— О да, мастер, большинство бойцов вообще не хотят быть ранеными, слишком это больно лечиться с твоей помощью.

— Знаю, но с этим ничего не поделать. Лучше ты мне скажи, почему ты здесь, а не на полпути ко мне, гонец был отправлен еще утром.

Мы вышли из лазарета и зашли в комнату Клыка, которая была по соседству. Клык отвечал мне вообще без тени смущения, нисколько не жалея о том, что ослушался моего приказа.

— Начал я уже собираться, мастер. Если бы я ушел, Рен был бы мертв, как и все парни. Они ударили через час после того, как я получил весть от гонца. Я уже собирал десяток на выход, когда услышал шум. Если бы выполнил приказ, некому было бы ударить в тыл и разбить заслон на выходе из галереи.

— Все было так плохо? — спросил я тут же.

Рен тоже подошел к нам, но первым начинать рассказывать о том, как происходили события, не стал, отдавая это Клыку.

— Они пропустили Крота и его двойку разведчиков, — сказал Клык. — И те прошли всю галерею насквозь, вернулись и доложили, что чисто. А потом уже парни пошли. И когда последняя пятерка миновала проход, они ударили.

— Словно из ниоткуда появились, — добавил Рен. — Шестеро щитовиков закрыли нам проход назад, и еще столько же вышли с боковых проходов, которых на карте вообще не должно было быть.

— Нас подставили? Так получается?

— Нет, мастер, — покачал головой Клык. — Они разобрали давние завалы, которые здесь были. На картах они отмечены, что непроходимы, там небольшие углубления, не больше метра в глубину, и когда их смогли зачистить непонятно, но делали это давно, с неделю минимум.

— Значит, всё-таки не предавали. — Я посмотрел на присоединившуюся к нам ещё Гарду. — Не хотелось бы мне, чтобы Глубинщики сотрудничали с врагом.

— Никогда, мастер! — уверенно сказала та. — Скорее всего, это действительно ошибка.

— Это ошибка стоила нам четверых убитых, — ответил я. — Тогда дело в другом. Значит, Страж нас ждал здесь, это уже очевидно, что он готовился. Я подумаю об этом будут позже, как и о том, что можно противопоставить этому, а сейчас расскажите мне, как происходил бой.

— Ну их было слишком много, это было неожиданно. — Начал рассказывать уже сам Рен как командовавший боем. — Первая шеренга приняла удар, я развернул вторую к выходу и попытался пробиться назад. Мы сбили половину щитовиков, но вторая половина устояла, было слишком тесно, нормально не размахнуться, они сразу старались сократить дистанцию, чтобы добраться до нас. Давили жёстко.

Пока командир рассказывал, я посмотрел на погибших. Трое из них были местными Глубинщиками, не так давно присягнувшими мне, а четвертым был Сучок. Парня, да и остальных было жаль.

— Сучок погиб первым. Он попытался прорвать строй со своей пятеркой, но его зажали, и он не успел отступить. Но они сделали свое дело, они выбили двоих, и мы смогли пробежать внутрь галереи. Пока отходили, поубивали еще штук восемь обычных патрульных, которые спешили на помощь своим.

— Хорошо, как вы выбрались в итоге?

— Клык нас спас, — сказал Рен. — Он собрал двадцать человек и ударил в тыл щитовым, которые прикрывали выход. Мы их не ожидали, да и големы тоже не ожидали этого удара. Затем добили всех, до кого смогли дотянуться, и уже хотели выйти, но Клык сказал, что нужно уничтожить всех, кто атакует, потому что сейчас, в итоге, когда мы сбили две стороны, големы с двух других сторон оказались фактически не прикрыты, они не успели сгруппироваться. И мы с Клыком уничтожили сначала одну группу, а потом вторую.

— Сколько было бы убито големов?

— Двадцать шесть, считая тех, которых Клык разбил у входа. В бою, даже полсотни наших не участвовало, не успели, часть на охоте, часть по делам.

Расклад, конечно, был значительно в нашу пользу, двадцать шесть на четверых. Но тем не менее, четверо погибших достаточно больно отразились для меня, тем более что Сучка я знал лично, и мне этот парень был симпатичен как человек и как воин. Нужно было подвести какой-то итог и выдать что-то, что позволит парням снова вдохновиться и идти дальше в бой. Терять боевых товарищей было больно, я сам это знал, но дальше нужно было продолжать действовать. Война на этом не закончилась.

— Ну что же, я могу подвести итог, — начал я объяснять то, что вижу дальше. — Страж изменил тактику, и он больше не будет играть в патрули. Теперь он научился ставить засады и готовить поле для боя, да и бьет он теперь наверняка. Скорее всего, это значит, что наши рейды его достали, и сейчас, после потери такого количества единиц в одном бою, он будет перегруппировываться. У меня есть предложение, от которого вы не сможете отказаться. — осмотрев всех внимательно, я веско уронил, — Мы пойдем вниз.

— А когда? — спросила Гарда.

— Да прямо сейчас, — ответил я, а затем показал глазами на людей, которые собрались позади неё. Там даже Тарн был. — Ты с собой что, весь лагерь привела? Откуда столько народу? Я взял с собой два десятка бойцов.

— Да как-то так получилось, мастер. Ты побежал, все побежали, — ответила, смутившись, главная среди Глубинщиков.

— Ага, и весь сектор оставили без защиты, так что ли? — Тут уже приврал для красного словца.

С Гардой было около сотни бойцов, и все в основном с поверхности, как я понял. Так что защищать лагерь и первый ярус было кому.

— Ты готов воевать или останешься на поверхности? — сказал ей Рену.

— Я пойду мастер — кивнул тот, — нужно отомстить за Сучка и ребят.

— Вот и хорошо. Возьми всех непострадавших бойцов и отбери из тех, кто пришел, как минимум человек тридцать. Идем большой группой и очень быстро. Идем сразу на второй уровень.

Затем я повернулся к Клыку и Гарде.

— Ваша задача, подготовить отряды для прикрытия на всякий случай, если мы будем находить очень резво. Разбейте их на десятки, поставьте опытных бойцов во главе и готовьтесь встречать нас или врага, неважно. Заодно пусть чистят весь первый ярус и хорошо пройдутся, неучтенных големов мне в тылу не надо.

— Мастер, я думаю, они будут вас ждать. Тем более тот проход, через который ходят големы, он достаточно большой, — сказал Клык. — Я бы на месте Стража выставил там охранение.

— Конечно, — согласился я, — и я бы тоже выставил. Все же он не дурак, давать нам простор для манёвра.

Сборы отряда заняли меньше часа. Рен лично отобрал семьдесят бойцов, тридцать из которых были из числа тех, кого привела Гарда. И они горели желанием доказать, что не зря пришли и стоят того, чтобы на них можно было положиться. Тарн, стоявший чуть в стороне, разминал руки и плечи плавными круговыми движениями. После наших сеансов он немного изменился, стал плавнее, без тех обычных и характерных для него рваных пауз, которые выдавали покореженные каналы.

— Тарн, ты со мной, — сказал я ему. — В строю не становишься, держишься рядом. Когда будешь нужен, я скажу.

— Понял, — ответил тот коротко.

Практику тоже хотелось испытать, свои новые силы и проверить себя в бою, он давно ждал этого момента. Спуск на второй ярус начинался через лестничную площадку в дальнем конце сектора. Гарда показала её на карте и объяснила, что артели практически не пользовались ею, потому что там всегда стояли патрули.

Можно было пробраться через полуразрушенные лазы, по которым обычно ходили вниз артельщики, добывая артефакты и растущие там грибы, но лазить по одному я смысла не видел, нам наоборот, сейчас чем шире и просторнее, тем лучше, так что другого варианта просто не было. Пока по верхнему ярусу расходились пятерки разведчиков и бойцов, зачищающих сектор вокруг, мы добрались до самой шахты.

Она была идеальной для спуска, широкой, наверное, метров пять в диаметре, с пологим спиральным пандусом вдоль стен, по которому могли спокойно пройти как минимум пять человек в ряд. Удобно для спуска, да и для засады тоже.

Первыми вниз снова отправились Крот и его напарник, оба с ручными фонарями на минимальной яркости, их задача была в пределах видимости отряда освещать путь на случай проблем и моментально возвращаться обратно, если увидят врага. За ними уже последовали десятки бойцов с электрическими копьями наготове. Я был в середине колонны, рядом с Тарном, щупом прощупывая пространство вокруг на максимальную дальность.