Узкие, пылающие раскаленными углями глаза в упор воззрились на Лисила.

Существо подползло ближе, волоча за собой увесистый мешок размером в половину его роста. Черный плотный мешок смутно мерцал и переливался, словно был расшит нитью из черного металла или стекла. Тонкий дым поднимался от него и таял в раскаленном дрожании воздуха над расселиной.

— Что это за… — начала Магьер.

— Хейнасы, — перебил ее Сгэйль. — «Пылающие».

Перед ними, правда, был только один Пылающий. Малыш все возился со своим мешком, потом остановился, устремил раскаленные угли глаз к подножию лестницы, и в нижней части головы открылся небольшой рот.

Над каменным плато взвился скрежещущий визг.

Лисила передернуло. Казалось, каждая косточка в его теле отозвалась на этот нестерпимый звук резкой и болезненной дрожью.

— Иди к нему! — велел Сгэйль, зажимая ладонями уши. — Что бы он там ни принес… это для тебя, Лиишил.

Малец заворчал и, пошатываясь, шагнул вперед, а Магьер вцепилась в руку Лисила.

— Все в порядке, — прошептал он, высвобождая руку.

Магьер дрожала всем телом, но больше не пыталась удержать его.

Лисил побрел по плато, неуклонно приближаясь к черному малышу с горящими глазами. Вскоре Пылающего уже можно было разглядеть подробнее.

Не крупнее ребенка лет шести-семи, он припал к каменистому полу, опираясь на тощие руки и скрестив ноги. Все его тело было покрыто толстой угольно-черной кожей. Тонкие растопыренные пальцы завершались короткими обсидиановыми когтями. Несоразмерно крупная голова была почти гладкой — только рот, горящие глаз да пара мелких вертикальных прорезей на месте ноздрей. По бокам головы, там, где у людей располагаются уши, видны были две небольшие впадинки.

Лисил был еще далеко, когда хейнас начал дрожать.

Он съежился в комок, обхватив себя тощими руками, — точь-в-точь уродливое дитя, продрогшее на ледяном ветру. Чем ближе подходил полуэльф, тем сильнее трясся всем телом хейнас, как будто холод, мучивший его, исходил именно от Лисила. Тогда Лисил остановился и, присев на корточки, ждал, что будет дальше.

Хейнас передернулся и испустил тихий свист, как будто плеснули водой на раскаленные угли. Когтистые руки нырнули в угольно-черный мешок, и Лисил краем глаза уловил металлический отблеск, вспыхнувший алым в свете пылающей расселины. Черный малыш толкнул вперед по каменистому полу плато пару длинных изогнутых кусков металла.

Лисил проворно отпрянул, когда они, лязгая по камню, замерли у самых его ног. Полуэльф пристально вгляделся в эти непрошеные дары — и остолбенел.

Перед ним во тьме лежали два изогнутых клинка, невероятно похожие на те, что он носил на бедрах. Пара клинков, один для левой руки, другой для правой, а в остальном — никаких различий.

Изогнутые клинки Лисила изготовил мастер-оружейник из Белы по наброскам, которые сделал сам Лисил. Однако эти клинки были сделаны не из стали. Даже в темноте, в сверхъестественном свечении раскаленной бездны они мерцали чересчур светло и ясно. Они мерцали, как серебряные зеркала… как створки овальной двери в эту пещеру… как стилеты анмаглахков.

Узким длинным лезвиям, которые вырастали из нижней части рукояти, полагалось плотно прилегать к предплечью, заходя чуть дальше локтя, однако они в завершении изящно, едва заметно выгибались наружу. Передние, листовидной формы лезвия оказались невероятно тонкими и острыми и были чуточку длиннее, чем у прежних клинков.

Овальные рукояти еще не были обмотаны кожей.

А сбоку нижних лезвий — примерно на трети длины — вырастали металлические полукружья. Не прямые и не плоские, но выгнутые, чтобы служить опорой руке, чтобы клинок в ней не дрогнул…

Лисил поднял глаза на дрожащего черного малыша. Его мать никогда не видела изогнутых клинков вблизи, а тем более в действии. Единственный, кто их видел — и знал, что Лисил придет сюда, — был Бротан.

В груди Лисила начал разгораться гнев.

— Возьми их! — прошипел сверху, от подножия лестницы, Сгэйль.

Лисил оглянулся через плечо и увидел на лице Сгэйля неподдельное потрясение. Анмаглахк явно ожидал, что Лисил получит что-то другое, быть может стилеты, наподобие тех, которые носил сам Сгэйль. Затем полуэльф перевел взгляд на Магьер: она неотрывно смотрела на него, опустившись на колени рядом с Мальцом.

Надо поскорее увести ее отсюда.

Он схватил одной рукой оба клинка — и едва не уронил, такие они были горячие, — сунул их под мышку и побрел наверх. Дойдя до Магьер, он схватил ее за руку.

Сгэйль протянул руки к черному малышу, скорчившемуся на плато. Затем он негромко заговорил по-эльфийски, и в голосе его звучала странная почтительность.

Малец уже, хромая, направился к лестнице, Лисил двинулся за ним, увлекая с собой Магьер. Сгэйль медленно попятился и повернулся, чтобы последовать за ними.

И снова слух Лисила просверлил пронзительный скрежещущий звук.

Малец на секунду оглох.

Он круто развернулся, едва не рухнув рядом со Сгэйлем, и бросил взгляд на плато. Вопль черного малыша все еще звенел у него в ушах, и он, не в силах удержаться, разразился лаем, чтобы хейнас смолк.

— Что там еще? — крикнул Лисил.

Сгэйль молчал, оцепенело глядя на край расселины.

Черный малыш казался Мальцу странно-знакомым, однако от жары пес никак не мог собраться с мыслями. Быть может, знания об этих существах были среди тех, что отняли у него при рождении во плоти стихийные духи… или же с чем-то подобным он сталкивался уже в мире смертных? Малец ничего не мог припомнить об этих «пылающих» созданиях — хейнасах.

Между тем хейнас опять склонился над своим мешком, на миг превратившись в черный бесформенный силуэт, а затем его тощая рука стремительно взметнулась вверх.

Некий металлический предмет, вылетев из когтистых пальцев хейнаса, блеснул в багряном свечении и с лязгом ударился о камни. Прежде чем Малец успел разглядеть, что это такое, хейнас снова взмахнул рукой.

На сей раз звук удара был тяжелее и глуше, да и второй предмет не блестел, как первый.

— Что там еще? — повторил Лисил.

Сгэйль покачал головой. Он был явно взволнован, даже напряжен.

— Ничего не понимаю.

Хейнас запрокинул голову и, закрыв глаза, открыл рот. И опять скрежещущий вопль заметался между стенами пещеры, словно просверлив насквозь кости Мальца. Эхо этого вопля еще звенело у него в шах, когда черный малыш поднял руку с острыми когтями и зашипел точь-в-точь как шипит огонь, когда на него плеснут водой.

Вытянув руку перед собой, он выразительно потыкал ею воздух с такой силой, словно пытался процарапать его когтями. Этот жест недвусмысленно указывал на подопечных Мальца.

Лисил двинулся было назад, но черный малыш категорично остановил его. Этот зов предназначался не Лисилу.

Малец с нешуточным испугом поглядел на Магьер. Что нужно от нее хейнасу?

Сгэйлю было велено привести сюда только одного Лисила. Каков бы ни был хитроумный замысел Бротана, старый анмаглахк не мог знать, что Магьер настоит на своем праве примкнуть к этому походу. Что же такое бросил на камни плато хейнас?

Рука черного малыша опять рассекла когтями воздух. На сей раз он точно указывал на Магьер.

Магьер внутренне похолодела, хотя воздух все так же обжигал легкие. От столкновения этих противоречивых ощущений у нее подогнулись ноги и голова пошла кругом.

Сгэйль шагнул было вниз по склону, на ходу качая головой. Однако, когда он обернулся и взглянул на Магьер, лицо его исказила странная гримаса.

Магьер уже видела это выражение на лице Сгэйля. Именно с таким видом он впервые смотрел на то, как Магьер забирается под одеяло к Лисилу. И еще точно так же Сгэйль смотрел в ее глаза в тот день на прогалине Нейны, когда Магьер совершенно потеряла власть над собой.

Маленькое черное существо из пылающей бездны позвало ее… ожидало именно ее.

Такой оборот событий не только ошеломил Сгэйля, но и вызвал у него омерзение. И вдруг он махнул рукой.