дать искру. Или просто не сработать. Рискованно. Там вряд ли что-то электрическое, но не факт. Я не знаю, как это реально работает.”

“Техногенная Смерть воздействует на саму идею сложной структуры, созданной разумными существами. Живые системы действуют немного иначе, а вот технические устройства имеют регулярно повторяющиеся процессы физической природы. Оно просто останавливает их течение. Что-то из области астральной магии. Там очень специфичное астральное тело. К тому же газовая субстанция должна быть зачарована. Помнишь инструкцию? Во время синтеза накладываются чары, которые препятствуют преждевременному воспламенению.”

“Хорошо. Давай попробуем… А эти зачарования и подстраховки… Я в них не особо верю. Они могут исказиться или спасть в любой момент. Если хотя бы часть газа подорвется, то взрыв пойдет во всех направлениях, чары тут не помогут. На нашей же глубине гарантированно работать все это не может уж точно. Пока облако шло сюда, оно прошло через кучу путей, исказилось, разделилось и собралось вместе… Я бы не рассчитывал, что одна искра все не испортит.”

Кларна ничего не ответила. Только сосредоточилась. Я подозреваю, что сейчас её губы читали слова языка Каш. Но я этого не слышал и не видел. Шесть минут подготовки — это довольно долго. Но в конце концов я почувствовал выплеск маны. Очень чистый, кстати. Кларна умудрялась с удивительной четкостью творить волшбу: после её чар почти не оставалось астрального мусора, характерного для заклятий других волшебников. Замерцав, защитное поле начало искажать свою форму, что вылилось в тусклое дрожание воздуха, словно я смотрел на коридор за проемом сквозь текучую воду. Наконец, защитный экран рассеялся.

“Отлично.”

“Что теперь, командир?”

“Будем прокладывать путь через… анус. Ты так удачно назвала эту штуку, что теперь только это слово и липнет к языку.”

“Ну, ЭКЧ и не таким занимается…”

“Твои слова меня несколько пугают.”

Мы молча обходили помещение. Один из детонаторов нужно было установить на входе. Ловушек особо не обнаружено, так что оставалось придумать, как открыть проход этого продукта безумной биотехнологической мысли.

“Телепатия?”

“Я не владею, командир.”

“Ты же сенсор!”

“Направленное внимание, ментальные колебания, создающиеся разумными, ряд специфических заклинаний. Половина подвязана на использование шлема ЭКЧ. Без экипировки корпуса я даже сформировать часть заклятий не смогу.”

“Есть идеи, как туда пролезть без взрывов? Электричеством можно попробовать расслабить, если оно работает так же, как мышца, но проводить ток тоже очень нежелательно…”

“Трансмутировать вазелин?”

“Я серьезно!”

“Я тоже.”

Я с подозрением уставился на Кларну. Нет, безумная с первого взгляда идея выглядела не так плохо в общем-то. Просто… Ну… огромный круглый проход в стене, закрывавшийся плотной хрящевой тканью, вокруг которой смыкался явно подвижный каркас, в целом был довольно прочно сомкнут. Но воздушный таран мог бы вбить туда что-то твердое, а много какой-нибудь слизи вместе с телекинезом…

“Я не особо хорош в сотворении”, — неуверенно заявил девятой.

“Джеремус со своим тлением решил бы эту проблему проще, конечно. Но я умею творить вазелин, если ты готов. Правда, в таких количествах я его еще не делала.”

“Именно эту субстанцию?.. Почему… Оу…”

“Закроем эту тему. Метод будем пробовать?”

“Очевидно — нет!”

“У вас есть другие варианты? Командир?”

“Есть…”

Я раздраженно дернул губой под защитной маской. Вариант был, конечно — маг я или не маг. Просто я не так уж и хорош в этом направлении магии…

“Магией смерти владеешь?”

“Могильная игла — не более.”

“Давай её. Сколько сможешь.”

Как давно объяснял Кирасис — а я помню. Не раз проверял это знание на достоверность — всегда подтверждал. Мана влияет на творимые ею заклинания. Конечно, можно и огненное торнадо вызвать с помощью ледяной маны, но это не лучший подход. Да и тяжелый, откровенно говоря. После медитации маг пропускает ману через свои чакры и “перерабатывает” в нейтральную. А если точнее, в персональную. В свою собственную. Но для ледяных чар можно, к примеру, использовать свежеполученную от ближайшего айсберга. Но будут и нюансы.

Касательно магии смерти, то, казалось, банальнейшую Стрелу Смерти, к примеру, можно извратить до неузнаваемости. Помимо типа маны на заклинание влияет еще и воля колдующего. Так чародей может заставить призванное пламя жечь только конкретные цели… Или изменить в каких-то предела действие своих чар. Возвращаясь к той же стреле смерти, мастер магии смерти мог бы придать ей дополнительные свойства. В классическом исполнении это ядовито-призрачный зеленый луч, попросту убивающий живое существо. Попал в человека — человек умер. Никаких иных эффектов. Свалился замертво. И все. Но пожелав, воплотив желание в заклятии, наполнив его до кучи могильной маной, собранной со свежих гниющих тел, можно добиться эффекта настоящей отвратительнейшей порчи — заставить жертву гнить после попадания, например. Это уже Стрела Гниения, которая является одной из усложненных модификаций Стрелы Смерти. Но ведь именно так этот вариант чар в свое время и создали! Весьма актуальная штука, кстати, ведь убить мгновенно для многих подмастерий не под силу. А вот оставить гниющую рану — это куда легче. В плане энергозатрат. Освоение же этих чар, наоборот, сложнее. Я такой модификацией не владею, кстати.

Так вот. Я собирался применять чары не совсем по профилю. Дверь-анус, как её обозвала Кларна, это ведь живое существо. Магия смерти была на нем проверена: моя Стрела Смерти ослабила жизненные процессы, судя по ауре. Но была недостаточно мощной. Требовалось несколько попаданий. А потом… Потом я собирался провернуть один фокус, который позволил бы мне взять дверь под контроль. Подъем зомби. Только в качестве зомби я возьму не человеческий труп и не животное… Вообще не антропоморфное существо. Я возьму в качестве объекта саму дверь. Теоретически я сумею контролировать проход, открывать его, закрывать. На практике — мне придется поднять непрофильными, а профильных пока не создали, чарами гигантскую нежить-задницу. К такому меня жизнь не готовила… Хотя о чем я? Именно к такому меня жизнь и готовила. Кто знает, быть может, именно этот момент и станет апогеем моего магического искусства.

***

— Бхопалар — старый город, основанный беженцами. В давние времена здесь правила Индрахутара, но Бхопалар постепенно отнимал её власть. Не так давно эта страна называлась Индра-Бхопалское Царство, которое стало таковым, когда полюсы силы объединились под одною рукой, а мы, шумеры, зовем Хараппой куда большие земли, включающие небольшие княжества и вовсе нелюдские племена. Но то — в прошлом. Сейчас это просто Бхопаларское царство. И многие его вассальные владения ныне уже не так свободны, как когда-то.

— Ты интересно рассказываешь, дщерь двух великих рек, — в разговор влез Тушенвальх. Некромант-эмушит увязался с ними прямо в город. Чего он хотел, Альфира и так знала. Её, конечно. Вообще, несмотря на некоторые особенности, мужчина был не особо стар и весьма крепок телом. Но гнилые зубы, грязные длинные ногти и нечастые струпья по телу… Да и черен, словно дикарь-кушит. Она просто брезговала. Хотя ладно. Она бы все равно раздвинула бы ноги: лучше собрат-чародей какой-никакой, чем слабак-грек или обычные воины-дикари. Но Сайам очень быстро рос. Он не выглядел на свои года и ему вполне можно было бы дать лет двенадцать… Наверное. Не нужны ей в отряде проблемы. Зачем потом идиотские сложности? Разве что так подстегнуть развитие ученика? Магия — это еще и эмоции. Из эмоций черпал силу непобедимый Арза. Ему не нужны были медитации — довольно было собственного гнева. С Сайамом тоже можно было провернуть что-то подобное.