- Все дополнительные копии, я сделал на простом языке... и от тех, что обработаны другими скрипториями.

      - А что с женщиной хранительницей?

      - Я не знаю. - ответил Шилвайс. - Я ничего не слышал. Вы же просили, чтобы её проверяли только каждые два дня.

      - Ваш шпион узнал что-то что можно использовать? Где оригинальные тексты?

      - Они только намекали шёпотом, преподобный первый.

      - Намекали на что?

      - Кое-что о гномах. - ответил он. - А ещё в гильдии замечали гномов в тёмных плащах, но никто не видел как они приходили или уходили... Они просто были там... Но теперь, когда Пауль работает дальше на гильдию, я не знаю как быть дальше.

      Чёрная фигура проскользнула сквозь стол, а затем, выпрямилась.

      - Преподобный первый? - спросил Шилвайс.

      - Нет... теперь вы можете быть свободны.

      Рука скользнула к нему.

      Шилвайс смотрел как в нему потянулись чёрные, завёрнутые в ткань пальцы. Сначала они замедлились, а затем выстрелили в его горло.

      Лицо Шилвайса исказилось, а рот и глаза расширились до предела.

      Всё что вышло из его горла, был полузадушенный вопль. Он пытался колотить по запястью фигуры, чтобы освободиться. Но его руки скользили прямо через фигуру.

      Никто не видел, как цвет исчезал из его плоти и волос. Жизнь Шилвайса меркла, питая призрака, который потом выпустил свою хватку и мастер писец упал на пол.

      Тело Шилвайса в последний раз дёрнулось и затихло.

      Фигура согнула чёрные пальцы. Шипение снова наполнило комнату и в нём слышалось облегчение. Он стал переворачивать листки один за другим и наконец издало разочарованное шипение. Того, что он искал здесь не было. Были только имена, которые никто не должен был знать.

      Джеретан, Фазабид, Меманех, Крейф и Ухмгада...

      Чёрная фигура повернула капюшон в сторону своего бывшего слуги. Он не должен был быть найден здесь в таком состоянии. Стража города уже поверила в то, 'убийца' мёртв и никогда не вернётся. И лучше ему так и оставаться мёртвым. Молодая Винн Хигеорт ещё должна будет привести его к текстам, связанным с гномами. Он достиг нефтяного фонаря на столе и остановился.

      Ликэн... Волино и Хассаун... Веспана и Гахетман...

      Фигура схватила фонарь и хлопнула его на пол рядом с телом Шилвайса.

      Черная фигура перевернула последние листы, собирая в фолиант и в это время, огонь начал распространяться по половицам. Но, когда он направился к задней стене мастерской, он снова остановился с наклоненным вниз капюшоном.

      Одно имя было упущено.

      Его имя... Сау'илахк.

      Это имя было тщательно скрыто и прошло более тысячи лет.

      Шипящий звук нарастал, и окна заднего окна зазвенели. Чёрная фигура разрушила это окно и вытащила пергамент в фолианте, через отверстие и вышла из магазина. 

Сумерки опустились на гавань Чемар-Си, западной стороны Дредзсита, который находился через залив от Колсита. Двухмачтовый нуманский корабль дрейфовал у его доков. Экипаж и судно приплыли недавно.

У корабля стояли люди. Трое носили шлемы из полированной стали и держали в руках бледно-жёлтые фонари. Они были облачены в сверкающие кольчуги, которые виднелись из-под развевающихся малиновых плащей. У каждого на поясе висел длинный меч в ножнах, с серебряными пластинами. Этими тремя были Вердас — стража и личные телохранители Арескинны, королевской семьи Мелорна в Колсите.

За ними стоял высокий человек в плаще землистого цвета. Его лицо скрывал капюшон, а подол белого балахона развевался, открывая только носки темно-коричневых сапог.

Последний человек с ними был намного ниже остальных. Под плащом, глубокого цвета морской волны, он прятал маленькие руки в перчатках и по этим маленьким рукам можно предположить, что это женщина. Она смотрела на борт судна и доки, как будто искала кого-то.

Экипаж подозрительно быстро вынес с корабля свой груз, как будто корабль покидал свой последний порт не полностью загруженным. К тому времени как они закончили, время приблизилось к ночи.

Капитан судна, прогуливаясь мимо, посмотрел на стражников. Самый высокий и широкоплечий Вердас, коротко кивнул. Его короткая чёрная бородка дрогнула. Капитан судна покачал головой и повернулся в сторону своего судна.

Люди продолжали чего-то ждать, пока от берега не послышались тяжёлые шаги.

Женщина в зелёном бросила в ту сторону взгляд, а затем быстрыми шагами направилась в сторону дока и охранники поспешили следом.

Запаниковавшие охранники догнали её и обступили со всех сторон, когда женщина замерла перед доками, прислушиваясь к звукам и надеясь увидеть в темноте обладателя тяжёлой поступи. Но всё, что она увидела, это небольшие здания доков, склады и трёх гномов, которые сидели на бочках и о чём-то тихо говорили.

Однако шаги не сбавили свой ритм.

Сначала докеры не обращали на них внимания. Возможно, они думали, что это один из их собственных людей. Потом, в тусклом свете фонаря мелькнул неясный силуэт.

Тяжёлые шаги приближались, а затем, их обладатель снова достиг освещённого участка и докеры, находившиеся ближе всего к нему, вскочили со своих мест, опрокинув тяжёлые бочки. Спутники женщины стали озираться, пытаясь вглядеться в темноту. Создавалось впечатление, что шаги возвещают что-то нехорошее, чего, однако никто из них не мог понять.

Наконец шаги стали стихать, и фигура их обладателя остановилась в кругу света от фонарей с корабля, и стал виден силуэт широкоплечего карлика.

Свет выхватил седую голову с прожилками чёрных волос, обрамляющих мрачное и морщинистое лицо. Всё остальное терялось в темноте, как будто сама ночь старалась скрыть его. Высокий Вердас с бородкой выглядел возмущённым:

— Ты опоздал! — проворчал он. — Мне не нравится то, что моя госпожа вынуждена ждать вас в темноте!

— Это вы пришли рано, капитан. — ответил пришедший и его голос звучал как скрежет камня о камень. — И мне всё равно… я не хочу чтобы кто-либо видел меня здесь больше, чем это необходимо.

Он приблизился, выступая из темноты.

Он был почти одного роста с маленькой женщиной, но в несколько раз шире её. Спутанные волосы, висели до плеч, а жёсткую линию рта обрамляла короткая борода, казавшаяся стальной щетиной. Поверх серых бриджей и шерстяной рубашки, он носил кольчугу с коротким рукавом и чёрные промасленные поножи. Рукоятки кинжалов и меча в его ножнах были украшены чёрной плетеной кожей.

Эта тёмная тяжёлая фигура остановилась в трёх шагах от людей, и тишину взорвал громкий выдох через широкий нос, полный презрения к своему сопернику. Потом, его тёмные глаза остановились на маленькой женщине, окружённой своими телохранителями.

— В этот раз новолуние совпадает с самым большим приливом в году. — прогрохотал он. — Добро пожаловать снова… принцесса.

Женщина подняла руки в перчатках, чтобы откинуть капюшон.

Это движение распахнуло её плащ, открыв тёмно-зелёную юбку. Верхняя юбка имела большой разрез, через который были видны тёмно-коричневые штаны, заправленные в высокие сапоги из телячьей кожи. Над её левым бедром виднелась рукоять сабли. Она откинула капюшон, открыв тёмно-каштановую копну волос обрамляющую хорошенькое личико.

— Герцогиня, мастер Циндер, — поправила она его, но её голос дрожал и ломался. — Только герцогиня.

Рен Файнер Арескинна, герцогиня и принцесса Файнер, благодаря браку с королевской семьёй из Мелорна, благоговейно склонила голову перед тёмным карликом.

— Игры с изменением названий ничего не значат. — сказал он. — Это не умаляет наследия. Принцесса Арескинна, та кто приезжает к Хассаг'крейг.

Раздался мягкий подобный пению лесного жаворонка смех.

— Ой, прости нас, Смарасмэй, старый призрак. — прошептала она используя имя гнома. — Не будем нарушать приличия в угоду своим предпочтениям.