– Жаклин, дорогая.

– О, дядя Артур. – Она села на край кровати. – Какая неожиданность. Я… я как раз собиралась позвонить вам…

– Жаклин, – прервал он ее, – боюсь, у меня для тебя плохие новости.

Через десять минут она положила трубку. Лицо Жаклин было бледным как полотно, внутри образовалась леденящая пустота.

Прекрасная золотая мечта, на крыльях которой она только что парила, исчезла в мгновение ока. Ее место заняла суровая, пугающая действительность, которая напомнила Жаклин, кто она есть на самом деле. Не глупая влюбленная девица, растаявшая при виде красивого мужского лица, а работающая женщина, у которой есть долг и обязательства. Женщина, жизнь которой весьма далека от недостроенной рыбацкой хибары на крошечном островке в Атлантическом океане.

Ее отец разорен, он одинок и болен. Может быть, в эту минуту он даже умирает. Их недавняя размолвка вдруг показалась Жаклин нелепой и бессмысленной. Надо срочно возвращаться в Нью-Йорк.

На мгновение перед ее мысленным взором возникло лицо Рауля. Жаклин открыла рот от изумления и обхватила себя руками. Она не должна сейчас думать о нем или о том безумии, которым была охвачена последние десять дней. Она должна забыть о нем, стереть его из своей памяти.

Рауль был роскошью, которую я не могла себе позволить, думала Жаклин, кусая до крови губы. Надо еще благодарить судьбу, что наши отношения не зашли слишком далеко и не нанесли мне серьезного ущерба.

Жаклин содрогнулась, когда подумала о том, какой наивной была и как легко позволила Раулю и своим чувствам увлечь себя почти на грань катастрофы.

Он вел себя очень умно – использовал свою сексуальную притягательность, чтобы постоянно держать меня в состоянии мучительного ожидания. Все эти его нежные поцелуи, мимолетные ласки возбуждали меня, но не давали удовлетворения разбуженной страсти… – с горечью думала Жаклин. И ради чего все это?

Теперь она была уверена, что Рауль не собирался жениться на ней. Он просто блефовал. Очевидно, рассчитывал, что она сама уйдет от него, когда увидит, какая жизнь ждет ее с ним на острове. Но перед этим он содрал бы с нее солидную сумму, якобы за оскорбление его чувств.

Это судьба, сказала себе Жаклин, когда самолет, оторвался от взлетной полосы в аэропорту Рио-де-Жанейро. Она вмешалась, чтобы уберечь меня от самой ужасной ошибки в моей жизни.

Я должна смотреть на всю эту историю именно с такой точки зрения или я просто сойду с ума, уговаривала себя Жаклин, глядя в иллюминатор. Мне надо отсечь боль, которая раздирает мне сердце, иначе я не выдержу и завою на весь салон. Я должна твердо усвоить, что Рауль был всего-навсего пляжным донжуаном, или я буду рыдать по нему до бесконечности.

Кроме всего прочего у меня нет времени заниматься личными делами, мне надо разбираться с проблемами отца.

Все очень разумно, думала Жаклин, подъезжая к дому отца. Все расставлено по своим местам.

Все сходилось, если не учитывать один фактор, который нарушал рациональное уравнение, выстроенное Жаклин. И этот фактор не давал ей покою.

10

Почти всю вторую половину дня Жаклин сидела на телефоне. Она связывалась с кредиторами отца и сообщала им, что, пока он находится в больнице, будет вести с ними переговоры от его имени. Если она ожидала получить быстрый ответ или рассчитывала на сотрудничество, то ее ждало разочарование.

Жаклин уже складывала бумаги, собираясь закончить дела на сегодня, когда с улицы донесся шум подъехавшей машины. Приехали Артур Уолтон и поверенный в делах ее отца Саймон Беккер.

– Жаклин, ты звонила в банк Реджинальда? – с порога приступил к делу Артур.

– Да, но они не стали говорить со мной. Почему ты спрашиваешь? Тебе что-нибудь стало известно?

– Сегодня утром они связались со мной, – вступил в разговор Беккер. – Экстраординарный случай, Жаклин. Банк получил предложение оплатить все закладные на этот дом и все долги вашего отца. Кто-то, чье имя они не назвали, готов взять все это на себя.

– Вот так просто?.. – Ошарашенная Жаклин уставилась на мужчин. – Но это невозможно!

Беккер кивнул.

– Я тоже так подумал сначала. Но, когда связался с другой стороной, там мне подтвердили, что такое предложение действительно существует.

Жаклин мысленно перебрала всех близких друзей отца. Среди них было несколько миллионеров, но, по ее мнению, ни один из них не мог пойти на такую щедрость.

– Может, это папина компания? – Неуверенно предположила она. – Они могли организовать для него что-то вроде спасительного займа?

– Боюсь, что нет, – ответил Саймон Беккер. – Предложение поступило от Промышленного банка, его головной офис находится в Нью-Йорке, но владеет этим банком «Ленарис корпорейшн». Вы, очевидно, слышали о ней.

– Да. Мне недавно говорили об этой компании. – Голос Жаклин звучал странно и как-то неестественно.

– Я ничего не понимаю! – сердито заявил Артур Уолтон. – Кто эти люди и какое отношение они имеют к Реджи? Я никогда не слышал, чтобы он имел с «Ленарис» какие-нибудь дела.

– Я уверен, что он не имеет с ними ничего общего, – поддержал его Беккер. – Все это очень непонятно, но я надеюсь, что эту загадку нам поможет разрешить Жаклин. – Он слабо улыбнулся ей. – Похоже, что они хотят говорить лично с вами, моя дорогая.

– Они хотя бы объяснили почему?

У Жаклин было ощущение, что ее преследует злой рок. Подозрения, возникшие у нее после того, как поверенный произнес название компании, усилились.

Нет, уговаривала она себя, этого не может быть. Это просто случайное совпадение, такое в жизни бывает.

– Нет, но у меня создалось впечатление, что президент банка, некто Варгас, сам себе закон. – Беккер заглянул в свои бумаги. – Он остановился в Нью-Йорке в отеле «Империал», живет наверняка в пентхаусе. Вам придется позвонить и условиться о встрече.

– Нет, все это мне явно не нравится, – вмешался Артур. – Вы поверенный Реджи, и он должен разговаривать только с вами.

– Я сказал им то же самое, но они были непреклонны. Они согласны вести переговоры только с Жаклин. Хотя она может отказаться, конечно, – быстро добавил Беккер.

– Нет, – сказала Жаклин. – Если господин Варгас протягивает моему отцу руку помощи, то я должна поговорить с ним или с кем-то еще из этого банка. Я позвоню им завтра и договорюсь о встрече.

– Ну что ж, – сдался Артур, – если ты так уверена, моя дорогая, то действуй.

После того как визитеры ушли, Жаклин сидела какое-то время, уставившись в одну точку. К ней заглянула Мэри, она принесла телеграмму. Жаклин уже догадывалась от кого. Развернув листок бумаги, она прочитала:

«Жак, я жду тебя. Приезжай».

Если у нее и были какие-то сомнения, то теперь они полностью отпали.

– О Господи, – прошептала Жаклин, прижав к губам согнутые в кулак пальцы, – что же мне делать?

11

Двери лифта закрылись, и кабина плавно устремилась вверх, на последний этаж, где располагался пентхаус. Жаклин сделала глубокий вдох.

Что бы или кто бы ни ждал ее там, важно явиться собранной и хладнокровной. Ей необходимо сохранять невозмутимость до окончания встречи, чтобы ее собеседник не понял, что творится в ее душе на самом деле.

Жаклин тщательно выбирала, что ей надеть. Темно-синий костюм показался безупречным во всех отношениях. Под жакет, она надела шелковую блузку густого кремового цвета, на ноги элегантные темно-синие лодочки на среднем каблуке. Волосы Жаклин зачесала назад и скрепила у шеи красивой заколкой.

Над макияжем ей пришлось потрудиться, чтобы скрыть предательские следы очередной бессонной ночи.

Посмотрев на себя в зеркало перед выходом из дома, она решила, что выглядит спокойной и деловой. Жаклин надеялась, что ее вид задаст тон беседе. Уже поднимаясь в лифте, она в который раз повторяла про себя как заклинание: Господи, пусть это будет кто-то другой, сделай так, чтобы я ошибалась…

Наверху ее встретил высокий блондин и, довольно сухо поздоровавшись, представился Джоном Картером, личным помощником господина Варгаса. Он провел Жаклин в конец коридора, устланного толстим мягким ковром, и, постучав в дверь, доложил: