Наши тени мягко скользили под ногами. Иногда от напряжения я бросал на них внимательный взгляд. Казалось, что они живут своей жизнью или принадлежат кому-то другому. Особенно тень великана. Когда мы проходили через место, подсвеченное магическим фонарем с улицы, она колыхнулась и вытянулась дальше остальных. Я невольно проследил взглядом. На секунду померещилось что там, шагах в тридцати, что-то дернулось и отступило назад.

Всмотрелся, сильно прищурясь. Ничего. Померещилось, наверное.

Да и было отчего. Хотя я проникал в чужое жилище уже не в первый раз, однако нервы натянулись до предела. Чревл, есть вещи, к которым нельзя привыкнуть.

Мы подкрались к двери и замерли. Карлик взялся за ручку, осторожно толкнул, потом потянул на себя. Само собой, заперто. Он достал из кармана небольшую связку отмычек, от звяканья которой похолодела спина, и я на всякий случай заранее сплел «усыпление». Карлик возился недолго. Вскоре раздался тихий щелчок, и он открыл дверь, пряча связку обратно.

– Добро пожаловать.

– Угу, – буркнул я в ответ на шепот Вистуса и первым ступил внутрь темного помещения. От запаха потекли слюнки, а губы расплылись в улыбке. Рабы в отсутствие хозяев баловали себя жарким.

Прошел шагов десять, остановился. Справа была дверь. Легонько толкнул ее, и она подалась. Шагнул в маленькую комнатку. Через окошко лился размытый свет ночного фонаря, и я разглядел на кровати спящую дородную женщину в полном одеянии. Рядом с кроватью стоял кувшинчик литра на два. Судя по запаху вокруг, в нем явно несколько часов назад было хорское. Хм. Кот в отъезде, мыши в пляс. Даже заклинание не потребуется.

Расплетя его и вернув силу в узел, я на выходе из комнаты наткнулся на Литу.

– Усыпил? – шепотом спросила она, и я в ответ усмехнулся.

– Там повариха. Пьяная в хлам. Вист, – я повернулся к карлику, – дед, ты говорил, спит как убитый, а мажидом в «отгуле». Остался кучер.

– Кучер не в доме ночует. – Карлик проговорил почти в полный голос, отчего Лита вздрогнула. – А может, они на пару с мажидомом и пошли гулять.

– Локс, оставайся здесь, – приказал я великану и двинулся дальше по коридору уже уверенней. Шагов через двадцать наткнулся на небольшую винтовую лестницу. Слева была дверь, я открыл ее, заглянул в глубь большой темной комнаты.

– Это вход на кухню, а оттуда в трапезную, – тут же объяснил карлик, протиснувшись вперед меня, и живо запрыгал по ступенькам наверх.

Я поспешил за ним. Мы не за посудой и продуктами пришли.

Второй этаж Вистус проскочил.

– А тут что, нет ничего? – бросил ему в спину.

– Тут вы с Литой посмотрите, а я на третьем гляну. Там кабинет Муандора.

– Подожди, – зло прикрикнул я. – Работаем все вместе. В доме, а особенно возле кабинета, могут быть ловушки.

– А, ну да. – Карлик остановился и спустился к нам. – Забыл совсем, – выдохнул он с недовольством. – Азарт.

Ну-ну – азарт, как же. Небось не доверяешь мне, думаешь, я все бабки себе приберу.

Я усмехнулся внутренне и стал проверять узкую белую дверь, потом стены справа и слева. Это был хоть и вход для прислуги, но вел он уже в покои хозяев, а значит, могли и защитить на время отъезда. Но присутствия магии не ощущалось. Все-таки не хотели Туры ненароком прибить рабов. Они как-никак денег стоят, если, конечно, не устраивать с помощью магов засух.

После проверки карлик вскрыл замок. Я осторожно шагнул внутрь. Огромная комната с высоким потолком, в свете луны кажущаяся мертвым склепом. Потолок украшен лепниной, на правой стене громадное панно, на полу красивая мозаика из плиток светлого мрамора.

Отвлекшись от этой мертвоватой красоты, я принялся «сканировать» стены и пол. Для большей уверенности достал из кармана два амулета – против «лужиц» и «темных ловушек». Последних не обнаружил, зато возле одного из шкафов выявилась «лужица».

– Хм, – улыбнулся, обезвреживая ее. – Надо в этом шкафчике хорошенько покопаться. Наверняка что-то ценное есть.

– Меха, скорее всего, – ответил карлик, и как только я снял заклинание, открыл створку дверей. Я одернул его за плечо.

– А вдруг на дереве что, – буркнул недовольно.

– Кто ж на дереве заклинания ставит? – удивился карлик.

– А у Литы амулет? – Я кивнул в сторону девчонки.

– Так то специальное дерево, а это, – Вистус постучал костяшками по дверце шкафа, – это обычная сейкона.

– Ладно. – Я отпустил его плечо и развернулся к Лите: – Пошли кровать обыщем, что ли.

Ложе было почти царским. Белый балдахин в изголовье, словно ангел с опущенными крыльями, две перины толщиной в ладонь, поверх алое атласное покрывало и три огромных подушки. Я быстро проверил мраморный пол вокруг, и после этого Лита принялась копаться под перинами. Мне же этим заниматься не хотелось. Я стал ходить по комнате в поисках чего-нибудь наподобие тайника, а заодно и проверяя – нет ли где еще ловушек.

Ни того ни другого не обнаружилось. Зато на дальней стене увидел картину размером метра три на два. Блин, я такие только в Эрмитаже видел, когда мы семьей в Питер к родственникам ездили.

– Вистус, – позвал я, оборачиваясь. Карлик уже успел все повыкидывать на пол и теперь копался в карманах меховых шуб и полушубков.

– А, – отозвался он, не прекращая своего занятия.

– Ты в живописи не разбираешься? – Вопрос я задал с улыбкой, в общем-то желая лишь пошутить, но Вистус вдруг бросил меха и почти подбежал ко мне.

– Ух ты, – с видом знатока выдохнул он, задрав голову. – В прошлый раз тут другая висела, но мастер тот же.

– Разбираешься, что ли? – удивился я.

– Само собой. Я же человек искусства. Актером был. – В голосе карлика сквозила легкая обида.

«В балагане?» – хотел было ляпнуть в ответ, но решил не углублять его обиду.

– Дрик’Анг’Сморго, великий художник, реалист. Шесть лет назад умер в Харолле от «черной смерти». Снимай ее, – закончил он речь с восхищением в голосе и достал из-за пазухи нож.

– А прошлый шедевр, что тут висел, вы сняли? – с улыбкой поинтересовался я, схватившись за нижнюю планку рамы и пошевелив картину.

– Еще в первый раз. Скупщик две сотни за нее дал. Хотя она раз в пять больше стоила. А размером меньше этой была.

Сняв картину, я аккуратно положил ее на мраморный пол, и карлик набросился на полотно, как на заваленного на охоте зверя. «Освежевал» буквально за полминуты и свернул в рулон.

– Надо в кабинет идти, – выдохнул он, забросив шедевр на плечо, и я чуть не захохотал от увиденного. Рулон перегнулся пополам и края кончиками разлеглись на полу. Зашуршали по мрамору, когда он двинулся к кровати.

– Ну что там, Лита? – крикнул он в голос, важно шагая к двери.

– Вот. – Девчонка протянула ладонь, на которой была горсть монет и какое-то украшение. – Десять золотых и цепочка с кулоном. Больше ничего.

– Я ж говорю, надо в кабинет подниматься, – недовольно нахмурился карлик. – Мы там каждый раз в столе не меньше двухсот монет брали. А в последний раз и того больше. Почти три сотни.

– И что, думаешь, и в этот раз там что-то будет? – не поверилось мне.

– Как говорил Ратур, актер из балагана, – большинство людей еще глупее, чем кажутся.

– Иногда и наоборот, – добавил я. – Ладно. Давайте на третий.

Мы вернулись на лестницу и быстро преодолели последний пролет. Карлик бережно уложил рулон на краю маленькой площадки, согнув его пополам, а я снова взялся проверять двери. Здесь уже магическое присутствие ощущалось, и довольно сильно. Но не на самой двери, а за ней. Не ограничиваясь узлом, проверил воздействие магической силы на амулеты. Завибрировал с буквами Т и Л. Та-ак, интересно.

– Открывай, – обратился я к карлику, а сам спустился на ступеньку вниз.

– Что там? – спросил он, посмотрев на меня и нервно облизнув губы.

– Темная ловушка. Присядь на всякий случай на корточки.

Карлик шмыгнул носом, осторожно приблизился к двери, присел и заработал отмычкой. Закончив, потянул на себя, открывая полностью. Секунд десять никто из нас не двигался, тихо сопя носами.