Сразу, как только точно определили направление, мы направились туда. Бежали, но не быстро, экономили силы. Да и бежать было не особо долго, так что сразу перестроились в боевое построение. Копейщики — на флангах, мечники — в центре, лучники — за ними, как и один отряд копейщиков. И таким широким и развёрнутым строем ударили во фланг тварям, которых было сильно больше, чем отряд Ники и Мелла.

— Ха! А я говорил, они нам помогут! — послышался выкрик десятки.

И в этот миг схватка оказалась предрешена: противник просто не ожидал появления ещё одного отряда, из-за чего был буквально сметен, сломлен и уничтожен. Целиком и полностью. И когда мы завершили подсчёты и раздали оружие бойцам моего отряда, всё же даже одна синяя полоска лучше обычного вооружения, мы быстро переговорили.

Как оказалось, найти вход в пещеры так и не удалось, но сами пауки откуда-то лезли. Мало-помалу, но лезли. Это напрягало, ибо в ночи они будут действовать в разы увереннее и рванут огромной лавиной, наполняя весь лес. Это нужно было как-то предотвратить. Но радовало, что мешочки работали, и ни одна тварь не смогла даже притронуться к бойцам.

— Что по потерям? — когда всё завершилось, я посмотрел на поредевший отряд Мелла и Ники, понимая, что раненых им пришлось в какой-то момент бросить.

— Ноль, — самодовольно ответил десятый. — Всех, кто был тяжело ранен, отправляли в город. Ника спасала всех. Тех, кто терял конечность, тех, кого фактически убили, но они ещё сохраняли сознание. Спасала всех. Но переживших тяжёлые травмы… отправляли назад. Слишком сильное потрясение сказывалось на боевой готовности. Предвещая вопрос, в сопровождении, конечно.

— И сколько вернулось? — усмехнулся я. — Или вы приказывали не возвращаться назад?

— Второе, — ответила уже Ника, которая буквально вся, с головы до пят, была в чужой крови. — Нечего в ночи тут гулять, особенно когда не знаешь, куда точно следует вернуться. Всего таких отправили пятерых, с ними двоих в сопровождение. Пятнадцать бойцов. Три полных пятёрки. Ничего критического. Каждой ушло по одной. Стали даже как-то лучше справляться.

— Меньше людей — проще управлять, — подметил я. — Что-то ещё, о чем я должен знать?

— Ну, думаю, о ловушках и засадах ты догадался, — пожал плечами десятый. — Тут ещё временами гарпии просто так падают, словно от усталости подыхают в полёте.

— То есть как? — приподнял я одну бровь. — Просто летят-летят себе такие, а потом берут… и падают замертво на землю?

— Именно так, — кивнул Мелл. — Словно кто-то занял их гнездовье и не даёт в ночи вернуться домой. И если я всё правильно понял…

— Там ещё выходы из пещер, — практически одновременно сказали мы, а потом я продолжил: — Вот только ваш маршрут не предполагал того, что придётся подниматься по горам к гнездовьям тварей. И становится ясна причина того… что твари так охотно нападали на гарпий. Они опробовали их плоть, но съели слишком мало, чтобы считать это обыденностью.

— Угу, — кивнула Ника. — Тоже так подумала. Деликатесы привлекают внимание. А вообще… мы пошли. Этот отряд, кстати, возвращался откуда-то со стороны города в лагерь. Пять десятков кентавров и примерно полторы сотни сатиров. Не видел никого, пока шли сюда?

— Вообще никого, — с удивлением проговорил я. — Значит, где-то среди деревьев потерялись. Но этот вопрос решённый. Сейчас же нам надо двигаться дальше.

— Удачи вам, — похлопал меня по плечу десятый, после чего отдал несколько приказов своим бойцам, которые последовали за ним на юг, в город.

Я же глянул на своих бойцов. Окрылённые несколькими победами подряд, они порывались действовать дальше. Боевой дух на высоте. Правда, до первых потерь, если они будут… но услышанное от командиров второго отряда заставляло их надеяться на лучшее. Да и я, если честно, не собирался просто так давать им умереть.

— Короче, — осмотрел я всех, обратившись к бойцам, но говорил достаточно тихо, чтобы не было слышно далеко. — Наша задача сейчас — продвигаться на восток, уничтожая всех монстров на своём пути. Не рискуем. Не лезем на рожон. Прикрываем друг друга, смотрим по сторонам, сообщаем обо всём подозрительном. А на горах будем уничтожать пауков и гарпий, если те на нас нападут. Вопросы?

— Может, задержимся, если не уложимся в установленные сроки? — поднял руку со щитом один из командиров.

— Скорее всего, так и выйдет, — ответил я.

И казалось, что это должно удручать бойцов, но нет, эти радовались. И как бы сказал мой отец: «Эти сломались, ведите следующих». Но я не мой отец. Я был только рад этой реакции.

Иногда ничего, кроме мотивации, бойцам и не надо. Иногда мотивация может быть проста, как прямой удар копьём. Иногда весь смысл этой самой мотивации — просто громить врага. А какой там глубинный смысл — дело десятое. Главное, бойцы, которые бежали сейчас вместе со мной, были только рады отправиться к противнику, уничтожать его. И я, как хороший и чуткий командир, с превеликим одобрением смотрел на всё это… ну и способствовал исполнению их стремлений.

И сейчас лёгкой трусцой мы направились на восток, к горам, которые находились от нас на расстоянии километров пять. Да ладно горы, нам ещё нужно было забраться на их вершины… хоть они и не были особо высокими, но сам факт… вот это меня удручало. Бойцы могут вымотаться, устать. Но я надеялся на то, что кто-то из них хоть немного знает местность.

Снова враг попался весьма нескоро. Всё же Ника достаточно хорошо перешерстила редколесье и вырезала всех, кто тут мог вообще находиться. Нам же стало попадаться только пополнение, которое шло на смену тем отрядам… которых уже не было. Нет, враг определённо начал учиться, понимать, как надо воевать. Но… до нас ему ещё далеко. Очень и очень далеко. Технологический прогресс на нашей стороне. Умение и навыки у нас лучше. Боевая, тактическая выучка у нас тоже на более высоком уровне.

Но что ни стычка, какой бы размером отряд врага нам ни попадался… мы их практически всухую уничтожали. Мои бойцы осторожничали, действовали, как я и учил, от обороны, но всё равно иной раз пропускали один-два удара, из-за чего после боя приходилось восстанавливать их здоровье. Один раз даже три пальца пришлось приращивать назад… многие на это смотрели сначала с омерзением, а потом с небывалым интересом. Никогда такого в жизни не видели, их можно было понять.

Что касается меня… то в боях я старался вырезать как можно больше врагов, энергию вообще не экономил, она между битвами восстанавливалась полностью. Волна силы, Ауры, мощные выпады… всё, что только мог использовать — использовал. В определённый момент мне стало скучно, и я применил свой новый боевой навык. Тут же в животе возникло ощущение, что из меня вырвали какую-то частичку меня. Неприятно… но терпимо, проходили. Просто слишком быстро за раз опустело внутреннее море.

— А-а-а-а! — провопил кентавр, по которому пришёлся удар, заряженный проклятой магией. — Копыта! Копыта! А-а-а-а-а!

— Да не ори ты, — нахмурился я, после чего вонзил глефу ему в глотку.

Он был последним в этой группе, в последней группе возле предгорья. Когда монстр умер, я бегло осмотрел его тело… и приятно удивился. Каменеть начали самые критические для этого существа части тела. Копыта, как он и орал. И не просто каменеть, он ими начал двигать… из-за чего они лопнули. Неприятненько на самом деле выглядело.

Как после любого боя — сбор трофеев. Обычные монстры никогда не носили с собой что-то лучше, чем вооружение на две синих полоски. Но даже этого весьма хватало на то, чтобы перевооружить моих воинов. Они сначала не понимали, зачем и почему… но когда я им показал прелести опоясанного оружия, то их глаза буквально начали гореть изнутри. Этим только дай поубивать… только рады будут. Маньяки. Но зато свою маниакальность в нужное русло направляют.

И снова лёгкая пробежка; каждый обсуждал, насколько ему повезло, а насколько нет. Кому-то досталась броня с убитого кентавра, от которой несло дерьмом, кому-то с сатира, кому-то ничего не досталось, и тот жаловался, что его защита хуже всех. В общем… просто центр строя не бежал, болтал без умолку. Но что самое интересное… даже болтая, они исполняли свои обязанности: следили, поддерживали, сообщали, передавали приказы. И раз они честно работали… то и я их не ругал за лишнюю болтовню. Сейчас она, наоборот, была даже полезна, ибо они привлекали к себе противников.