Ну, может и годятся, конечно, но это надо проверять. Да и трудозатраты с откапыванием грибов могут не стоить их пищевой ценности. Людям все же побольше надо, чем сусликам.

— Отлично… — пробормотал я. — Это не только бешеные суслики, но и галлюцинирующие!

Элсин и Игнис хмыкнули, оценив шутку — Элсин, естественно, знал о свойствах некоторых грибов, как алхимик, Игнис же работала с добытчиками на фронтире. Остальные, кажется, не поняли.

Ну да ладно.

Еще я прокрутил в голове, стоит ли предложить отравленные приманки и дополнительное выбивание сусликов, пока сезон не начался, — но отказался от этой мысли. Травить сусликов — потравятся и хищники, которые их едят. Значит, на следующий год или через год популяция этих тварей будет еще больше. Плюс отравленные суслики не годятся в пищу. А что касается того, чтобы их больше выбивать… Так, ну мне некров и некрохимер подряжать уже просто неоткуда, у меня все припаханы. Но, насколько я понимаю средневековую деревенскую жизнь, если дармовое мясо сидит у них в норках на полях, они и так сейчас бросят все силы на охоту и засолку!

— А сложно ли охотиться на сусликов? — спросил я в воздух.

— Не сложно, мэтр, — после короткой заминки сказал заместитель Тассе. — Нужно ведро воды и силок. Выливаешь в норку воду, силок ставишь у выхода — и все. Потом можно им шеи сломать или палкой забить. Только если руками, следить приходится, чтобы не укусили.

— Понятно, — сказал я.

Что-то во мне мальчишеское прямо захотело сходить поохотиться на сусликов с ведром — но я придавил это недостойное побуждение. К тому же, Тее наверняка будет жалко пушистиков.

Или наоборот не жалко? Мышей же она боится. Но хомячки и белки уже под ее страхи не попадали, а суслики — это вроде белок.

Ладно.

— Значит, самое лучшее превентивное решение проблемы, как я это пока вижу, — сказал я, — это создать запасы продовольствия. Точнее, помочь крестьянам защитить уже имеющиеся запасы. Если что-то можно собрать… думаю, через месяц у вас то, что в марте посеяно, вызреет… пусть соберут. И пусть свозят все это в крупные деревни, нужно обеспечить сбор и доставку в хранилища в крупных городах за каменными стенами. Не у одной же Альвидры стены?

— Нет, мэтр, — сказал Тассе. — У всех городов на нашей равнине. Авилон и Литию я вам уже назвал, еще стены есть у Лаурсбирге, Гудбраля и Дьюрлунде.

— Ну вот тем более. Значит, шесть больших складских баз, считая Альвидру. Надо подготовить закрома, обеспечить учет…

— Не понесут, — высказал сомнение заместитель Тассе.

— Именно поэтому — учет. Что у кого принято. Упаковать, опечатать. Чтобы люди знали — вернется в том же виде.

— А может, все скопом сваливать и потом людям по списку выдавать? — предложила Игнис. — Сколько сдали — столько получили.

— Тоже вариант, — сказал я. — Я в хранении не силен, не знаю, как лучше сделать. Но как мне видится, сразу будет больше риска: часть продовольствия неизбежно пострадает, мы будем выдавать на руки меньше, чем получали. Люди будут возмущены. Зачем нам гражданские беспорядки на ровном месте? А так если что и сгниет — то сами виноваты, плохо упаковали.

— Да, пожалуй, — согласилась Игнис. — Я как раз из тех соображений, что половина плохо упакует и потом будет возмущаться, а так централизованно можно хоть проветривать.

— Я не планирую, чтобы оно все лежало долго, — сказал я. — Точнее, зерно может и полежать, а вот скоропортящееся…

— А это уберегать бесполезно, — отрезала Олла. — И вообще, предоставь это нам, мы тебе разработаем схему с учетом географии и твоей зоны контроля — в смысле, сколько ты ящиков и мешков за раз можешь транспортировать…

Тут Олла застонала.

— Что такое? — я с тревогой подался к моей беременной супруге. Элсин, который сидел рядом, схватил ее за руку, как будто тоже мог лечить, а Нильсен вскочил со своего стула в уголке.

— Нет-нет, извините, — Олла махнула рукой. — Я просто как представила — опять логистика да транспорт! Мне этого на Ошибке с осьминогами хватило!

— Ну… зато, по крайней мере, у тебя хорошо получается, дорогая, — улыбнулся я жене.

Олла тихонько зарычала, однако это уже ни у кого не вызвало неадекватной реакции. Разве только на лице Тассе внезапно появилось что-то вроде… умиления? Почти отцовского.

— Госпожа Шелки, я должен сказать, что ваша помощь действительно была неоценима, — неожиданно высказался бургомистр. — Я думал, что я и мои люди будем вынуждены… корректировать ваши рекомендации. Но вместо этого вы научили нас многому!

— Я и сама многому у вас научилась, спасибо, — улыбнулась ему Олла явно Теиной, скопированной улыбкой. — Но сейчас, похоже, нам еще раз придется напрячься! Будет еще хуже, чем месяц назад, учтите это!

— Да, всем будет хуже, а ты будешь уходить домой после пяти часов работы и отдыхать, — сказал я. — Как и Игнис.

Честно говоря, я не помнил нормы нагрузки для беременных, вроде при хорошем самочувствии многие работают в офисе до последнего. Но сто процентов не на таких нервных и ответственных задачах! Не то чтобы я боюсь, что Олла не справится — наоборот. Знаю, что она справится, но опасаюсь, что она может донапрягаться до тяжелых родов. Так с ней хорошо, но, судя по отчетам Нильсена, иногда давление высоковато поднимается — как бы совсем в зенит не улетело.

Элсин решительно кивнул.

— Унесу, если не будете слушаться! — пригрозил он.

— Будем, будем, — Игнис похлопала его по руке. — Хотя я люблю, когда ты меня носишь… Не волнуйся, справимся.

…А вечером того же дня, как бы заняты мы ни были, когда я помылся и явился в «карантинную» часть дома, навестить Оллу, впервые смог магией Жизни наконец-то проверить, кто у нас родится! Оказалось, мальчик. Что у Игнис по крайней мере одна девочка или две, я уже с неделю знал, а вот наш хитрюга не поддавался анализу, смазанно как-то чувствовался. Теперь и Игнис удалось проверить точно: девочка и мальчик. Значит, разнояйцевые. Хорошо, если есть генетические проблемы, меньше шансов, что сразу у обоих (но это я вслух не сказал).

Олла, как ни странно, расстроилась.

— Я думала, у Теи будет мальчик, а у меня девочка!

— Ну, значит, потом сделаем девочку, — я притянул ее к себе.

— У некоторых женщин бывает четыре или пять детей подряд, и все сыновья! — несчастным голосом сказала Олла. — Держу пари, что я из таких! Многие считают, что это завидная судьба, но я так не думаю!

— А ты, наверное, хочешь дочку, чтобы наряжать и заплетать ей косы?

Олла удивленно вскинула на меня взгляд.

— Откуда ты знаешь⁈

— Оттуда, — я поцеловал ее. — Ничего, я гарантирую, что тебе будет, о ком заботиться!

— В самом деле, — повеселела Олла. — Игнис меня научила, как плести такие косы, как у нее… Но мы пока только на кукле тренировались. Как только Тея придет ее портальной магии учить, я на ней попробую!

Не совсем то, что я имел в виду, но ладно.

— А откуда у вас кукла?..

— Так у мэтрессы Гилли их много было. Наверное, тоже девочку ждала. Я тебе покажу, тоже одна комната ими буквально заставлена.

Я сам не осматривал труп недоношенного ребенка Гилли и не спрашивал у Элсина, какого он был пола, — даже в голову не пришло. Сжег все три тела, когда они уже были укрыты саванами, а потом мы похоронили пепел. Но почему-то у меня челюсть сжалась при этих словах. Вслед за Ульфиром я тоже начал смотреть на Паука как на главного виновного в несчастьях огненной магички — хотя, строго говоря, огромную роль там сыграло и невезение, и ее собственная самоуверенность.

Ничего, и до этого трансгуманиста недоделанного доберемся тоже, дайте только срок.

…Вот именно, дайте срок! Где бы время взять!

Интерлюдия. Лейф Нейгарт и жизненные приоритеты

Занятия для лекарей в бывшей королевской резиденции — Грандберге — проводились теперь регулярно. Читали их разные преподаватели, иногда даже мэтр Шелки, но чаще — магистр Агрим. Как только время выкраивал?