— И ты решила, что она нам подходит, потому что он её обнимает?

— Я решила, что стоит проверить, — поправила она и откусила кусок тоста. — Пока у нас был только исчезнувший охранник, а теперь появилась женщина, к которой он мог уйти. Согласись, это уже лучше, чем сидеть под его подъездом.

С этим я спорить не стал. Ника открыла другую вкладку, где тот же снимок был обрезан по краям. Его сохранили на странице кафе, рядом с фотографиями других посетителей. Дата публикации оказалась недавней. Сам профиль Мельникова выглядел заброшенным, но это ещё не значило, что он им не пользовался.

Следующий час мы разбирались с Ириной. Ника просматривала открытые публикации, а я выписывал то, что могло пригодиться. Несколько снимков повторялись на чужих страницах с подписями, которые она у себя давно убрала. По ним удалось установить станицу неподалёку от Краснодара. На фотографиях часто попадался магазин с синей вывеской, а возле него, через дорогу, стоял угловой дом с палисадником.

— Вот этот дом у неё на снимках уже несколько лет, — сказала Ника, приблизив экран. — Здесь она красит забор, здесь сидит во дворе. Не похоже, что просто гостит или кого-то навещает.

— А магазин можно найти на карте?

— Уже нашла, только надо проверить. Не хочу привезти тебя к чужой тётке, которая тоже умеет красить забор.

Она сверила вывеску с уличной фотографией, потом нашла снимок площади с памятником. Под ним было указано название станицы. После этого осталось сравнить расположение дома и поворот с главной улицы. Я придвинул ноутбук к себе. До города было около сорока километров, дорога обычная, без сложных развязок.

— Есть ещё кое-что, — Ника потянулась за чашкой, но кофе там уже не оказалось. — Часть совместных фотографий она убрала. Ссылки сохранились в старых публикациях, а у неё снимки больше не открываются. Вчерашняя сохранённая копия одной страницы ещё была с фотографией, сейчас её нет.

— После того, как он ушёл из квартиры?

— По времени похоже, но точнее не скажу. Может, поссорились и она решила стереть его из личной жизни? Люди иногда начинают с фотографий, потому что с остальным намного сложнее.

Я ещё раз посмотрел на снимок возле кафе. На лицо человека, который собирался порвать отношения, Мельников не походил. Впрочем, делать выводы по чужой улыбке было глупо. Мы и без того слишком многое додумывали.

— А общались они давно?

— Знакомы, возможно, давно, но встречаться начали примерно месяц назад. Посмотри на комментарии, — Ника прокрутила страницу. — Раньше он почти ничего не писал, потом стал появляться под каждым вторым снимком. Тут спрашивает, доехала ли она домой, а здесь обещает приехать в субботу. Ирина отвечает, что будет ждать.

— Комментарии оставила, а фотографии убрала?

— Похоже, удаляла наспех. Или не подумала, что кому-то будет интересно читать, как Антон хвалит её пирог.

Мы просмотрели переписку под открытыми публикациями. Ничего тревожного там не было. Обычные разговоры людей, которые уже знают, кто какой кофе пьёт и во сколько заканчивает работу. Под фотографией нового шкафа Антон написал, что теперь есть куда складывать его вещи. Ирина ответила, что половина полок пока свободна.

— Может, собирался к ней переехать, — предположил я. — Только всё откладывал, пока не появился повод.

— Может, просто шутил, — Ника потёрла глаза и отодвинула ноутбук. — Но проверить дом надо.

К этому времени завтрак мы знатно проголодались, но всё ещё сидели за столом. Я встал размять ногу и прошёл к небольшой кухне у стены. Номер с плитой вчера казался лишней тратой, теперь пригодился. Мы собирались уехать с утра, но поиск затянулся, и отправляться за город голодными смысла не было.

— Давай закажем что-нибудь, — предложила Ника, увидев, как я открываю пустой шкафчик. — Пока привезут, я посмотрю прокат.

— Под гостиницей есть магазин, я схожу. Сделаю курицу с овощами, если ты не против.

— Я не против еды, которую готовит кто-то другой, — сказала она и снова придвинула ноутбук. — Только не закупайся на неделю, мы здесь ненадолго.

В магазин я сходил сам. После нескольких часов за столом хотелось пройтись, хотя это и рушило мою легенду о всё ещё ноющей ноге и плече. Они уже давно не тянули и не болели, а мои кривляния… ну, пока что это было необходимо. Купил филе и овощи, заодно прихватил хлеб. Когда вернулся, Ника разговаривала по телефону с прокатом и уточняла, во сколько можно забрать машину. Я вымыл руки и занялся обедом.

Готовка помогала думать. Пока нарезал курицу и лук, перестал в который раз прокручивать вчерашние разговоры. Здесь всё было понятнее: разогрел сковороду, положил мясо, вовремя перевернул. Не нужно было угадывать, кто и зачем солгал. Когда курица подрумянилась, я добавил овощи, а потом дал им немного потушиться под крышкой.

— Машину раньше половины второго не отдадут, её ещё не вернули, — сообщила Ника. — Зато прокат рядом, минут пять пешком.

— Подождём, всё равно надо поесть. Как думаешь, Ирина знает, во что он влез?

Ника повернулась ко мне.

— Если они действительно вместе всего месяц, сомневаюсь, что он начал знакомство с рассказа о смерти начальника. Скорее всего сказал, что в Москве были неприятности на работе.

— Или вообще ничего не говорил. Переехал, устроился охранником, встретил женщину. До недавнего времени у него всё было вполне спокойно.

— Тогда ей сейчас ещё «веселее». Мужик приехал с полной сумкой и просит никому не говорить, что он здесь. Хорошее начало отношений.

— Мог объяснить ссорой с хозяином квартиры, — предположил я, помешивая содержимое сковороды. — Если она не знает, чего он боится, то могла поверить.

— А могла ничего не спрашивать, потому что рада его приезду, — Ника пожала плечами. — Мы сейчас придумаем им целую семейную жизнь, а потом выяснится, что они неделю как расстались.

Я выключил плиту и разложил еду. Ника ещё несколько секунд смотрела на карту, потом отодвинула ноутбук, подцепила вилкой кусок курицы и попробовала. Зажмурилась, довольно причмокнула и сразу потянулась за следующим куском.

— Вот это хорошо, — сказала она, проглотив. — Я уже привыкла, что ты занимаешься бизнесом и заодно изображаешь детектива. Но сантехник, который ещё и так готовит, это просто нечестно по отношению к остальным мужчинам.

— Спасибо, — я улыбнулся и сел напротив. — Там ничего сложного, главное, не забыть сковороду на огне.

— Не порти похвалу объяснениями. Я вот умею забыть, причём даже когда стою рядом, — Ника придвинула к себе хлеб. — Ты лучше скажи, часто готовишь?

— Когда есть время. В сейчас, сама видишь, его немного, поэтому обычно мой рацион значительно проще.

Я ел и поглядывал на фотографию Ирины, оставшуюся на экране. Слишком уж удобно у нас всё складывалось. Антон исчез, а наутро мы нашли возможное убежище. Если за ним действительно следили, кто-то мог проделать ту же работу раньше Ники.

— Может, сначала написать ей? — предложил я. — Спросить об Антоне, без подробностей. Хоть поймём, есть ли смысл ехать.

Ника перестала жевать и покачала головой.

— А если она покажет ему сообщение, и он снова сбежит? Мы нашли её за утро, Макс, значит, и тот человек мог найти. Не хочу сейчас пугать обоих вопросами от незнакомых людей.

— Поездкой мы тоже можем напугать.

— Можем, но хотя бы увидим, что происходит на месте. А через сообщения будем сидеть и гадать, почему она прочитала и молчит.

Я согласился. Надёжного способа подойти к Мельникову у нас не было, оставалось хотя бы не делать лишних движений. Ника проверила время и убрала ноутбук в рюкзак. Я вымыл посуду, пока она подтверждала бронь машины.

— За руль сяду я, — сказала она, спрятав телефон. — Ты вчера к вечеру уже заметно хромал, так что сегодня побудешь пассажиром.

— Я и не спорю, только не надо всю дорогу спрашивать, удобно ли мне.

— Тогда не вздыхай так, будто я отобрала у тебя последнее удовольствие.