Я видел их тела, мокро блестевшие в полутьме, метров по двадцать каждое. Слепые, покрытые бронированными пластинами, они ворочались среди того, что минуту назад было северным кварталом лагеря. А потом я увидел еще и третью воронку, самую широкую, откуда потоком поднимались на поверхность големы.

Пятьсот с лишним клейм-точек вспыхнули разом, стоило мне обратиться к парному мосту, и волна чужого ужаса буквально прокатилась по моим нервам, сделав так, что я пошатнулся и схватился за каменный выступ. Несколько точек на севере уже не двигались, это были мертвые дозорные, которых убило первым же выходом Червя.

Вокруг в панике метались люди, стоял дикий, страшный вой.

И как будто нам с червями и големами проблем было мало, на тот же северный квартал из леса вышли три огромных существа размером с хороший такой фургон, четвероногие и приземистые, с плоскими головами и черной шкурой. Не знаю как, но Страж выманил монстров из болотных лесов, и эти звери теперь тоже крушили всё, что попадалось им под лапы и челюсти.

Нужно было что-то делать и желательно срочно. Я развернулся, нашел глазами ближайшее дерево с платформой, то самое, на котором был устроен наблюдательный пост, и полез вверх по лестнице из вбитых скоб. Оттуда было видно все, весь лагерь. И я уже сразу смог оценить разрушения.

Северный квартал просто перестал существовать. Большинство шалашей было уничтожено и раскидано, и между обломками ползали черви, доедая то, что не успело убежать. Люди же все бежали к руинам к югу, к деревьям, куда угодно, лишь бы подальше.

Писать приказы, собирать, организовывать было просто бесполезно. Я пропустил первый момент возникновения паники, а у нас просто ничего не было готово для того, чтобы эту панику прервать и попытаться сохранить жизни организованно. Придется делать что-то в этом хаосе.

Тем более что, помимо трех червей и четырех тварей из леса, големов, выходящих из туннелей, было уже штук сорок, и они все продолжали прибывать. Там были обычные патрульные и щитовики, и новый тип, который раньше нам не встречался: низкие, быстрые, с длинными лезвиями вместо рук. Они двигались не строем, а россыпью, обходя крупные завалы и целенаправленно устремляясь к скоплениям людей. Убийцы, причем оптимизированные для работы на открытом пространстве.

Слабым практикам, которыми были большинство из Корневиков, противостоять таким тварям было просто невозможно. Я закрыл глаза, сосредотачиваясь и разворачивая Парный Мост на полную мощность. И впервые в жизни попытался удержать в голове все пятьсот с лишним точек одновременно, воспринимая их теперь не как фоновый шум, чью информацию я могу спокойно и выборочно прочитать, а как управляемую сеть, когда каждая точка становится координатой. При этом каждая координата несёт в себе информацию о положении человека, его состоянии и уровне готовности.

Я чувствовал Рена, который был самой яркой и злой точкой из всех, он выводил своих людей из казарм первого яруса. Видел Клыка, который ощущался тяжёлой точкой, он, растерянный, стоял у входа в руины и не понимал, за что хвататься. Рядом с ним Дуб строил своих в коридоре, готовый к выходу и ждёт ждущий только моей команды. Где-то далеко внизу Гарда носилась на первом ярусе и поднимала Глубинщиков.

Каждый из них был хорош в своем небольшом деле, но организовать сражение, происходящее наверху, и превратить его не в проигрыш, а во что-нибудь другое, они не могли. У них просто не хватало сил и компетенций.

Я почувствовал рядом Бабая. Он стоял в тридцати метрах от меня и через связь транслировал холодное сосредоточенное внимание хищника, который оценивает добычу. Он очень хотел подраться с одним из четырех зверей. Что ж, я не стал его отвлекать и разрешил действовать на свой страх и риск.

Но сейчас мне нужно что-то, что способно управлять всеми этими людьми. Для этого я попробовал обратиться к Клыку, но не словами. Через мост я вложил в точку всё, что мог передать без речи, этер буквально тёк рекой, и я начал вытаскивать накопители из сумки.

Приказ, который я отдал старейшине, был прост и максимально лаконичен. Смысл послания заключался в том, чтобы он уводил людей, всех, кого сможет, в подземелье. Я почувствовал, как старейшина вздрогнул, и через секунду его точка сдвинулась. Растерянность мужчины сначала сменилась удивлением, а потом он понял, что нужно делать, и побежал в сторону руин, крича что-то, останавливая часть людей на помощь себе. И мирные жители, увидев знакомое лицо, потянулись за ним.

Дальше я уже обратился к войскам, отправляя приказ Рену, чтобы он выстроил строй и держал линию, и, самое главное, не атаковал, пока я не скажу. Парень принял его мгновенно, его точка моментально вспыхнула яростью и решимостью, и первая сотня бойцов начала выстраиваться у южного края разрушенного квартала, прикрывая путь големам к входу в руины.

Дуб и пять десятков бойцов были отправлены западнее строя Рена для того, чтобы перехватывать тех быстрых уродов с лезвиями и не давать им обойти основное войско. С другой стороны, у меня уже шел вперед Бабай, и поэтому я рассчитывал, что он справится с любым, кто попробует пройти через него.

А у Глубинщиков тоже оказались проблемы. Я почувствовал, что на первом ярусе не всё так спокойно. Несколько десятков точек собрались возле одного места и пульсировали общей тревогой. Я даже сквозь толщу камня уловил отголоски ударов.

Големы атаковали и снизу, пытаясь прорваться наверх. Заготовленные ловушки уничтожили первую десятку, и теперь провал был весь завален камнями. Сейчас его торопливо разбирали каменные солдаты, которые пытались прорваться дальше. Судя по всему, их было не так уж и много, около сотни, поэтому их задание было скорее отвлекающим. Они пытались связать боем подземный гарнизон и не дать ему помочь наверху.

Судя по всему, Гарда и основные командиры артелей уже всё поняли, поэтому Глубинщики внизу очень быстро восстановились и держались достаточно уверенно. Электрические копья, да и знание каждого угла делали своё дело, а через несколько минут они уже была готова выделить две сотни бойцов, которых поведёт на поверхность на помощь Корневикам.

Прорваться через первый ярус воинам Стража не получится. Для этого придется заплатить слишком большую цену в сотни големов. А если учесть, как Страж экономил своих воинов после потери не такого уж большого количества бойцов, то сейчас он пошел на достаточно рискованный шаг и, возможно, пускал наверх в атаку все, что у него было.

Самым сложным было достучаться до Тарна, слишком сильный практик, для моего навыка. Но мне удалось передать ему приказ о том, чтобы он подошел к Рену и ждал моей команды, и не бил, пока я не дам приказ. Все же практик ступени каналов, пусть и теряющий половину энергии, все равно остается самым мощным оружием, которое у меня было, кроме, конечно же, стреломета.

Точно! Стреломет!

Я открыл глаза и крикнул вниз часовому, который стоял неподалеку, вцепившись в копье и наблюдая за всем происходящим.

— Беги к Горбуну, пусть вытаскивает стреломет на позицию позади основной линии Рена! Пусть возьмут все болты и зарядные блоки! Бегом!

У зверь-машины было всего три болта, но их вполне могло бы хватить на любого из тех огромных монстров, которые сейчас все еще разрушали северный квартал. А одного как раз заберёт Бабай. Идеально!

Парень исчез с платформы так быстро, будто его ветром сдуло.

Я шмыгнул носом и понял, что у меня идет кровь, это было совсем не хорошо, но ничего поделать я не мог, за такую концентрацию нужно было платить. Немного отвлекшись, я чуть не пропустил тот момент, когда ближайший червь неожиданно развернулся и пополз к скоплению людей у восточного края лагеря, где Клык еще не успел организовать эвакуацию. Тварь двигалась быстро, гораздо быстрее, чем казалось по ее размерам, и только скрежетала костяными пластинами по камням.

Бабаю, я послал импульс через связь. Не приказ, а просьбу. Задержи, убей тварь! И байшоу, словно только и дожидался от меня этой просьбы, тут же сорвался с места. Со своей точки зрения я только видел, как белая огромная полоса прочертила ночной воздух и врезалась в бок червя на полном ходу. Лёд тут же расцвёл на хитиновых пластинах.