Хотя Гурджиев описывал эти два новых центра как «высшие», мои знания в области измененных состояний сознания заставляют меня подозревать, что они также являются специализированными и специфическими для определенного состояния. По этой причине наша компьютерная аналогия разрушается, если проводить ее слишком далеко. В обычном мире вы могли бы использовать большой универсальный компьютер для подведения баланса вашей чековой книжки точно так же, как вы используете маленький персональный компьютер или карманный калькулятор. Универсальный компьютер может воспроизводить все функции обычного персонального компьютера, даже хотя он кроме этого может делать и многое другое. Поэтому я сомневаюсь, что высший интеллектуальный центр был бы сколько-либо полезен для подведения баланса чековой книжки: он создан для глубоких проблем, которые не могут быть решены обычными центрами.

Наше убеждение, что все важное для нас должно быть понятным на уровне языка согласованного сознания, является еще одним примером неправильной работы центров. Обычные центры, даже если они доведены до уровня правильного функционирования, а не остаются на обычном для них невротическом и непросвещенном уровне, вероятно не могут решать некоторые проблемы. Мои исследования измененных состояний сознания дают мне достаточное основание считать, что на предельные вопросы о смысле жизни и смерти не могут быть получены адекватные ответы на уровне обычного сознания.

Даже если человек с рождения был совершенно слепым, он может рассуждать о зрении с помощью разума. Таким образом он может прийти к некоторому вполне ясному, хотя и частичному пониманию, но он никогда не сможет пережить действительную красоту солнечного заката. До тех пор, пока у нас не будет хотя бы проблесков объективного сознания, мы никогда не сможем полностью понять природу жизни.

Соблазнительно, конечно, подробно написать об измененных состояниях сознания и об их удивительных возможностях (и ловушках) для нас, но эта книга посвящена, в первую очередь, теме пробуждения от согласованного транса и достижения третьего состояния, состояния подлинного самосознания, так что я не буду сейчас углубляться в тему измененных состояний. Кроме того я обнаружил (и это совпадает с тем, что говорил Гурджиев), что пока мы не очистим и не отладим функционирование наших трех типов мозга и не достигнем сколько-либо значительной степени подлинного самосознания и самопонимания, как наш собственный непосредственный опыт измененных состояний или объективного сознания, так и те знания о них, которые мы получаем из вторых рук, могут быть настолько искаженными, было бы даже лучше, если бы у нас их вообще не было.

В идеале нам следует основательно подготовиться именно таким образом, прежде чем испытывать любые измененные состояния, не говоря уже о состояниях четвертого уровня. К сожалению, наша культура сейчас настолько бездуховна, в такой степени погрузилась в свое научное мировосприятие, что мы отчаянно нуждаемся во вдохновении, в проблесках высших уровней, напоминающих нам о том, что существует что-то, ради чего стоит работать. И даже несмотря на риск искажения знаний высшего уровня, я верю, что некоторый опыт, связанный с измененными состояниями, необходим для многих людей.

20. ДУХОВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ, РАБОТА И МОЛИТВА

Работай так, будто все зависит от твоей работы. Молись так, будто все зависит от твоей молитвы.

Г.И. Гурджиев

Идеи Гурджиева содержат столь много полезных психологических открытий и методов, что их можно изучать на чисто психологическом уровне. Это означает, что они могут вам что-то дать, даже если вы совершенно не интересуетесь «духовными» идеями, и не приемлете мысли о том, что мы являемся чем-то большим, чем наши физические тела.

В определенном смысле это хорошо. Ведь под названием «духовного» провозглашалось так много явно нелепых вещей, что существующее в нашей культуре отвращение ко всему этому имеет здоровое начало. В то же время я убежден, что есть действительно важные духовные реалии, и если мы в ближайшее время не признаем их и не начнем духовно эволюционировать, то и мы, и наша культура обречены на гибель. Слепо верить во все, что снабжено ярлыком «духовное» – это, конечно же, предел глупости. Но автоматически не верить во все, что ассоциируется с идеей духовности, точно так же глупо. Разумность, проницательность и личный опыт – вот то, что действительно нужно, а не слепая вера или неверие.

Я сосредоточиваюсь в этой книге на учении Гурджиева как психологии потому, что таким образом я сам лучше его понимаю. Однако я бы не хотел создавать впечатление, что это учение исчерпывается психологией. Психологические идеи Гурджиева являются частью детально разработанной и сложной духовной системы. Подобно многим великим духовным системам, это целое мировоззрение, которое рассматривает всю вселенную как единое, полное смысла и живое проявление Абсолюта. Человек имеет свои собственные место и назначение в этой живой, развивающейся вселенной. Его функции смыкаются с функциями существ, которые занимают более высокое место в мироздании, – существ, которые с обычной точки зрения считались бы «нефизическими» или духовными. То, что человек впал в безумие согласованного транса и утратил соприкосновение со своими подлинными возможностями и функциями – это трагедия. Четвертый Путь – это не просто способ оптимизации программирования вашего органического биокомпьютера: это система духовного роста, со временем выводящая за пределы привычной нам органической, физической жизни, так что человек может снова обрести свои подлинные назначение и счастье.

Я не буду пытаться объяснять космологические и духовные идеи Гурджиева. Большинство из этих идей подробно описаны в книгах о Гурджиеве, упомянутых в Приложении А, да и мое собственное понимание этих идей весьма скудно: это не те вещи, которые можно легко проверить с помощью повседневного опыта. В этой главе я должен буду представлять некоторые идеи Гурджиева в форме утверждений типа «Гурджиев говорит, что...», поскольку они выходят за пределы моего собственного опыта; я постарался, в основном, избегать такой формы представления идей Гурджиева в остальных частях этой книги, но если бы я этого не делал, созданная ей картина была бы явно неполной.

В этой главе я просто приведу интересный пример некоторых видов событий, которые являются воистину «более высокими», чем наше обычное функционирование, – пример, связанный с моими попытками поделиться своим пониманием человеческой ситуации. Нам все равно уже давно пора сделать передышку в нашем сосредоточении на патологии согласованного транса. Я использую этот пример для того, чтобы проиллюстрировать кое-какие соображения относительно идеи молитвы.

СОН МЭРИ

В ноябре 1981 года я начал экспериментальную программу для практического применения некоторых аспектов того, чему я научился относительно пробуждения из учения Гурджиева и из других источников. Я назвал свою программу «Тренинг Повышения Осознания», и я работал по ней два с половиной года. Эта программа включала в себя обучение людей фундаментальным процессам самонаблюдения и самовспоминания, проведение вечерних встреч для обсуждения проблем, с которыми сталкивались участники, и тех открытий, которые они для себя делали, а также уединение на природе по выходным дням для интенсивной групповой работы. После групповых занятий по выходным дням участники занимались разнообразной физической работой (в соединении с самовспоминанием), связанной с постройкой и ремонтом различного оборудования дома, куда мы выезжали.

За полтора года до того, как я начал работать по программе Тренинга Повышения Осознавания, одна из будущих участниц моей программы, Мэри, видела сон. В то время она вела постоянный дневник своих сновидений. Смысл описанного ниже сна был непонятен для нее в то время, когда она его видела, но она записала его, а потом забыла почти на три года. Вот сон Мэри: