Мужчины остановились, их взгляды были прикованы ко мне. Я сразу же почувствовала себя нелепо, укрывшись одеялами, которые Кормак навалил на меня. А ещё я отчаянно жалела, что не переоделась в футболку и леггинсы, которые надела после душа.

Но мужчины, похоже, не находили меня смешной — или недостаточно одетой. Словно отрепетировав это, они грациозно опустились на колени. Один из них с золотисто-рыжими волосами и поразительной парой зелёных глаз пробормотал:

— Ебануться!

Темноволосый мужчина рядом с ним испустил многострадальный вздох.

— Поздравляю, Алек, ты приветствовал нашу королеву ненормативной лексикой.

— Отвали, Лакхлан, я оправляюсь от шока.

Кормак поднялся со своего стула, и его низкий голос разнёсся по комнате.

— Потребуется нечто большее, чем немного ненормативной лексики, чтобы шокировать Изольду, — он подошёл к кровати и поднёс мою руку к своим губам. Он подмигнул мне и поцеловал костяшки моих пальцев. — Королева драконов сделана из гораздо более прочного материала, чем это.

Все мужчины — и женщины рядом с ними — уставились на Кормака так, словно увидели привидение. Найл, который выглядел суровым и более чем немного пугающим в непроницаемом чёрном, разрядил напряжение, кивнув Кормаку, а затем склонив голову.

— Наш государь вернулся к нам. Да здравствует Кормак. Да здравствует король!

— Да здравствует король! — эхом повторили остальные.

Я сжала руку Кормака.

— Да здравствует король.

Он улыбнулся, но в его улыбке было нечто большее, чем лёгкое беспокойство, и он держал мою руку в своей, когда повернулся и обратился к собравшимся.

— Встаньте все, — когда все поднялись на ноги, он встретился взглядом с самым высоким мужчиной среди них. — Брэм, — тихо сказал он.

Мужчина приблизился, и моё сердце пропустило удар. Он явно был воином, с телом, которое казалось вырезанным из сплошных мышц. На первый взгляд, любой был бы прав, опасаясь его. Но при втором взгляде обнаружилась пара добрых, нежных глаз.

Зелёных глаз.

Глаза, которые я всю свою жизнь видела отражёнными в стекле и на поверхности воды.

Когда он приблизился к кровати, Кормак отодвинулся в сторону. Моё сердце забилось быстрее, я запрокинула голову и встретилась взглядом с…

— Твой брат, — пробормотал мужчина. — Я Брэм МакГрегор. И, согласно записям о рождении, я на три минуты старше.

Раздался тихий смех, который во многом успокоил мои нервы. Я улыбнулась ему снизу-вверх.

— Ну, если ты старший близнец, думаю, это означает, что я мудрее.

В уголках его глаз появились морщинки.

— Я в этом не сомневаюсь, миледи.

Кто-то откашлялся, а затем крупный светловолосый мужчина с пронзительными серебристыми глазами оттолкнул Брэма плечом в сторону. Его улыбка была чистейшим озорством, когда он поклонился и сказал:

— Я Фергюс Девлин, миледи. Как пара твоего брата, я являюсь авторитетом в его интеллекте и могу заверить тебя, что твой определённо выше.

Брэм бросил на меня извиняющийся взгляд.

— Он всегда такой.

— Ты хочешь сказать, всегда прав, — произнёс Фергюс. Он повернулся и подозвал к себе одну из женщин.

У меня перехватило дыхание. Она была маленькой, но потрясающе красивой, с тёмно-рыжими волосами и тёмно-синими глазами. Когда она улыбнулась мне, показались кончики изящных клыков.

Брэм просиял, глядя на неё, прежде чем повернуться ко мне.

— Это наша пара, Галина, чистокровная принцесса Кровносты.

Рыжеволосая закатила глаза.

— Боги, это трудно произносить, — она одарила меня застенчивой улыбкой. — Пожалуйста, зови меня Галина.

— Только если ты будешь называть меня Изольдой.

— Договорились.

Оставшиеся мужчины и красивая светловолосая женщина подошли к другой стороне кровати. Мужчина, который выругался, увидев меня, поклонился и заговорил с акцентом гораздо более сильным, чем у Найла или Кормака.

— Я Алек Мюррей, миледи, — он поднёс руку блондинки к своим губам и бросил на неё пылающий взгляд. — А это Хлоя, которую отшлёпают по пышной заднице, как только появится ребёнок у неё в животе.

Мне потребовалась секунда, чтобы разобраться в его словах. Подождите, она была?..

— Алек! — она вырвала свою руку из его и положила её на свой слегка округлившийся живот. Судя по выражению её лица, она нисколько не испугалась, когда сказала: —Я беременна, а не недееспособна. Угрожай сколько хочешь, но ты не в своём уме, если думаешь, что можешь запереть меня, а потом броситься навстречу опасности.

— Это именно то, что я ему сказал, — мягко проговорил великолепный темноволосый мужчина с другой стороны от неё. Его тёплые золотистые глаза блеснули, когда он поклонился мне. — Я Лакхлан МакКей, также известный как «голос разума» в наших отношениях. Я также отвечаю «рефери» и «тому, кто в здравом уме».

Хлоя фыркнула.

— Не притворяйся, что ты не был полностью замешан в планах Алека, — она бросила на Алека угрожающий взгляд. — Я думала, мы ясно поняли, что происходит, когда вы попытаетесь лишить меня свободы.

— Я не лишал тебя свобод! — запротестовал Алек. Он одарил меня заговорщицкой улыбкой. — Я дал ей чёрную карточку Центурион (прим. перев. — самая уникальная и дорогая кредитная карта, выпускаемая компанией American Express. Карта Центурион предоставляет своему владельцу широкий спектр эксклюзивных привилегий) и сказал, чтобы она отремонтировала замок.

— Семантика, — сказала Хлоя. Она улыбнулась мне, и на её щеке появилась очаровательная ямочка. — Я Хлоя Дрексел, обычный человек.

Кормак усмехнулся.

— Нет, это не так, — все взгляды обратились к нему, когда он нежно улыбнулся Хлое. — Ты просто донум. Прошло много времени с тех пор, как я встречал человека с таким особым даром.

— В данный момент нам нужны способности Алека, — сказал Найл, подходя к краю кровати. Он встретился взглядом с Кормаком. — С вашего разрешения, милорд.

Кормак уставился на него, и на мгновение ему показалось, что они с Найлом были единственными в комнате. Тень боли — и, возможно, лёгкой тоски — промелькнула на лице Кормака. Как раз в тот момент, когда молчание затянулось слишком сильно, он наклонил голову.

— Конечно.

Найл посмотрел на Алека.

— Я думаю, нам следует начать со снов Изольды. Если видение, которое она увидела во время припадка, на самом деле является воспоминанием, это могло бы помочь нам определить, почему Ульмак похитил её.

Алек кивнул.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — он пододвинулся к кровати и сел рядом со мной. — Не бойся, — сказал он, улыбаясь.

Я поймала себя на том, что улыбаюсь в ответ. Его акцент превратил страх в возбуждение, его «О» звучало так, что мне захотелось услышать его снова.

Когда он выдержал мой взгляд, его внешность изменилась.

Нет. Преобразился.

Под его кожей появилось сияние. Черты его лица заострились. Неземные. Его уши заострились до изящных кончиков. Там, где раньше он был красив, теперь он был прекрасен.

Но это была ужасная красота. Опасная и чужая. Существо, смотревшее из его глаз, было подобно молнии или ветру. Ни добра, ни зла.

Просто мощный. Способный к великим разрушениям.

И я поняла, что на самом деле он совсем не изменился. Его истинная природа была здесь с самого начала. Скрытая прямо под поверхностью.

Его прекрасные, ужасные глаза смотрели в мои.

— Моя госпожа, — пробормотал он, его голос дрожал от силы. — Если ты позволишь, я покажу тебе зверей, которые преследуют тебя в снах.

— Ты можешь это сделать? — услышала я свой вопрос.

— Могу, — его глаза заблестели. — И вместе мы заставим их трепетать при звуке твоего имени.

Я вложила свою руку в его.

— Покажи мне.

Найл

В комнате было тихо, если не считать потрескивания камина. Все смотрели на Изольду, которая закрыла глаза и теперь лежала неподвижно.