- Попробуйте встать, должно получиться, - говорят ей.

Розалин встаёт, опирается на обе ноги… да всё хорошо, ничего не болит! И это замечательно, о чём она и сообщает, не забыв сказать все положенные слова благодарности. И уже хочет выйти…

- Госпожа, прошу вас сюда, - показывают ей на дверь в совершенно другую сторону.

Это то самое, да? Младший принц?

Розалин выходит, ей кланяется очередной здешний сотрудник и приглашает проследовать за ним. В неприметную дверку, которая выводит… куда-то. Но замок огромен, и уж наверное, в нём хватает разных ходов и закоулков, которые обычно не показывают гостям!

В небольшом холле стоит Жиль де Роган – и сияет улыбкой.

- Спасибо, дядюшка Антуан, - улыбается он спутнику Розалин.

Тот коротко кланяется и исчезает. А принц подаёт ей руку.

- Мне сказали, что тебе помогут, но нужно некоторое время. Пойдём?

- И куда же мы пойдём? – интересуется она.

- Могу показать тебе ту часть замка, которую не видят обычные гости, - подмигивает он.

- Вы все что ли вправду здесь живёте? – недоумевает она. – Это ж историческое здание!

- Это наше историческое здание, и не единственное, между прочим, - смеётся принц. – Отец тут вправду живёт, и иногда Франсуа, но тот чаще в столице.

- А ты?

- А у меня просто есть здесь комната с незапамятных времён, пошли, покажу, - и он вправду увлекает её в коридор, за угол, и ещё за угол… походя снимает с двери заклятье, отпирает и приглашает её войти в совершенно нормальную, не историческую спальню.

- Прошу вас, госпожа моя.

И снова запирает дверь.

Жиль думал – и впрямь проведёт для Розалин экскурсию по дому. Но когда увидел её, дух перехватило, все мысли из головы вымело, и единственное, что он смог – это утащить её к себе. Норм же, не обидится? Смотрит, улыбается.

- Здесь тебя точно твой шкаф не найдёт. Он тебе вообще кто?

- Вообще я работаю личным помощником господина Вайса, - сказала она.

Он немного удивился – потому что, ну, девушка её способностей могла найти себе работу покозырнее.

- А может, мы найдём тебе другую работу? – сощурился он. – Потому что, ну, нахрена тебе шкаф? Он того, немного трухлявый. Того и гляди, рассыплется, хоть и выглядит снаружи, как новый.

Как ещё ей намекнуть, что нечего водиться с такими людьми, это небезопасно? Потому что, ну, досье на этого господина Вайса толстенькое.

- Кто это – «мы»? – хмурится она.

- Мы с тобой, я и ты. Я же помню, сколько в тебе силы, и думаю, ты можешь не только с ветрами договариваться, - он не сводил с неё глаз.

Хотелось противоположного – заморочить ей голову и попытаться посмотреть, чем она живёт и кто ей на самом деле этот Вайс, или же вытряхнуть из платья её физическую оболочку, и… ну, там понятно. Легонько обдуть её? Просто посмотреть, как отреагирует, и как подол платья обрисует ноги?

Память тут же подсунула картинку – она, совершенно обнажённая, на «Зефире». Надо устроить, чтоб ещё раз так. Или не раз?

Но она стряхивает его чары легко.

- И зачем же ты меня сюда зазвал? – подходит близко, смотрит в глаза.

И ему ничего не остаётся, как усмехнуться, сбросить с её плеч лямки платья и восхититься открывшимся видом – идеальной формы грудь, не баран чихнул!

- Я не мог не попытаться, понимаешь? - поймать за руки, притянуть к себе, обхватить, поцеловать. – Ты так красива, что иначе невозможно.

Она смотрит – и он видит, что тоже ей сейчас хорош. У неё определённо есть скрытые от него глубины, ну да и к чёрту.

Если что, наподдать шкафу можно и чуть позже. А пока – просто натянуть ему нос, да? Он же треснет по всем швам, если только подумает, что его девушку увели из-под того самого носа! Вот и пусть злится в бальной зале, глядишь – скорее и сильнее растрескается, правда ведь?

А Розалин тем временем сняла с него фрак, отстегнула бабочку и взялась за пуговицы сорочки. И за запонки.

- Что это, я тут стою, можно сказать, уже почти без ничего, а ты одет? – ещё и усмехается!

Впрочем, пускай, всё это отлично вписывается в их непростую ситуацию. Жиль и сам был рад оборжать всё подряд, и если она тоже так умеет, так большой ей плюс, а у неё и так куча плюсов, сокровище!

О том, что именно сокровище делает для шкафа, Жить в эту минуту предпочитал не думать.

Платье нужно было всего лишь расстегнуть – молния на спине, и оно соскользнуло на пол. Она сделала шаг к нему, перешагнула… а он поймал и повернул спиной к себе. И увидела она отражение в немалом зеркале, да, вот так.

Зеркало это Жиля всегда бесило, но дизайнер сказал, что нужно – визуальное, мол, увеличение небольшого пространства. Но сейчас Жиль в первый раз был благодарен тому дизайнеру, потому что зрелище в зеркале было самое что ни на есть роскошное.

Его ладони легли ей на грудь, её руки потянулись назад и обхватили его… А он зарылся носом в её макушку, осторожно – вдруг это не просто так волосы, а какая-нибудь сложная причёска, которую потом сто лет восстанавливать! А потом – скользнуть и губами, и руками ниже, и опрокинуться вместе с ней на кровать. Предварительно сдёрнув на пол безбожно скользкое покрывало…

…Вообще спросили бы Жиля – он бы никуда не пошёл из этой комнаты хотя бы до завтра. А то и подольше. В отцовских домах даже поесть могут доставить в комнату – только нужно попросить. Но дама начала шевелиться и посматривать – где там её одежда.

- Как твоя нога? – спросил Жиль. – Которая пострадала.

- Мне её спасли, и чулок тоже, - она бросила нервный взгляд в сторону ноги.

По мнению Жиля, с ногами там всё отлично, с чулками тоже, он их даже стаскивать с неё не стал, потому что гладко и красиво.

- Вот и славно, - и поцеловал её ещё и ещё.

Она отвечала, охотно отвечала… но потом всё же выбралась из его рук и поднялась на ноги.

- Мне нужно идти, - сказала со вздохом.

- Думаю, тебя ещё не потеряли, - он тоже поднялся.

- Потеряли, иначе быть не может, - вздохнула она.

Ладно, думал Жиль, иди, а шкафа твоего сейчас пощиплем немного. Желающие найдутся.

Он помог ей застегнуть платье, смотрел, как она поправляет волосы, надевает туфли. Сам тоже оделся – возвращаться, так возвращаться. Спросит ли, как его найти? Или понадеется на магическую связь? Ему в её случае никакая магия не помогала – найти её оказалось невозможно. Конечно, его самого тоже не вдруг найдёшь, но если она позовёт… вдруг… он охотно откликнется.

Она достаёт из очередной красной микросумочки помаду, и хочет заново накрасить губы, но он перехватывает её руку и целует – потом накрасит, чуть попозже. Кажется, нужно что-то сказать, удержать, остановить… но у него вдруг почему-то позаканчивались все возможные слова.

- Снимешь свои запоры? – спрашивает она, кивая на дверь.

- Конечно, - он улыбается. – Момент.

Запоры сняты, она идёт к двери… оборачивается и тоже улыбается.

- Спасибо тебе, ты великолепен, знаешь об этом?

- В целом знаю, но рад, что ты тоже так думаешь, - он не остаётся в долгу. – Иди уже к своему шкафу, но помни – не стой слишком близко, вдруг он упадёт?

Она ушла, и даже стук её каблучков затих – там, снаружи, дядюшка Антуан подхватит её и вернёт в зал. А ему что делать?

Очевидно – идти ронять шкаф.

Жиль достал зеркало. Что там Саваж говорил – поможет? Пускай начинает, пора.

В коридоре за дверью принцевой комнаты Розалин увидела того самого человека в годах, который привёл её сюда. Принц почему-то назвал его дядюшкой.

- Прошу вас, госпожа, - человек поклонился и показал ей, куда идти. – Лимейский замок велик, не будучи с ним знакомым, можно блуждать по коридорам довольно долго.

- А потайные ходы есть? – усмехнулась Розалин.

- Конечно. Но это потом пускай вам господин Жиль показывает.

Господин Жиль, значит, вот как. Но пока шли, она вертела головой и ей казалось, что Лимей изнутри намного больше, чем кажется снаружи. Извне и изнутри. И обычным гостям показывают только то, что извне… а изнутри здесь может быть ой что.