— Это вынужденная мера, ты же знаешь, — утомлённо отозвался Лиам. Он чувствовал нарастающее внутри раздражение на жизненные обстоятельства, в которых он оказался, на академию, что не платит своим стражам нормальной стипендии, на своих друзей, которые не понимают, что у него просто не было другого выбора.

— Поработать не пробовал? — усмехнулась Черри. — Твой отец, конечно, властный человек, но его влияние не распространяется на всех работодателей в городе. К нам в клуб как раз сейчас требуется охранник.

Лиам задумался. До сих пор ни одна из его попыток найти работу не увенчалась успехом. Из-за отца он не задерживался нигде больше, чем на пару-другую дней. Не хотелось питать себя очередной ложной надеждой, а потом вновь соскребать свою самооценку с дорожного покрытия. Но с другой стороны, он ничего не терял.

— Что я должен делать?

— Как закончите с Сойером на месте преступления, приходи в клуб, я представлю тебя администратору.

Черри улыбнулась, но как-то натянуто, а после завела авто и уехала.

Добраться в южную часть города, где располагалась место преступления, оказалось непросто. Автобусы по этому маршруту ходили крайне редко, а на такси денег у Лиама больше не было. Ему пришлось пройти пешком три квартала, и чем больше он удалялся от центра, тем менее благополучными и ухоженными выглядели улицы и дома. Ему всё чаще попадались навстречу всякие сомнительные личности или просто бездомные, волочившие на себе кучу старого хлама. Лиам с тоской подумал, что от положения этих бедолаг его отделяет не так уж много.

Стройка располагалась неподалеку от придорожного мотеля. Уже вечерело, но к счастью Лиама неоновая вывеска, возвышавшаяся над округой, отбрасывала достаточно света на огороженную сеткой площадку. Он приподнял сигнальную ленту и аккуратно протиснулся внутрь сквозь дыру в ограде. Судя по протоптанной тропке напротив, этой дырой активно пользовались подростки, собиравшийся тут. Лиам огляделся по сторонам. Спустя две недели искать следы магии в этом месте было глупо. И всё же он прихватил с собой одну из проявляющих печатей. В отличие от Сойера он не мог видеть следы заклинаний, но мог использовать этот достаточно энергозатратный и сложный способ, чем-то напоминающий дактилоскопию в людской криминалистике.

Лиам выбрал открытое место и очертил вокруг себя линию, затем зажал печать между ладоней и прошептал на родном языке:

— Яви мне тайны.

В тот же миг лист бумаги в его руках загорелся алым светом. Лиам раскрыл ладони и выпустил печать. Она поднялась над его головой, слабо освещая пространство под его ногами. За пределами печати в воздухе то тут, то там стали появляться искры. Захаби оборачивался на каждое соприкосновение заклинания с остатками магии из прошлого этого места. В основном это были незначительные эпизоды, связанные с желанием личностей с экстраординарными способностями выплеснуть хоть немного магической силы. Заброшенная стройка — место безлюдное, как нельзя лучше подходила для этого.

Но в одной точке, над развалившейся стопкой каменных блоков, снопы искр были особенно яркими. Лиам невольно приблизился к месту, переступив очерченную линию, и понял, что перед ним те самые блоки, на которых и было найдено тело второй жертвы. Над этим местом до сих пор присутствовало скопление темной энергии. И она притягивала Лиама. Он в ужасе осознал, что не в силах сопротивляться. Это был всего лишь остаточный эффект от темного ритуала, но влияние его оказалось настолько сильным, что стража будто парализовало. Он ощутил, как невидимая ледяная рука обвила его горло. С огромным трудом он отступил назад, но цепкие пальцы продолжали вытягивать из него жизнь.

В глазах потемнело. Он попытался активировать одну из защитных печатей, но ничего не вышло. Лиам хватал ртом сухой и прохладный воздух. В голове пульсировало. И сквозь удары собственного сердца он различил отчётливо повторяющееся: «Смерть детоубийцам!»

— Я невиновен… — прошептал он одними лишь губами, но невидимая рука продолжала сжимать его горло.

Лиаму казалось, что он не переживёт это. Перед глазами с неимоверной скоростью проносились воспоминания. Неожиданно для себя он понял, что эти воспоминания ему не принадлежат. Он попытался сосредоточиться на них, но боль оказалась невыносимой.

— Сойер… Боб! — позвал он почти неслышно и провалился в пустоту.

Маленькие мягкие ладони били его по щекам, когда он пришел в себя. Он с трудом открыл глаза и увидел перед собой обеспокоенное лицо Черри.

— Чёрт, слава богу, ты живой! — воскликнула она.

— Ты в курсе, насколько нелепо звучат твои слова? — усмехнулся Лиам, присаживаясь.

Он всё ещё был на той же строительной площадке. Печать погасла. Его одежда была перепачкана в грязи, будто он полз куда-то. В руке он сжимал горсть песка вперемешку с гравием.

— Будда многолик, а потому христианское учение не противоречит буддийскому, — ответила Черри, не задумываясь. — Ты лучше скажи, какого ты поперся сюда один⁈ Если бы не звонок Сойера, то ты, вероятно, был бы сейчас мёртв.

— Да, это было глупо, — согласился Лиам. — Ты видела этот миазм от ритуала? Мне показалось, у него есть собственная воля.

— Это невозможно, — покачала головой Черри. — Но сотворивший это и правда силён. Мне стоило трудов развеять остатки заклинания.

— Кстати, как ты это сделала? — проговорил Лиам задумчиво. — Я пробовал активировать печать, но не смог. Мне показалось, я слышал какой-то звон…

— Это трудно объяснить, — замялась Черри. — Возможно, однажды я покажу, как это работает.

— Ладно, — кивнул Захаби, поднимаясь на ноги. Если стражница не хотела рассказывать о таком, у него не было причин настаивать. — Ты в клуб сейчас?

— Ага.

— Поеду с тобой, попытаю счастья. Заодно расскажу, что видел, прежде чем отключился. Только погоди. У тебя есть фонарик?

— На ключах от машины, — Черри протянула ему брелок.

Лиам посветил на песок, зажатый в ладони, поковырял его пальцем и нащупал среди камешков гладкую, идеальной формы белую капсулу.

— Это что, таблетка? — удивилась стражница.

— Похоже на то, — кивнул Лиам, всматриваясь в еле заметные буквы на поверхности.

— Но для чего?

— Пока не знаю, — пожал плечами он.

В клубе было душно и накурено. Лиам, пытаясь силой мысли унять нарастающую головную боль, следил со своего поста за происходящим на танцполе. Публика заведения в основном состояла из азиатов, но были и афроамериканцы, и совсем немного белых. Последние в основном располагались в углу за столиками в мягкой зоне и редко выходили за её пределы, предпочитая держаться вместе. Оттуда, кроме прочего, открывался отличный вид на сцену, где танцевала Черри и пара других немного похожих на неё девушек.

Раньше Лиам не особо обращал внимание на то, насколько она грациозна и пластична. Может, всё дело в том, что он был младше неё, но она всегда была для него не более чем просто коллегой. А сейчас он с трудом мог оторвать взгляд. Что-то особенное было в том, как она двигалась. Лиам мог бы поклясться, что в её танце была какая-то магия, хоть и звучало бредово.

Пульсирующая боль в голове достигла своего апогея. Он предупредил напарника и скрылся за дверью, ведущей в помещения для персонала. Лиам помнил, что в шкафчике в рюкзаке у него были обезболивающие. Он поспешил в раздевалку, но невольно задержался у приоткрытой двери гримёрки девчонок. Они только что закончили очередной сет и ушли на перерыв.

— Дамы, один из посетителей приглашает вас на частную вечеринку, — объявил девушкам босс Лиама.

— Мин, ты спятил⁈ — возмутилась Черри. — Мы об этом уже говорили!

— Не кипятись. Ты ведь даже не знаешь, сколько он готов заплатить.

— Это не обсуждается. И с каких пор ты переквалифицировался из администраторов в сутенёры⁈

Остаток разговора Лиам не дослушал, поскольку кто-то из девушек захлопнул дверь. Он прошёл дальше по коридору к раздевалке и принял таблетки.