– Да, но он рано умер, я его толком и не помню.

Я успеваю выдать что-то вроде «кошмар», когда Роман продолжает:

– Бабушка всегда говорила, что небо было его стихией, он не боялся его. Всегда с легкостью улетал, но возвращался с тяжелым сердцем. Оно и остановилось во сне. Дед просто однажды не проснулся. Мы с Мироном выросли с бабушкой.

В груди неприятно колет, потому что в эту самую минуту мне начинает казаться, что я и не знала настоящего Мирона. Ничего о нем, кроме того, что он позволял мне знать.

– Родители часто были заняты работой, вечными дежурствами, длительными командировками, – он говорит это так спокойно, без обиды и злости. – Я делал что мог: присматривал за младшим братом и помогал бабушке. Она хоть и старой закалки, всю жизнь проработала в Центробанке, сама могла и гвоздь забить, и пьющую под окнами компанию без наряда полиции разогнать, но… с уходом дедушки, конечно, сильно сдала. И все же именно она сделала меня таким, какой я есть. Заставляла работать с четырнадцати лет: прибивать книжные полки у ее подружек, пропалывать сорняки в огородах, таскать тяжести. Чтобы я знал цену деньгам. Отец был против, ссорился с ней. Он считал, что мы позорим его имя, что о нем будут плохо говорить, хотя он содержал нас. Бабушка слала его лесом, а деньги откладывала, чтобы они достались нам позже, когда будут действительно нужны. Именно она убедила меня, что нужно слушать прежде всего себя и следовать собственному пути.

– Звучит… потрясающе.

Мне сразу вспоминается мультфильм про дикого робота и фраза оттуда: «Не летай, как они, летай по-своему».

– Мирону было сложнее жить вдали от родителей, – продолжает Рома. – Он всегда их ждал. Особенно отца. Радовался подаркам из-за границы, которыми они откупались от нас на праздники. Расстраивался, когда те не приходили на его матчи… хотя он лет с пяти играл в футбол и на самом деле был хорош в этом. А я приходил, и бабушка, пока здоровье позволяло…

Я слушаю завороженно, не отвлекаясь ни на что. Даже под ноги не смотрю и, конечно, в какой-то момент спотыкаюсь на ровном месте, а Рома, машинально подхватив меня под мышки, возвращает в вертикальное положение и идет дальше, будто ничего и не произошло. Слишком увлеченный откровенным рассказом.

– Когда ее не стало, я точно знал, как поступлю. И поступил в летное. К счастью, нашлись хорошие люди, которые мне помогли, когда отец отказался: старые друзья дедушки, бабушкины знакомые – многие из них к тому времени занимали серьезные посты в администрации. Но я изо всех сил старался и сам, хотя не спорю, что без поддержки у меня было бы мало шансов поступить с первого раза. Слишком большой конкурс. Слишком много талантливых ребят.

– А ваш папа… он сильно разозлился на тебя?

– Не знаю, он больше никогда со мной не говорил. Первое время я пытался найти с ним контакт ради мамы, но…

Я помню тот странный семейный ужин. Бр-р-р… Я бы тоже, наверное, предпочла их избегать. Но вряд ли у меня вышло бы совсем не общаться с родителями. Они далеко не идеальные, со своими тараканами, но я… я их очень люблю.

– А потом бабушка умерла. Оставила квартиру…

– Ту, в которой мы… ты сейчас живешь?

Только спросив, понимаю, что сказала глупость. Дом совсем новый. Ему от силы пара лет.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.