— Ну, конечно, кто бы сомневался! Только меня вот почему-то сомнение берет. А еще я начинаю уставать, полковник. И нервничать. Считайте это моим последним предупреждением. Какую структуру вы здесь представляете?
Бурцев вздохнул. Ишь ты! Фриц изволит нервничать… А кто бы подумал о его нервах? Достал ведь уже этот упертый окольчуженный диверсант! Ну что ж, ладно, хрен с тобой, Фридрих фон Берберг. Так и быть — порадуем цайткоманду Гиммлера секретными сведениями. Интересуетесь структурами, из которых менты попадают в прошлое, хэр штандартенфюрер? Ну и пожалуйста… Врать не будем!
— ОМОН.
— ОМОН? — ободряющая улыбка. — Хорошо, полковник, для начала очень даже хорошо. Это что, новое подразделение НКВД?
Теперь улыбался Бурцев. Во весь рот улыбался — таким серьезным взглядом вперился в него вестфалец. И так сосредоточенно слушал.
— Вообще-то это отряд милиции особого назначения.
— Особого назначения? Понятно… Так, значит, ваша милиция теперь следит за порядком во времени? За порядком, выгодным Советам, я думаю. Или может быть, наоборот, готовит беспорядки? Мировые революции и тому подобное? Говорите, полковник, говорите — я весь внимание. Чем скорее мы с этим покончим, тем лучше. Как ваш ОМОН проникает в прошлое?
Гм, а что, если… Если, к примеру, намекнуть фон Бербергу о башнях ариев и понаблюдать за реакцией странствующего штандартенфюрера? В конце концов, фашик из Взгужевежи, что пытался наладить сотрудничество с Конрадом Тюрингским, воспользовался для путешествия во времени именно арийской магией. Следовательно, никакой военной тайны Бурцев фон Бербергу не откроет. Зато, если повезет, можно выяснить, как сам вестфалец со своей цайткомандой очутился в тринадцатом веке. Эта проблема, если честно, весьма занимала Бурцева. Он ведь собственноручно разбил обе малые башни древних магов, открывавшие межвременные порталы. Одну — в Нижнем парке, во время неоскинхедовских волнений. Вторую — во Взгужевеже, после убийства гитлеровского хрононавта и Конрада Тюрингского. Неужели где-то есть еще?
— ОМОН проникает в прошлое через дыры в будущем, — осторожно начал он.
— А поподробнее?
— Есть такие башенки… Арийские башенки… Большие, знаете… и маленькие…
Бурцев замолчал, испытующе глядя на собеседника. Фон Берберг скрипнул зубами.
— Я очень огорчен, полковник. Во-первых, тем, что Советам известно о башнях ариев. Но еще больше тем, что вы не желаете говорить мне правду. Совершить цайт-прыжок при помощи малой башни перехода вы не могли.
— Правда?
— Давайте начистоту. О том, что, как мне кажется, хорошо знаем мы оба. Перенос во времени невозможен без двух магических башен: большой — платц-башни и малой — ключа или шлюссель-башни[73]. В момент цайт-прыжка необходимо находиться внутри или на развалинах первой и иметь контакт со второй — прямой или опосредованно-тактильный — через железо, дерево, ткань…
«Резиновую дубинку…» — мысленно дополнил Бурцев. Он-то как раз имел в Нижнем парке опосредованно-тактильный контакт с малой башней перехода через милицейское спецсредство «РД-73». Хороший такой контактик: башенку разнесло, на фиг, вдребезги, а сам контактер очухался в тринадцатом веке.
— Развалины больших башен можно отыскать где угодно — по всему пути миграций арийских племен, — немец с пистолетом продолжал читать ему лекцию. — С этим я спорить не буду. Но хитрость заключается в малых шлюссель-башнях. Ключ — это ведь не только миниатюрная копия той платц-башни, куда переносится человек, но и подробная инструкция к цайт-прыжкам. Именно на внутренней поверхности шлюссель-башни высечены заклинания древних магов, которые удалось расшифровать лучшим криптографам Третьего рейха. Раньше-то о письменности ариев не было известно ничего. Только тщательнейший анализ первоязыков и самых ранних записей, сделанных рукой человека, позволил нам провести необходимые аналогии и добиться успеха. И мне очень трудно поверить, что ваша разведка смогла раздобыть секретные копии сакральных словоформ, открывающих межвременные врата. Но даже если так, то сами малые башни…
— А что с малыми башнями?
Фон Берберг осклабился:
— Собственно, из-за них ведь и началась Вторая мировая.
Глава 62
Бурцев стоял с вытаращенными глазами и медленно переваривал услышанное.
— Ты хочешь сказать, что нападение Германии на Польшу…
— Произошло бы в любом случае, но донесения нашей разведки значительно ускорили события.
— Донесения? Разведки?
Он решительно ничего не понимал. Вестфалец же откровенно потешался над недоумевающим собеседником. Конечно, фон Берберг мог себе сейчас такое позволить. С пистолетом-то в руках!
— Не вижу смысла скрывать от вас эту тайну, полковник, — она давно утратила свою ценность. Наша разведка сообщила, что археологам из экспедиции Варшавского университета во время раскопок на развалинах замка Взгужевежи попались фрагменты огнестрельного оружия, боеприпасы к нему и скелеты в истлевшей форме войск СС. Сенсацию поляки засекретили, но слишком поздно: информация уже просочилась к нам.
Бурцев только покачал головой. Но промолчал.
— Сообщением разведки заинтересовалась личная эзотерическая служба рейхсфюрера Гиммлера. Было проведено дистанционно-астральное сканирование замковых развалин. Вот тогда-то там и обнаружилось средоточие древней магической силы. Дать полякам закончить эти раскопки с нашей стороны было бы неразумно. А уж если бы к работе подключились Советы… В общем, Гиммлер имел продолжительный разговор с фюрером. Потом наши войска вторглись в Польшу. И раскопки мы завершили сами. С истинно немецким напором и основательностью. Выяснилось, что замок взорван изнутри, и это был взрыв колоссальной силы. Наша экспедиция разобрала завалы, добралась до тайных подземелий. И вот там…
— Вы нашли малые башни?
— Не сразу. Сначала в каменном мешке, который не вскрывался в течение нескольких веков, члены экспедиции наткнулись на ржавый, искореженный, но все же прилично сохранившийся танк.
— Танк?! — Бурцев от удивления даже забыл скептически скривить губы.
— Именно танк. С крестом германских панцерваффе на броне. Если остальные находки при большом желании еще можно было бы отнести к разряду спорных мистификаций, то этот танк, вне всякого сомнения, попал в замок еще до его разрушения. А Взгужевежа, как показывают исследования, прекратила свое существование в середине тринадцатого века.
— Сказки!
Но небезынтересные, — признал Бурцев про себя. Фантазия у штандартенфюрера имеется. Богатая фантазия… Но только к чему все это? Зубы он, что ли, надеется заговорить своими байками? Или… Или не байки это вовсе? Нет, такое предположение слишком невероятно! Не-прав-до-по-доб-но! Хотя о какой правдоподобности может идти речь, когда он сам, омоновец Василий Бурцев, беседует под дулом пистолета с эсэсовцем, причем происходит это в 1242 году от рождества Христова. И все-таки… Фашистский танк под древними развалинами… Блин, голова идет кругом!
Фон Берберг искренне наслаждался произведенным эффектом:
— Скажу больше, полковник. Такая машина тогда еще не поступала на вооружение Вермахта. Ее выпуск наладили лишь в сорок третьем. Использовав, между прочим, конструкторские решения найденного при раскопках танка. Удачная вышла модель! Идеально подходит для стремительных рейдов по тылам противника. Называется эта серия «Лухс» — «Рысь». Легкий, маневренный, подвижный и надежный танк-разведчик. Боевая масса — до тринадцати тонн. Броня от 10 до 30 миллиметров. Скорострельная 20-миллиметровая пушка, пулемет. Экипаж четыре человека. Улучшенные характеристики ходовой части. Повышенная проходимость. Скорость до шестидесяти километров в час…
Вестфалец с удовольствием смаковал подробности.
— Кстати, именно на базе «Рыси» была создана и гордость технической мысли танкостроителей Третьего рейха — непобедимая «Пантера», по сравнению с которой ваши «Т-34» — бесполезные колхозные тракторы.