Три месяца назад его сердце остановилось. Правда, нищими они стали раньше.

Дарье достался дом, долги и остаток денег на банковском счёте. Эти деньги она почти целиком вложила в своё дело. Хотела возродить фамилию. Отец был купцом. Мать тоже понимала торговлю и могла одним взглядом найти ошибку в счёте.

Знакомые предлагали продать дом и переехать в Иркутск. Работы там хватало, а сам город считался самым безопасным в Империи. На вырученные деньги Дарья купила бы квартиру и ещё несколько лет жила спокойно.

Она отказалась тогда.

Здесь прошло её детство. На лестнице до сих пор оставалась царапина от санок, которые она в семь лет решила испытать прямо в доме. В кабинете стоял отцовский стол. Даже пустые комнаты казались своими.

Теперь чужие люди выворачивали шкафы и срывали обивку со стен в поисках богатства, которого давно не существовало.

Дарью взяли за волосы ещё в спальне. Бросили лицом на пол, прижали сапогом и потребовали отдать всё. Она пыталась объяснить. Первый удар пришёлся по губам. После второго стало трудно дышать.

Потом её притащили в погреб и заперли.

— Мы сами всё найдём, — пообещал старший, затягивая шнур на её руках. — А ты пока подумай, где спрятала остальное.

— У меня ничего нет, — выговорила Дарья, сплёвывая кровь на камень.

Мужчина взял её за подбородок.

— Когда вернёмся, вспомнишь. Смерть ещё заслужить надо.

Глаза у него были спокойные. Именно они напугали больше всего… Она не знала, откуда взялась уверенность, но этот человек убивал. Много убивал…

Сейчас наверху снова загрохотало. Подвигали мебель, уронили что-то тяжёлое. Потом послышалась ругань, и дверь погреба распахнулась.

По ступеням спустились шестеро. Широкоплечий мужчина соскочил с последней ступени в воду.

— Пусто! В кабинете одна макулатура.

— В столовой даже серебряных подсвечников нет, — пожаловался второй, освещая углы переносной лампой. — Что за купеческий дом такой?

— Я их продала, — ответила Дарья, стараясь не смотреть на лица.

Широкоплечий подошёл и ударил её ладонью. Голова дёрнулась, во рту снова появилась кровь.

— Тебя спрашивали? — процедил он, вытирая руку о штаны.

— Хватит, — остановил его седой мужчина, спускаясь последним. — Девка ещё нужна.

Он присел перед Дарьей, достал из кармана сложенный лист и постучал им по её колену.

— Два месяца назад ты сняла со счёта крупную сумму. Куда ты их дела?

— Потратила, — Дарья прижалась спиной к стене.

— На что?

Лампу он придвинул к самому её лицу.

— На своё дело, — от света пришлось щуриться.

— Какое ещё дело? — широкоплечий навис сверху.

Дарья сглотнула.

— Я купила оборудование для производства мороженого, — разбитая губа слушалась плохо. — В Империи на него хороший спрос. Я хотела открыть небольшую фабрику и…

Новый удар оборвал фразу.

— Она нас за идиотов держит, — широкоплечий размял пальцы. — Всё на мороженое потратила. Ага.

— Где оборудование? — седой так и не отвёл взгляда от Дарьи.

— На арендованном складе…

Мужчины переглянулись.

— Заберём документы и саму девку, — решил седой, поднимаясь. — Дом перепишет на нас. Со складом потом разберёмся.

— Куда её девать? — тот, что жаловался на подсвечники, поднял лампу выше. — С подпольными борделями сейчас беда. Имперцы прижали почти всех.

— Найдём покупателя, — широкоплечий смерил Дарью взглядом. — Не найдём, себе оставим. В большом доме прислуга нужна.

Остальные засмеялись. Дарья перестала плакать.

У дальней стены валялся осколок бутылки. До него было шага три. Со связанными руками она далеко не уйдёт, но успеет схватить стекло и броситься на первого. После этого её убьют.

Хорошо. Потому что жить так, как они задумали, она не сможет.

Наверху что-то завизжало.

Смех оборвался.

Потом раздался короткий крик и сразу стих, будто человеку зажали рот вместе с горлом. По потолку прошёл глухой удар. С полки упала пустая бутылка и разбилась возле ног седого.

— Федька! — крикнул широкоплечий, поворачиваясь к лестнице. — Что у вас там?

Ответа не было. Седой достал пистолет и кивнул тому, что держал лампу.

— Иди проверь.

Тот сделал два шага к ступеням.

Свет погас.

— Какого хрена⁈ — заорал он в темноте, ударившись коленом о ящик.

Кто-то выстрелил. Вспышка на мгновение показала потолок, испуганные лица и длинную фигуру за спиной широкоплечего.

Дальше заговорили все разом.

Кричали… Только крики были странными, не такими, как должны быть… Словно… Не находила она подходящих фраз, чтобы это описать… Оно просто было и пугало…

Дарья вжалась в стену и закрыла глаза. Рядом хрустнуло. Тяжёлое тело упало в воду, обдав её брызгами. Кто-то пытался ползти, царапал камень ногтями и просил о помощи. Последний выстрел ушёл в потолок.

Лампочка под сводом моргнула и снова загорелась. Шестеро мужчин лежали на полу.

Седой смотрел в потолок пустыми глазами. Широкоплечего прижало к винной стойке, хотя никто его уже не держал. Остальные даже не успели добраться до лестницы.

Между телами стояло существо.

Ростом с дверной проём, с руками до колен. Тело собиралось из слоёв тени, которые медленно перетекали друг через друга. На гладком лице светилась узкая щель.

Существо повернулось к Дарье, и она начала икать. Тень сделала шаг. Вода под её ногами не шелохнулась.

Дарья посмотрела на осколок бутылки. До него всё ещё было далеко. Да и какая теперь разница? Эта тварь разобралась с шестью вооружёнными людьми за несколько секунд. Наверху оставались ещё шестеро. Хотя… судя по звукам, уже не оставались.

Вот и конец, подумала она… По крайней мере, те ублюдки тоже умерли. От этой мысли на разбитых губах появилась слабая улыбка.

Существо остановилось перед ней и наклонило голову.

— Мороженое, — произнесло оно голосом, который пришёл сразу со всех стен.

Дарья моргнула.

— Что? — переспросила она, перестав икать от неожиданности.

— Мне нужно мороженое, — повторила тень, указав длинным пальцем на неё. — Мой Король любит. Дай!

Дарья посмотрела на трупы. Потом на существо. Возможно, от удара у неё что-то сломалось в голове.

— Ты хочешь… получить мороженое? — спросила она, с трудом выговаривая слова.

Тень протянула ладонь.

Из неё начали сыпаться серебряные монеты. Они звякали о каменный пол и падали в воду. На одной Дарья увидела корону незнакомой формы. Другая была размером с чайное блюдце.

— Плата, — пояснило существо, продолжая сыпать серебро. — Мороженое. Дай.

Монет уже хватило бы на новый дом. Возможно, на два. Серебро было настоящим. Дарья выросла в купеческой семье и подделку узнала бы даже сейчас.

Тень пошевелила пальцами, и шнур на её запястьях почернел и рассыпался. Дарья растёрла руки, подняла ближайшую монету и прикусила край. На металле остался след.

— Я согласна на сделку, — сказала она первое, что пришло в голову. — Но мне нужно время, чтобы запуститься.

Тень кивнула. Серебро перестало сыпаться, а светлая щель на лице стала шире.

— Делай быстрей. Я заберу всё, — предупредило существо, протягивая Дарье руку. — Король жаден до него… Я должен быть в почёте…

Лиза переводила взгляд с него на меня и моргала, пытаясь понять, почему два существа, способные устроить конец света в отдельно взятом княжестве, внезапно решили поиграть в гляделки.

Первым не выдержал я. Заржал так, что ближайший телохранитель вздрогнул и покосился на силовой купол. Видимо, проверял, не треснул ли тот вместе с моей головой.

— Мелкий, а когда у нас было иначе? — спросил я, вытирая выступившую слезу.

— До того, как ты открыл планету, было ш-ш-шпокойнее, — сообщил Шнырька и осуждающе оглядел пустое небо над флагманом.

Мелкий вздохнул с видом правителя, которому достались беспокойные подданные и один Охотник без тормозов.

— Ладно, я готов, — сказал я, перестав смеяться. — Показывай.