– Драгош, – пробормотал он и принялся шарить рукой по торпеде, ища телефон. – Черт, глазам своим не поверил, но это точно он. Я видел этого сукина сына вместе с Фабьеном и всей этой компанией. Драгош здесь... его можно захватить. Где этот чертов телефон?

Рената молча наблюдала за ним и не узнавала его. Николай нагнулся и поднял валявшийся у нее под ногами мобильник. Она практически не слышала, что он говорит, да ее это и не интересовало.

– Ты лгал мне.

Нико выпрямился, держа в руке телефон Лекса. Огненные искры в глазах от выброса в кровь адреналина чуть потускнели, когда он посмотрел на нее:

– Что?

– Я доверяла тебе. Ты сказал, что я могу доверять... могу положиться на тебя... И я... я поверила тебе. – Рената сглотнула подкативший к горлу комок и с трудом продолжила: – Мира здесь. Она здесь с Фабьеном с прошлой ночи. Ты знал это... и не сказал мне.

Николай замер, даже не пытаясь опровергнуть ее слова. Посмотрел на зажатый в руке мобильник, словно только сейчас догадался, как она узнала о его обмане.

– Николай, еще днем я могла бы быть здесь. И что-то предпринять, чтобы вырвать Миру из рук этого чудовища.

– Именно поэтому я тебе ничего и не сказал, – тихо произнес Николай.

Рената горько усмехнулась:

– Ты предал меня.

– Я сделал это, чтобы защитить тебя, потому что люблю...

– Нет, – покачала головой Рената, не желая, чтобы из нее в очередной раз сделали дурочку. – Нет, не говори мне этого. Ты говорил мне эти слова, чтобы отвлечь мое внимание, пока со своими дружками строил у меня за спиной собственные планы.

– Все совершенно не так. Все, что между нами произошло сегодня, все, что я говорил, никак не связано с Орденом. Все это касалось только тебя и меня... только нас.

– Чушь собачья!

Нико протянул к ней руку, но Рената отпрянула, открыла дверцу и выпрыгнула из машины. Мгновение – и он встал перед ней, преграждая дорогу.

– Отойди от меня, Николай.

– Куда ты собралась? – тихо спросил он.

– Я не могу больше сидеть здесь сложа руки. – Рената сделала шаг в сторону, но он вновь заступил ей дорогу.

От его деликатности не осталось и следа, перед ней был воин с железной волей, который, если сочтет необходимым, может держать ее здесь в наручниках.

– Я не позволю тебе, Рената.

– Ты не можешь за меня решать, – резко бросила она, дрожа от страха и возмущения. – Черт возьми, это моя жизнь!

Николай заворчал и сделал движение в ее сторону. Но вдруг замер на месте, схватившись руками за голову. Рената не сразу осознала, что она сделала. Николай зашипел и посмотрел на нее, в его глазах сверкали огненные искры боли и ярости.

– Рената, не...

Она нанесла ему второй удар, вложив в него весь свой страх за Миру и горечь предательства. Николай упал на колени, корчась от боли.

Рената попятилась, развернулась и устремилась в лес, не позволяя зарождавшемуся в ней сожалению остановить ее.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

По всему периметру дома стояла вооруженная охрана, любая попытка проникновения внутрь постороннего обязательно будет замечена хотя бы одним из агентов безопасности. Агенты у вампиров выполняли ту же роль, что у людей подразделения по борьбе с террористами. Все они были одеты в черного цвета форму и такого же цвета шлемы, руки покоились на перекинутых поперек груди автоматических карабинах.

Спасибо агентам, навестившим дом Джека, благодаря им Рената и Николай вооружились и обзавелись формой и джипом. Рената не рассчитывала беспрепятственно проникнуть в дом, но надеялась, поскольку была в форме агента, что, возможно, хотя бы в первые минуты ее примут за своего.

Рената надела шлем, опустила щиток и, старательно имитируя солдатскую походку, направилась к вампиру, охранявшему западную сторону дома.

Агент мгновенно ее заметил:

– Генри? Какого черта ты здесь делаешь?

Рената пожала плечами и здоровой рукой сделала жест «а черт его знает». Она не рискнула подать голос или воспользоваться карабином, чтобы устранить препятствие. Один выстрел – и ее изрешетит целая свора агентов. Нет, она должна молчать и просто приближаться к охраннику, надеясь, что он не откроет огонь из одного лишь только подозрения.

– Да что это с тобой, идиот?

Рената снова пожала плечами, продолжая идти.

Пальцы подрагивали, желая выхватить кинжал и метнуть его в агента. Он был такой легкой целью, пока стоял

перед ней столбом. Но одна капля пролитой крови – и сюда сбегутся вампиры со всей окрестности. Рената понимала, что должна приблизиться на такое расстояние, чтобы одним сильным ментальным ударом бесшумно вывести противника из строя.

– Генри, говнюк сраный, возвращайся на свой пост, – прорычал агент и потянулся к переговорному устройству, висевшему у него на поясе. – Доложу о тебе Фабьену. Если хочешь его разозлить, пожалуйста, а я в этом деле...

Собрав всю силу, Рената нанесла агенту удар. Тот тихо ахнул и рухнул на землю. Она била снова и снова, пока он не затих. Убедившись, что агент мертв, она нагнулась и подобрала его карабин и переговорное устройство.

Рената открыла узкую, едва заметную дверь черного хода и заглянула внутрь. Чисто. Она проскользнула в дом, сердце бешено колотилось, разгоряченное дыхание влажным туманом оседало на щитке шлема.

Она еще злилась на Николая за предательское молчание, но вместе с тем была благодарна Ордену – они установили точное местонахождение Миры. Не было времени корить себя за то, как она поступила с Николаем. Слишком поздно было рассматривать альтернативу: возможно, следовало подождать, когда подъедут его товарищи, их поддержка была бы сейчас весьма кстати. Отчасти Рената осознавала, что поступила несправедливо, но она зашла слишком далеко, чтобы извиняться или что-то изменить.

Она приняла поспешное эмоциональное решение – решение обиженной женщины. В результате она может потерять дружбу Николая – возможно, даже его любовь. Рената сожалела о своем поступке, но исправить уже ничего не могла. Может статься, что Николай никогда не простит ее за то, что она так безрассудно помешала выполнению его задания. И она поймет его.

Сейчас Рената молилась только об одном – чтобы не Мире в конечном счете пришлось за все это расплачиваться.

Глухое жужжание мобильного, валявшегося у головы, заставило Нико очнуться. Он лежал на земле рядом с джипом. Телефон вновь завибрировал, шурша травой и опавшими листьями. С большим усилием Николай протянул руку и взял неугомонный телефон. Негнущимися пальцами открыл крышку и попытался ответить, но вместо слов получился какой-то сухой треск.

– Да, – кашлянув, еще раз произнес Нико, с трудом поднимаясь. Сел, опершись спиной о переднее колесо джипа.

– Нико? – раздался в трубке встревоженный вопрос Рио. – У тебя какой-то странный голос, амиго. Что у тебя там происходит?

– Рената, – пробормотал Нико, придерживая рукой тяжелую голову. – Обиделась...

Рио чертыхнулся:

– Понятно. Это моя вина. Проговорился, я не знал, что ты не сказал ей, что девочка здесь...

– Она ушла, – произнес Нико. С этими словами к нему начала возвращаться трезвость мыслей, как будто внутри включился и заработал генератор. – Черт, Рио... я ее разозлил, и она пошла в одиночку спасать Миру.

– Мадре де Диос!

Николай слышал, как Рио в двух словах обрисовал Тигану положение дел.

– И это еще не самое худшее, – продолжал Нико. Не обращая внимания на страшную боль в голове, он поднялся и обошел джип. – Фабьен не просто устроил встречу старых друзей. Это нечто большее... Здесь Драгош.

– Ты уверен?

– Я видел подонка собственными глазами. Он здесь. – Нико плохо слушавшимися руками начал доставать из багажника оружие: карабины, один пистолет за пояс, второй в наколенную кобуру. – Дом со всех сторон охраняется, подбирайтесь осторожно и разделитесь.

– Нико, что ты там делаешь?

Николай промолчал, зная, что ответ старому другу не понравится, вместо этого он захватил еще парочку запасных магазинов.