Это было весьма неприятное известие. Через индейцев информация о Марти неизбежно дойдет до испанцев. Следовало торопиться. Вождь рассказал, что медные наконечники они захватывают у материковых индейцев, которые время от времени совершают набеги на остров с цель захвата пленных. Учитывая, что остров отделял от материка пролив шириной всего 11 миль, это было вполне вероятно. По словам вождя, материковые индейцы были отъявленными вероломными негодяями, постоянно совершающими человеческие жертвоприношения и вообще, каннибалами. Эта информации совпадала с полученной от дона Истебана и подтверждалась литературными источниками. Недолго думая, Мещерский предложил вождю защиту от материковых индейцев. В ответ вождь взялся сообщать о появлении в округе этих самых индейцев и испанцев. Союз был заключен. В ознаменование союза раскурили по кругу трубку вождя, выпили по бокалу вина и пригласили вождя заходить еще.
На четвертый день добились главного: с глубины 44 метра самотеком пошла нефть. Бур вытащили, в скважину вставили трубу с краном и уплотнили ее горловину. Один отряд бросили на рытье котлованов. За день вырыли котлован объемом 100 кубов. Стенки котлована засыпали асфальтом, вынутым из ближнего озера, и утрамбовали. К ночи протянули от скважины к котловану пожарный рукав и начали заполнение котлована. До вечера смонтировали пилораму и разделали на доски первые бревна. С корабля привезли вторую пилораму, предназначенную для обрезки краев досок.
Вождь снова пришел в гости. Кроме эскорта, привел с собой двух молоденьких симпатичных индианок. Пришлось снова всех везти на корабль. В ходе чаепития выяснилось, что восхищенный могуществом пришельцев, у которых даже простые воины имеют железные топоры, пилы и лопаты, вождь предлагает вождям пришельцев заключить династический брак и сватает Круминьшу и Мещерскому двух своих дочерей пятнадцати и четырнадцати лет. Присутствовавший при этом Зильберман, сделал глубокий вывод, что вождь хочет еще ножей. Отказываться было глупо, да и вредно из соображений высокой дипломатии. Вожди пришельцев с благодарностью согласились, и поднесли папаше Петекотлю еще два ножа. Зильберман тут же заявил, что другие младшие вожди пришельцев, да и рядовые моряки тоже не прочь породниться с могущественным племенем, и готовы за каждых двух девушек отдариваться одним ножом. Петекотль взял паузу посоветоваться с шаманом.
Тогда Мещерский добил его, заявив, что каждый воин племени, который отработает сто дней на стройке, получит в подарок нож, конечно, не такой большой и красивый, как у вождя, но тоже хороший. Зильберман пошел еще дальше, предложив покупать за один нож трех больших свиней, или десять коз, или столько фруктов и овощей, сколько могут унести 30 воинов. Судя по всему, от безумной щедрости пришельцев у вождя помутилось в голове, поэтому он даже отказался от бокала вина и заторопился домой, советоваться с шаманом. Его дочки остались. У Мещерского и Круминьша сильно добавилось хлопот. Пока же девушек отправили к доктору на медосмотр.
На четвертый день отрыли и начали заполнять второй котлован, вырыли еще два котлована. Просеку расширили до 90 метров. Запустили вторую пилораму и начали обрезку досок. Из досок плотники собрали нефтеналивную баржу в форме прямоугольного ящика объемом 30 кубов, щели законопатили и просмолили. Ящик спустили на воду. На стройку пришли около полусотни воинов из племени. Их всех переписали и поставили на рытье траншеи и установку в неё столбов частокола. Столбы с верхнего конца заостряли, а нижний конец смолили. Они же таскали шестиметровые бревна внутрь периметра и складывали в штабеля. Женщины пригнали пятнадцать свиней и принесли 30 больших корзин с фруктами. Прием скотины и фруктов пришлось временно прекратить, в связи с отсутствием места для хранения. Договорились, что каждый день в лагерь будут приносить 15 корзин фруктов и трех свиней.
На пятый день с утра пришли почтенные отцы семейств и привели 28 девушек. Ушли довольные, получив 14 ножей. Девушек поселили в отдельном бараке, который пришлось срочно строить. Командовать ими приставили пожилого сорокалетнего сверхсрочника — старшину, помощника кока и переводчика Ягудина. Задействовали девушек на кухне, на хозработах и на уходе за скотиной. Ягудину, имевшему большие способности к языкам, поручили составить словарь индейцев, называвших себя араваками. Ягудину и старшине пришлось бдительно охранять девушек. Слишком много краснофлотцев захотели поближе познакомиться с симпатичными туземками. Отцам туземок сказали, что замуж девушек выдадут после завершения постройки крепости. Поскольку Мещерский весь день пропадал на берегу, свою "жену" он определил в общий девичий коллектив, сказав, что вместе жить они будут, после того, как построят дом в крепости. Круминьш свою жену поселил у себя в каюте, заявив, что лично займется ее подготовкой к вступлению в ряды ВЛКСМ.
Баржу заполнили нефтью, отбуксировали к кораблю и начали перекачку нефти в танки. На воду спустили вторую баржу. Убедившись в миролюбии туземцев, в командировку к аравакам послали Зильбермана с двумя сотрудниками. Они должны были изучить быт араваков, практиковаться в их языке, а попутно разведать какие сельхоз культуры возделывают туземцы, и вообще, что с них еще можно получить. С корабля привезли первую ступень нефтеперегонной установки, установили ее на фундамент из камней, засыпали грунтом, заполнили нефтью и запустили процесс. На изготовление котла пришлось пустить броневые листы со второй стотридцатимиллиметровки. В топке установки загудело пламя, из крана конденсора закапала легкая фракция нефтепродуктов, состоящая из смеси бензина и керосина. Ее предполагалось использовать для освещения и приготовления пищи. Вырубка расширялась, длина частокола достигла 400 метров. Жизнь определенно налаживалась.
На девятый день заработала вторая ступень нефтепереработки, дающая солярку. В остатке получился не перегнанный мазут. Поскольку постоянно гонять Марти на полном ходу необходимости в ближайшем будущем не просматривалось, можно будет поочередно остужать котлы и спокойно их чистить от нагара. Из кубометра нефти получалось 80 литров легкой фракции и 90 литров солярки для дизелей. За день удалось перегнать три куба. Для хранения полученных нефтепродуктов изготовили деревянные ящики по 10 кубов, законопатили щели, просмолили и закопали их в грунт. В этот же день нарисовались испанцы.
Сигнальщики заметили небольшой двухмачтовый парусник, идущий с севера. Оказавшийся в этот момент на борту Мещерский хотел было дать команду сниматься с якоря, благо в топливных танках уже плескалось 80 тонн нефти, но подумав, решил сначала посмотреть, что будут делать испанцы. Парусник, пройдя вдоль берега на расстоянии трех миль и заметив Марти, развернулся, и снова пошел вдоль берега во встречном направлении, но уже на расстоянии в две мили. Пройдя мимо, снова развернулся и пошел на третий галс, уже всего в миле от Марти. Видимо, испанцы никак не могли понять, что именно они видят. Ни на один современный корабль Марти не походил. Скорее, они могли принять его за стационарный форт, построенный на острове. Мякишев определил корабль как когг. В открытые пушечные порты с каждого борта выглядывали по 8 пушек. Однако, огня испанцы не открывали.
Мещерский решил сделать испанцам мелкую пакость и спровоцировать их, так же как в Нью-Йорке галеон дона Истебана. Когда парусник в третий раз оказался на траверсе Марти, сигнальщик замигал ратьером. Когг среагировал ожидаемо. Его борт окутался дымом, громыхнул бортовой залп. Большой недолет. Мещерский приказал расчету сорокапятки сбить коггу мачту. Пятым выстрелом переднюю мачту переломили. Когг встал. Из-за высокого борта Марти выскочили два катера и двинулись к коггу. Для придания переговорам нужной направленности, рядом с парусником в воду положили два трехдюймовых фугаса. Рухнувшие на палубу водяные столбы, вкупе со стеганувшими по бортам осколками, резко охладили пыл испанцев.
С подошедшего на сотню метров разъездного катера с капитаном парусника вступил в переговоры Мякишев. Рабочий катер с сорокапяткой, зайдя с кормы когга, страховал переговоры. Переводил краснофлотец Подригин, москвич, окончивший языковую спецшколу с испанским уклоном, второй человек в экипаже, хорошо знавший испанский язык. В их школе училось много детей испанских коммунистов. Переговоры прошли успешно. Испанцам гарантировали жизнь. И освобождение после года работы на постройке крепости. На когге закрыли пушечные порты. Затем экипаж когга обрубил канаты упавшей мачты, принял буксирный трос, катер отбуксировал парусник к берегу. Испанцам предложили оставить оружие на борту когга и выходить на берег с поднятыми руками. На берегу цепью выстроились 15 бойцов с винтовками. С флангов их страховали два ручных пулемета. Катера пристроились с носа и с кормы парусника, тоже страхуя высадку.