— Когда я говорил, что «объект» может защищать себя сам? Никогда? Так вот это было потому, что «объект» себя защищать не должен! Надеюсь, это понятно?
— Куда уж понятнее, — проворчала Ксения, заставляя похожую на блёстки броню втянуться обратно в кожу. Похоже, идея остаться совершенно беззащитной и полностью довериться коллегам, не пришлась ей по душе.
— Не расстраивайся, — неожиданно приободрил её Ждун, — Ведь на самом деле тебе повезло больше остальных: у тебя по крайней мере есть шанс остаться невредимой. По крайней мере, если твои коллеги как следуют постараются.
После такого многообещающего заявления все невольно насторожились. Что такого задумал этот безумный преподаватель, раз поставил такие условия?
— Итак, первым охранником будешь ты, — Аркадий Борисович ткнул пальцем, не глядя, и, возможно, именно поэтому попал в того, кто занимал больше всех места. А именно — в Антона.
Неторопливо разминая шею, Антон медленно начал выходить вперёд. В этом и была его ошибка.
Потому что в следующую секунду Ждун выхватил из-за спины пейнтбольный пистолет и с расстояния всего в пять метров несколько раз выстрелил в Ксению.
Девушка вскрикнула: конечно, это были не настоящие пули, однако каждый выстрел в незащищённое тело был весьма болезненным, тем более что ей запретили использовать доспех. Врезаясь в тело, шарики лопались, обдавая место попадания краской. Одежда Ксении на животе, бедре и голени окрасилась в ярко-жёлтый. Игорь мысленно посочувствовал девушке: под одеждой наверняка образовывались синяки.
— Но я… — возмущённо начал Антон.
— Ты — тормоз, почему-то решивший, что человек, напавший на твоего подопечного, будет ждать, пока ты подготовишься, — безапелляционно оборвал его Аркадий Борисович. — Следующий.
Антон негромко выругался и отошёл к остальным, а его место занял Артур. С самого начала он чуть поднял руки и на полусогнутых ногах стал так, чтобы находиться между Ксенией и Ждуном. Преподаватель одобрительно кивнул:
— Уже лучше. Может, из некоторых ваших ребят и выйдет толк.
На слове «толк» он неожиданно выбросил вперёд свободную руку, отправляя в полёт круглый жёлтый предмет. Артур не стал пытаться ловить его или отбить: мгновенно превратившись в облако из водной взвеси, он перенёсся к Ксении, материализовался возле неё и одним движением сбил с ног, накрывая собой. Решение было верным: жёлтый предмет оказался гранатой, которая взорвалась в воздухе, разбросав краску в радиусе нескольких метров. Попытайся Артур отбить её — часть брызг непременно прошла бы мимо него, задев Ксению и тем самым ознаменовав его поражение. Однако «охранник» загородил «объект», полностью приняв атаку краской на себя. Одежда Артура сзади сменила цвет, однако своей цели он добился: на Ксении не было заметно ни капли краски.
— Отлично, — кивнул Аркадий Борисович, признавая победу Артура, а затем обернулся к остальным: — Берите пример с вашего коллеги. Он прекрасно понял фразу про самопожертвование. Следующий!
Как выяснилось, пистолет и граната были не единственным оружием, составляющим арсенал Ждуна. Аркадий Борисович метал резиновые ножи, использовал слезоточивый газ (было совершенно непонятно, как Юля должна была защитить «объект» от подобной атаки, поэтому она закономерно проиграла), а один раз даже вытащил резиновую дубинку и бросился врукопашную. Надо сказать, у Тимофея, ставшего его противником, до этого вполне успешно получалось оборонять Ксению от нападок Аркадия Борисовича, однако ближнего боя никто не ожидал.
Надо отдать Тимофею должное: несмотря на резко изменившуюся обстановку, он успел среагировать и даже создал в паре метров от Ксении липкое смоляное болото, чтобы поймать Ждуна за ноги. Это почти сработало: Аркадий Борисович запнулся, но в следующий миг совершил прыжок, оставив расшнурованные берцы в ловушке из смолы. Сам он тем временем совершил перекат и не больно, но обидно постучал Ксении дубинкой по голове, заставив девушку возмущённо покраснеть.
Подготовка Аркадия Борисовича впечатляла. Тот факт, что его берцы были заранее развязаны, мог говорить лишь об одном — Ждун изначально знал о том, какими способностями обладают присутствующие элементали. Именно поэтому он обладал преимуществом, позволившим доминировать в большинстве схваток. До сих пор защитить объект удалось лишь Артуру и Михаилу Сергеевичу. С Глазуновым, казалось, и вовсе бороться было бесполезно: материализовав щит, он занял стойку рядом с Ксенией, надёжно отгородив её от Аркадия Борисовича. Ждун сделал несколько выстрелов скорее для проформы, чем из реального желания достать «объект», неохотно признал поражение. Игорь подозревал, что преподаватель, знакомый со способностями элементалей, изначально осознавал, что справиться с руководителем отдела не удастся, поэтому приберёг свои козыри для других.
Когда Тимофей проиграл, он развернулся и покинул круг, почему-то одарив Игоря ненавидящим взглядом. Это был не первый такой случай, и Игорь поставил себе в голове заметку — обязательно разобраться, почему Тимофей так и пышет неприязнью по отношению к новому коллеге. Оставлять это как есть было опасно: неизвестно, какие задания СЗГ придётся выполнять, и оставлять за спиной недоброжелателя совершенно не хотелось.
По-настоящему выделяющимся получилось выступление Прилепина Глеба. Видимо, решив, что лучшая защита — это нападение, он сходу бросился на Ждуна, покрываясь тонкой плёнкой из металла. Строго говоря, это действие не было лишено смысла: чем ближе Глеб находился к Аркадию Борисовичу, тем сложнее последнему было попасть по «объекту». Однако Прилепин, похоже, решил пойти дальше.
Благодаря регулярным тренировкам у всех элементалей постепенно улучшался контроль над стихией. Так Глеб недавно помимо стандартной аллюминиевой оболочки научился формировать на пальцах острые конусы, напоминающие когти. И прямо сейчас эти когти летели в висок Ждуна.
Краем глаза Игорь увидел, как подскочил Глазунов, кидаясь в сторону Прилепина. Как Ксения, забыв о том, что её должны защищать, бросилась вперёд, вытягивая руку, чтобы остановить Глеба. Но он был слишком близко к преподавателю, и никто не успел бы его остановить. Кроме, разве что, самого Ждуна.
Никто не понял, как именно это произошло. Не появился доспех, в последний момент защитивший Аркадия Борисовича. Не было исчезновения вроде того, что использовал Артур, ненадолго превращаясь в водяной туман. В общем, не случилось ничего, что можно было принять за применение стихии. Но в следующую секунду Глеб воткнулся лицом в пол, а Ждун оказался у него на спине, выкрутив металлическую руку назад.
Прилепин громко зло закричал, вырываясь, и, вполне возможно, ему бы это удалось, однако тут подоспел Глазунов, положивший руку ему на плечо. Было ясно, что Михаилу Сергеевичу вполне по силам не только удержать Глеба на месте, но и сломать ему руку, если потребуется. Словно ощутив это, аллюминиевый элементаль перестал дёргаться. Только тогда Глазунов тихо, но веско произнёс:
— Достаточно. Ты нарушил правила и проиграл. На этом с тебя хватит.
— Да не собирался я ему вредить! — возмутился Прилепин. Однако на фоне последних событий ему, конечно, никто не поверил. Михаил Сергеевич наклонился, поймал взгляд подопечного и кивком головы указал ему на выход.
Глеб, похоже, был не слишком доволен подобным решением, но спорить с командиром не решился. Аркадий Борисович отошёл от его. Поднявшись и резким движением одёрнув одежду, Глеб развернулся и направился в раздевалку. Останавливать его никто не стал.
— Кто следующий? — как ни в чём ни бывало поинтересовался Аркадий Борисович.
Стойкость этого человека восхитила Игоря. Не только физическая — хотя противостоять пусть не самому сильному, но всё же элементалю, для обычного человека было крайне непросто, но и психологическая: невозможно оставаться спокойным, когда тебе только что чуть было не снесли голову ударом острых металлических когтей. Ждун — оставался.