Настроение после помывки у всех было приподнятое, даже у жаб. Двигались поживее, даже порывались прыгать, но эльфы наотрез отказались ускоряться, так что пришлось придерживать наших скакунов. Зато на ночь останавливаться жабам не требовалось. Ковыляли себе, как и раньше и не думали останавливаться. Время от времени стреляли языками, выхватывая из травы всяких грызунов и прочих мелких животных.

– Я вот не пойму, почему они так легко приручились? – Задумался Киган. – Это хтонические животные. Они враждебны всему, что не относится к их виду. Почему они нас‑то покорно везут?

– Хтонические, но животные же! А животные, в принципе, приручаются, – предположил я, просто чтобы что‑то сказать. На самом деле мне и самому было непонятно, как так получилось. – Вон у них бошки какие большие. Мозги‑то внутри тоже увеличились. Если обычную жабу напугать и вымотать, она и не поймёт, отчего это, будет продолжать убегать. А этих мы запугали, а потом приласкали немножко. Вот они и предпочитают с нами не связываться.

Ехали всю ночь, дремали по очереди, даже я, несмотря на неурочное время. Мне бы лучше утром… но сейчас выбирать не приходится. И от учёбы опять отмахнулся, хотя уважаемые новообретённые родственники в бубне были очень моим решением недовольны.

– Ну и не жалуйся потом, что помрёшь оттого что ничего не умеешь и не знаешь, – выговаривала мне какая‑то пожилая названая пра‑пра‑пра‑бабушка. – Вообще неясно, кто тебя учил до этого.

А я ж не стану рассказывать, что меня учили тысячи фильмов, роликов в интернете, авторов обрывок статей, которые я помню… короче, массовая культура меня учила. И, подозреваю, ключевое слово тут именно – «массовая». Есть у меня чувство, что все эти мои импровизации работают только потому, что где‑то далеко‑далеко в другой вселенной огромная куча людей верит, что они должны работать. Даже не так. Верят, что если бы магия вообще существовала, как и шаманизм, то вот примерно так они бы и работали. В общем, я сомневался, что мне вообще эта учёба нужна. Уверенность потеряю, и буду потом как дурак по новым правилам и законам пытаться что‑то сделать. Притом, что какие вообще в шаманизме могут быть правила и законы, когда здесь нужна вера? Так что от пра‑пра‑пра тётеньки я отмахнулся, и препдпочёл хорошей учёбе хороший сон. И задрых на мягкой, прохладной коже моего жабоскакуна аж на несколько часов, а проснулся только перед самым рассветом, когда мы уже подъезжали.

Вопреки опасениям, народу собралось прямо‑таки прилично. Я‑то ждал, что разбегутся куда‑нибудь, большей частью, а тут, если прикинуть, почти весь Базар и собрался. И теперь нас встречали. И даже радостно! Правда, радовалась только Айса – вопила что‑то восторженное и на всех ругалась, в общем, вела себя совсем не как обычно. И это было приятно, чёрт возьми! Я как‑то раньше и не обращал внимания, а сейчас вот проникся. Уж не знаю, что она так возбудилась, но меня в этом мире ещё никто так не встречал, и от такого даже на душе потеплело!

– Дуся, зачем вы так задержались⁈ – Она подбежала к нам, и маячила прямо возле жабьей морды, совсем её не опасаясь. А я тянул своего скакуна изо всех сил за ушные отверстия, потому что прям почувствовал, как сильно ему или ей хочется выстрелить языком и слопать столь неумно подставившуюся добычу. – Вождь думал, вы погибли все. Очень переживал за Илве и Кигана, а за тебя не переживал, только ругался, что ты его детей угробил! А все остальные только радовались, что вы погибли. Дусь, давай ты их накажешь⁈ Нашли на них страшных духов, пусть им ночью снится, что у них все отверстия срослись, и они не могут ни говорить, ни дышать, ни в туалет ходить!

Короче, девчонка сдала всех и вся, совершенно не стесняясь того, что её слушают. И угроза возымела прямо‑таки волшебное действие. Окружающие тоже начали мне бурно радоваться, и, опасливо косясь на Айсу, наперебой утверждали, что девушка неправильно всё поняла, и на самом деле никто мне смерти не желал.

А я даже ответить не мог, поражённый великолепием этой отличной, со всех сторон восхитительной идеи.

– Слушай, – тихонько шепнул я Вите, – а, правда, вы в сон умеете попадать?

– Мы – нет, – отрицательно покачал головой дух. – Но вообще я слышал, что да, это самое простое. С этого все шаманы и начинают. Правда, и защититься от такого можно легко, если знаешь, как. Ну, ты помнишь, в банке, который мы грабили… только там было очень сильное, настолько, что даже в реальности действует, а обычные поделки сны защищают.

Я мечтательно зажмурился. Вот это надо обязательно освоить, причём, в кратчайшие сроки. Что‑то я даже на Базаре не видел, чтобы продавались ловцы снов – а ведь если проблема есть, то и решение обязательно найдётся. Пусть даже шарлатанское, неработающее, но обязательно должны были продаваться какие‑нибудь амулеты для защиты от духов. Нет, теперь‑то понятно, с моим появлением народ озаботится, но когда ещё до всех дойдёт… А мне тогда не нужно будет надрываться в реальности. Правильно Айса предложила – залепи во сне задницу жертве, и чтобы больше такого не снилось, она будет готова на что угодно в реальности!

Из мечтательных размышлений меня выдернул строгий окрик Вокхинна. Причём, направлено его недовольство оказалось не на меня, что удивительно!

– Айса! Почему ты позволяешь себе такие выходки, да ещё при посторонних⁈ Ты позоришь племя! Иди к коровам, и не смей попадаться мне на глаза, пока я не скажу!

Честно – меня это выбесило до невозможности. Во‑первых, Айса ничего такого не делала, я ж слышал всё! Просто бурно радовалась нашему возвращению, в том числе и тому, что Илве и Киган живы. Дети того самого Вокхинна, на минуточку! Ну да, она вложила собственного вождя перед непонятным шаманом. Рассказала, что тот на меня сквернословил. Так я и без того прекрасно знал, как Вокхинн ко мне относится – я его раздражаю до зубовного скрежета, особенно после того, как моими стараниями пошатнулась его власть в племени. Было бы за что держаться, как по мне – там того племени осталось меньше сотни уманьяр!

Но главное – мне прямо по сердцу резануло, как опустились плечи у девчонки, и она побрела куда‑то к загону с коровами. Ну, серьёзно, только что мне так радовались, и тут ей бамс по башке, чтобы не высовывалась. Я, конечно, тот ещё педагог, но как по мне, такими действиями можно добиться к себе только ненависти. Меня вот уже реально бесит.

– Нет, дорогой Вокхинн, коров за сиськи пусть вон Чувайо дёргает, а Айса будет сегодня с нами. Айса, погнали уже, расскажешь, чего интересного нашла. Хотя погоди, надо же сначала с жабами определиться…

Вождь спорить не стал, только стрельнул глазами в посторонних, которые эту сцену наблюдали. Не захотел при них скандалить, только мотнул головой, дескать, ему до этого совсем нет дела. Ну да, для него это как ножом по сердцу, понимаю. Можно было так и не жестить, отозвать там в сторонку, тихонько высказать… но он меня выбесил! Вот реально! А когда я его осадил, Айса сразу заулыбалась, опять счастливая. Так что порча отношений с Вокхинном определённо того стоила.

И это я ей ещё подарки не вручил! А я не забыл, да. Второй‑то раз забыть было бы совсем свинством. Во время шопинга на Базаре накупил всякого, что в голову пришло, и теперь оно хранится где‑то в багаже, под охраной беспамятных орков.

Вот, кстати, на ком я буду тренироваться в сноходческом шаманизме! Там уже, кажись, хуже не сделаешь, зато, может, получится сделать лучше. А то мне как‑то неуютно таскать с собой живых зомби.

Айса, тут же забыв об обиде, повела нас «парковать» жаб. И строгий взгляд вождя её совсем не смутил. Мне кажется, или она на него победно и презрительно посмотрела? Кстати, Илве с Киганом тоже что‑то не спешили принимать сторону отца. Жаб на постой определили в небольшой запруде, которую здесь специально устроили «постоялцы». И привязывать не потребовалось, они сами радостно потрусили к воде и в ней рядком уселись. Только пасти открывали, старательно сигнализируя, что неплохо бы их ещё и подкормить.