— Кхм, — кашлянул он, — такой, чтоб эти прошли, нет — не успею, — показал он на глипт.

Трёхметровые воины, действительно, могли задержать процесс. Лишние кубометры земли помешают управиться до рассвета.

— Обойдёмся и без них, ну так что?

— Да, без проблем, — Джанашия отделился от нас, намеренно вычурно шагая, будто что-то измерял стопой и вскоре исчез в темноте.

Я объяснил своим офицерам план действий, и те немедленно разошлись по своим подразделениям. Колозень находилась от нас в семистах метрах, но для Джанашия эта задача по плечу. Маг не раз демонстрировал умение работать вдолгую, чего только стоят его многокилометровые дороги из Таленбурга. Туннель, конечно, требовал больше сил, и старик честно предупредил: серьёзное истощение не позволит помогать в сражении, однако у нас было кому драться.

Гио умело смещал пласты земли, раздвигая их в стороны и утрамбовывая, так что ничего не приходилось выносить наружу. В то же время рыл он достаточно глубоко, чтобы не выдать себя. Управился за три с половиной часа. В конце ему пришлось попотеть с фундаментом, растворив проход внутрь крепости. Джанашия опасался наличия вражеского мага земли, потому делал всё по уму, избегая грубой техники дробления камня.

Старик ориентировался под землёй как заправский столетний крот. Чётко знал, где мы, чувствовал породу и расположение зданий, потому вывел нас к подъёмному мосту и железной герсе.

— Выйдем чуть левее, сюда в нишу, — вытирая лоб тыльной стороной ладони, прошептал он и ювелирно продавил камень, позади цепочкой выстроилась диверсионная группа.

Джанашия считывал отсюда шаги стражи и знал, где безопасней всего устроить выход на поверхность. Последний слой камня был расплавлен, а внутри помещения нас встретила полутьма. Земельник вылез первым и с облегчением выпрямился, держась за спину. Послышался хруст позвоночника.

Следом ввалились я и Склодский. Мы попали в пропахшую маслом неказистую комнатку. Слева в крохотное оконце со стороны ворот пробивался слабый лунный свет. Справа я разобрал дубовую дверь, а над ней в потолок уходили железные цепи — это шёл привод к герсе.

Подождав, пока в каземат набьётся достаточно наших, мы тихонько толкнули дверь и попали в узкий каменный коридор. Впереди шёл Склодский, далее я, Мефодий и остальные из главного отряда, замыкала строй Святослава, одетая с головы до пят в броню. Ей путешествие под землёй далось хуже всех. Выяснилось, что девушка не шибко жалует замкнутые пространства и сейчас приходила в себя, тяжело дыша.

Миновав проезд ворот с опущенной железной решёткой, мы повернули направо и поднялись по винтовой лестнице в надвратную башню. Склодский шёл первым. У стражи не было никаких шансов. Голенища наших сапог были обшиты антишумовым белым мехом межмировой кошки. Он гасил любые звуки, потому антилекарь быстро справился с тремя воинами. Те даже не успели удивиться происходящему — попадали замертво.

— Леонид, займись остальными стражами, Нобу, прикрой его. Мефодий, встань за лебёдку… — раздавал я шёпотом команды, осматривая площадку, здесь нам предстояло обороняться против всего гарнизона, пока не подоспеет подкрепление. — Укрепи стены, — велел я Джанашия, зная, что у того осталась капелька магических сил.

Надо было дождаться, пока Склодский зачистит втихую казармы, погрузив всех в тяжёлый сон, и только потом опускать мост и поднимать решётчатую тяжёлую герсу. Мы в состоянии победить, не пролив ни единой капли крови, главное — пленить барона Зампольского или его ставленника…

— Что такое? — испуганно спросила Святослава, оттягивая вверх забрало шлема.

Снаружи поднялась тревога. Звук горна прокатился по всем закоулкам крепости и повторился, заполняя вибрацией грудь. Я выглянул в грубое окошко и заприметил дым костров со стороны леса, там, где встало на ночлег наше войско.

— Идиоты, — сжав зубы, процедил я.

Граф вознамерился сорвать тихий штурм, рассчитанный на малое количество жертв. Он намеренно раскрыл свои позиции и подставил нас. Мне ничего не оставалось, как выпустить сигнальную ракетницу в небо. Зелёные искры оповестили прятавшихся на опушке глипт, и те сорвались на стремительный бег.

— Поднимай! — приказал я Мефодию.

Богатырь только этого и ждал. Руки так быстро закрутили подъёмный механизм железной решётки, что та пронзительно заскрипела. Меж тем я отошёл к другой цепи и перерезал её, как кусок топлёного масла, а потом ещё одну. Крепостной мост с грохотом упал через ров. Проход был свободен.

Маркел деловито сбросил на пол мешок и принялся раскладывать перед собой пятнадцать бландербасов. Его оруженосцы бежали сейчас к нам со всех ног, готовые снабдить хозяина всем необходимым. С башен по глиптам полетели первые заклинания, развеивая темноту ядовитыми всполохами света. Я увидел, как парочка из них попала в цель и убила каменного воина.

— Наверх! — скомандовал я всем магам. — Ты и ты заткните ублюдков в башне слева, — бросил я Маркелу с Мефодием, и те шустро побежали вниз.

Пока по нам так кучно лупят, мои две сотни глипт не пробьются внутрь.

«Чтоб тебя, Остроградский… Неймётся же, увидел, что гладко всё идёт, подгадить вздумал…»

Я отбросил злость в сторону и как только оказался со Щукиным и его ребятами наверху, увидел, как Слодский с Нобу драпают в нашу сторону, а за ними не меньше полусотни разъярённых стражников.

— Огонь по врагу! — крикнул я и оттащил Святославу в сторону. — Видишь вон там казарма? — спросил я её, показывая пальцем на здание, откуда в спешке выбегало подкрепление. — Уничтожь.

— А как же, они…

— Они и так мертвецы, делай, что велено!

Не было никаких сомнений, что люди графа с особым пристрастием запытают защитников крепости, дабы выведать лишний кусочек информации. Я тоже в ней был заинтересован, но сейчас мы в меньшинстве. Прошляпим момент, и всех перебьют. У ворот в засаде дожидался Драйзер со своими ребятами, я велел ему не показываться раньше времени.

— Давай, или они нас, или мы их!

Девушка посмотрела на меня выпученными глазами и опустила забрало. Пока тысячи водных игл Щукина пронзали защитников, Святослава сконцентрировалась на своём особом заклинании, сжирающем почти все силы. Нечасто ей приходилось пускать в ход такое оружие против людей, потому и волновалась, но это только вначале. Дисциплина и долгие годы в Межмирье взяли своё — она шустро создала контур, напитала фигуру смертоносного заклинания и отпустила его в указанном направлении.

Скрытый талант «Красная жатва» взрастил алое цветочное поле у входа и на самом здании казармы. Распустившиеся бутоны почернели, а потом потрескались и отекли яркими лавовыми сгустками, не давая гарнизону возможности покинуть здание. Внутри послышались крики. Кто-то додумался взорвать стену при помощи магии и выжившие хлынули на свободу. В то же время я почувствовал первые толчки долетевших до крепости ядер. Наши быстроходные артиллерийские расчёты вступили в бой.

В этот момент Мефодий и Маркел пробирались наверх по винтовой лестнице в соседней высокой башне. Довольно быстро они оказались у входа на предпоследний этаж, где за бойницами скрывались вражеские маги. Взбудораженные обороной и стрельбой по подступающим врагам, они не заметили, как внутрь первым забежал Куликов и схватил за глотку ближайшего к дверям мужичка.

Тот трепыхнулся как кукла и обмяк. Здоровяк выбросил его на лестницу, и только тогда остальные пятеро обернулись к чужакам.

— Доставка свинца! АХА-ХАХ-ХА! — заорал в дверном проёме Маркел и разрядил в них пятнадцать бландербасов, двое из которых держал в настоящих руках.

Удивлённые маги затрепыхались от вошедших в них пуль. Трое сразу упали, четвёртый медленно осел по стене, оставляя на ней кровавое пятно, но последний всё ещё стоял, пошатываясь и держась за покрасневший бок. С уголка его рта капала кровь. Призрачные руки Маркела продолжали в тишине щёлкать курками, как будто в них могло быть по ещё одной пуле.