— Ничего он такого не делал. Нормально доедал до конца всё что дают. И целыми днями по улице носился как угорелый с ватагой таких же мелких охламонов, — взялась отвечать за пацана бабка, у которой, по всей видимости, отменный слух компенсировал плохое зрение. — Матрёна, дай нам что-нибудь от запора, да мы домой пойдём.

В этот момент я начал получать зрительные образы, транслируемые сознанием бабки и внучка. Увидел, как Нюра накладывает пацанёнку такое количество еды, как взрослому мужику, и перед тем как отпустить на улицу, заставляет всё обязательно доесть. Таким образом обнаружилась причина появления заворота кишок, которую я шёпотом объяснил Матрёне.

— Нюра, а ты зачем своего внучка Генку как на убой кормишь?

Знахарка тут же взялась за обработку бабки, а я, словно сапёр, работающий со сложным механизмом взведённой мины, начал аккуратно пальпировать живот пациента, поэтапно исправляя с помощью дара все последствия переедания, чередующегося с необузданной физической активностью растущего организма.

Через пятнадцать минут я смог всё выправить, убрать кишечную грыжу, остановить некроз и удалить аномальную спайку с петель кишечника. Вымотался, конечно, знатно, но удовлетворение от результата перекрывало всё.

В это время Матрёна тоже не сидела без дела и прочитала бабке малолетнего пациента целую лекцию. При этом, к своему немалому удивлению, знахарка начала использовать элементы не только психологического внушения, но и гипнотического кодирования. Из-за этого баба Нюра не просто кивала и соглашалась, а реально собралась изменить свою стратегию чрезмерного кормления внучка на облегчённый вариант поглощения пищи.

— Спасибо, Алексей, за то, что помог, — поблагодарила знахарка после того, как Нюра оплатила приём завёрнутым в газету свежеощипанным костлявым петухом и ушла вместе с получившим облегчение Генкой.

— Матрёна Ивановна, не за что меня благодарить, я всегда рад помочь. Это ты молодец, что вовремя заметила критическую ситуацию. При таком запущенном случае заворота кишок, даже скорая помощь мальца в городскую больницу могла не довезти.

— Ну и куда ты теперь? Вижу ведь, сегодня на ночёвку опять не останешься.

— Сейчас заеду в клуб, потом проведаю Лену Давыдову на хуторе. Ну а вечером поеду в Смоленск. Пора с одного слишком ретивого грузина членские взносы за систематическую вредность собрать и поставить его на место, пока не началось.

Едва успев озвучить свои планы, я тут же получил нагоняй от очередной посетительницы, прямо на пороге приёмной знахарки. Огромной тётке показалось, что я пользуюсь своим положением жильца и отвлекаю Матрёну от своих прямых обязанностей.

В клубе я договорился с Пашей Рязанцевым об индивидуальном видеосеансе для меня и Ольги. Заодно встретил худрука Петухова и тот похвалился окончанием полного перевода одного из спагетти-вестернов. А на выходе с работы, на которой я всё больше становился гостем, меня встретил Рыжий. Видимо, Санька высадил председателя колхоза у сельсовета, заметил «Ниву» рядом с клубом и решил меня перехватить.

— Ну привет, пропащий, — начал он не особо приветливо. — Не ожидал, что ты выпишешь мне запрет на просмотр видеофильмов.

Как я и предполагал, Саня предъявил мне за выданный работникам клуба запрет пускать его на тестовые ночные видеосеансы.

— Я только на ночные сеансы запретил тебя пускать, чтобы ты высыпался. А то Рязанцев с Боцманом и все остальные любители полуночных сеансов с красными глазами до сих пор ходят. Саня, кассет с фильмами не так много, постепенно я тебе сам всё покажу, причём с переводом.

— Надеюсь, — пробурчал Рыжий.

Чтобы он не обижался, пришлось пригласить его на завтрашний видеосеанс. И разрешить привести с собой Машку.

Прочитав мысли друга, я выяснил, у него с ученицей знахарки всё серьёзно. В другой ситуации мог возмутиться и отчитать Рыжего за то, что тот воспользовался неопытностью девушки, но не имел на это права, ибо основным инициатором их ночных встреч в бане являлась похорошевшая Машка.

Характер у неё закалился в борьбе со своей тёмной половиной. И хотя Санька хорохорится, она сильнее и обязательно приберёт к рукам запавшего на неё рыжего охламона. Думаю, это даже к лучшему, а то присматривать за ним времени совсем нет.

После клуба заехал к Давыдовым на хутор. Перед тем как явиться в дом, прошёлся по пепелищу старой усадьбы и долго стоял рядом с засыпанным песком кратером, оставшимся от старой мельницы.

Слабые, остаточные эманации потусторонней тьмы ещё ощущались в эпицентре заделанного прокола в реальности, но противоестественного сквознячка больше не чувствовалось. Нечто огромное, ранее шевелившееся на той стороне в океане тьмы, больше не ощущалось. Похоже, разорванная мной пуповина, связывающая эту реальность с потусторонним астралом, сама восстановиться не сможет.

Закончив проверку, зашёл в дом Давыдовых и внимательно просканировал беременную жену пасечника. Матрёна права — беременность протекала в штатном режиме, при этом не имелось никаких признаков осложнений. Несмотря на это, я укрепил организм Лены там, где надо, и дал пару дельных советов, способных облегчить вынашивание плода.

Во время чаепития с хозяевами зашла речь о свежесобранной клюкве, и я снова вспомнил об одиноком путнике на болоте. Я что-то упускал, но вот только что? Ответ на вопрос пришёл, когда начал сравнивать два последних ритуала погружения. Первый — через подобранную в лесу проволочную скрутку, и второй — через пачку пятирублёвок.

Купюры своему племяннику Гоги Георгий передал в день изъятия. И этого вполне хватило, чтобы в момент погружения я увидел не бывшего владельца денежных средств, грузинского решалу, а его племянника.

Проволоку на дужках заматывал бородатый тёмный. Судя по силуэту, увиденному в воспоминаниях девочки, мужик поджарый, небольшого роста. Временной период между смертельными «несчастными» случаями, зафиксирован смоленским юристом документально. Всё это происходило на протяжении тридцати лет. Выходит, возраст тёмного не меньше пятидесяти. При этом тот, кто шёл по болоту, намного выше его ростом, шире в плечах, тяжелее, без бороды, в очках и явно моложе.

И что же у нас получается?

Получается, что я ошибся. Увидел во время погружения болотные топи и из-за этого, сместив внимание, неправильно воспринял полученную информацию. Не сфокусировался и упустил само собой напружившееся объяснение — болотный ходок, это один из лесхозовцев, распутавших проволочку, не позволявшую детям выбраться из ловушки. И раз я увидел этого человека ночью, бродящим по тем самым проклятым топям, то он сто процентов как-то связан с тёмным. Иного объяснения его нахождения там я не находил.

Одна загвоздка: во время поиска детей и в тот момент, когда их нашли, я был сконцентрирован на другом и не обращал внимания на окружающих. Из-за этого плохо запомнил лица поисковиков.

Я знал, какие меры нужно предпринять для исправления ситуации, но без посторонней помощи для ускорения процесса мне не обойтись. Отставил дымящуюся кружку, я посмотрел в глаза Давыдову.

— Иван, давай выйдем покурим, — предложил я, и пасечник вышел за мной во двор.

— Чего ты задумал? — с подозрением спросил Давыдов.

— У тебя же много друзей в лесхозе?

— Хватает.

— Нужно найти одного человечка, только аккуратно, чтобы он не понял, что его ищут.

— Это как-то связано с недавней пропажей детей? — догадался Давыдов.

Я кивнул.

— Мне нужен один из тех, кто активно искал детей. Здоровый мужик. Носит очки. Возраст не знаю, но думаю, ему не меньше двадцати. Ещё у него есть в наличии охотничья двустволка-вертикалка.

— Ну, двустволкой в лесхозовском посёлке точно никого не удивишь. Насколько я знаю, у местных только незарегистрированных стволов больше полусотни, и это я не считаю всяческого нарезняка, найденного в лесах после войны. Хотя, вертикалка — это зацепка. Если двустволка вписана в охотничий билет, то вообще легко сопоставить обладателя с твоим описанием. Завтра, я составлю список тех, у кого официально есть такое оружие, и по памяти перепишу покупавших стволы с рук и получивших в наследство без регистрации.