Бело-зелёный коттедж на северо-западной окраине Иерихона-2 мне понравился с первого же взгляда. Просторный, аккуратный и при этом огромный — на двух хозяев. Два этажа, по пристроенному гаражу с обеих сторон, обнесённая забором площадь вокруг. Рядышком имелась целая улица из таких же домиков — ну чисто зажиточная американщина, как её любят показывать в фильмах.

Заехали во двор… Чему я был неимоверно рад. Не самому заезду во двор, а тому, что наша поездка наконец-то закончилась. Вероятно, Касуми стоило бы пойти не в пехотное, а в лётное училище, потому как она явно путала свой автомобиль с реактивным истребителем… А страдал при этом я. Кисараги же ни капельки не страдала, а очень даже наслаждалась.

Возникла небольшая заминка.

— Чёрт, пульт от гаража забыла, — ругнулась капитан. — Или не забыла?.. Акира, глянь в бардачке.

Я глянул. И ничего не нашёл… Ничего толкового. Не считая пачки салфеток, дозиметра, початой пачки сушёного кальмара, горсти пистолетных патронов россыпью, губной помады и гаечного ключа.

— Не обращай внимания, — беззаботно отмахнулась девушка. — Это нормально — это творческий беспорядок. Ладно, ты иди в дом, а я пока разберусь, как этот гараж открывается…

Что ж, пойдём, посмотрим…

Мдааа… Нет, с домом все нормально. Ну, на первый взгляд. А в остальном — обнаружилась пара нюансов. Маааленьких таких нюансов…

Во-первых, Касуми умолчала о том, что вообще-то уже въехала в дом. Ну так, немного. Но при этом ооочень масштабно, судя по обилию коробок и ящиков.

А во-вторых, мой дражайший командир при въезде уже успела устроить… творческий беспорядок.

Первые две коробки я обошёл. О третью споткнулся. От четвёртой увернулся. Пятая всё-таки упала на меня. Я выругался. И чуть не влетел в целую башню из коробок.

Огляделся.

Нет, ну если мысленно убрать весь этот хлам…

Большая гостиная. Причём уже с мебелью. Совмещена с кухней… Решение странное, ну да ладно. О! Холодильник. Причём здоровущий — как шкаф. Ну-ка, ну-ка… А что у нас внутри? Может и сюда уже успела что-нибудь заложить…

И ведь успела же!

Половина холодильника забита банками с пивом, остальная — пакетиками с сушёным кальмаром, чипсами и лапшой быстрого запаривания и забрасывания в организм… А она-то тут зачем? В холодильнике, в смысле.

— Пиво не трогать, — сразу же объявила Касуми, заходя в дом. — Во-первых — оно моё, а во-вторых — несовершеннолетним его нельзя.

— Ты с порядком ничего не напутала? — скептически осведомился я. — И да, женский алкоголизм неизлечим, знаешь ли…

— Какой ты нудный, Акира… — поморщилась Кисараги, подходя к холодильнику.

— Я не стукач, но форму доклада знаю. А то что-то не прельщает меня командир-алкаш…

— Эй! Я тебя сейчас сама стукну! — возмутилась капитан. — За алкаша-то! Вот же ж… Была сирота, как сирота, а теперь… И вообще кто тут чей опекун, а⁈

— Ну, моё дело маленькое, моё дело предупредить…

— Вот же паршивец! На! Бери банку и читай!

Освежители воздуха я уже привык читать, но вот банки с пивом…

Тэкс… Состав… Пищевая ценность… Содержание этилового спирта не более… 1,6%? Оно безалкогольное, что ли? Изготовитель… По лицензии ООО «Северная звезда» Российская Федерация⁈

— Это что — квас⁈ — у меня отвисла челюсть.

— Классная штука, — заметила Касуми. — Со времён российской командировки люблю. Но у нас мало кто понимает, что за зверь такой — квас, так что его гонят в Японии как лёгкое пиво.

Я только стоял и хлопал глазами.

— Что? — сварливо произнесла капитан, отбирая у меня банку и вскрывая её. — В колледже я пила, курила и ругалась матом вообще без повода… А потом пошла в армию и у меня появилась целая куча поводов. Так что нечего меня тут агитировать за здоровый образ жизни.

— Да не, меня просто смутил продукт русского производства…

— Что поделать, — Кисараги завалилась на диван в гостиной. — С продовольствием мы крепко завязаны на русских… Впрочем, как и многие. Ты садись, садись. Вещи свои нашёл уже?

— Ага, — я кивнул в сторону стоящего наособицу рюкзачка с вещами.

— И это все, что ли? — скептически произнесла Касуми. — Маловато что-то. Ох уж эти мужчины…

— Ну, сборы были срочные, так что взял только самое необходимое на первое время. Рассчитывал всё остальное закупить уже здесь. Отец сказал, что зарплата будет.

— Зарплата — это хорошо… — философски изрекла девушка, могучим глотком допив банку и сыто рыгнув. — Пардон.

— Манеры у вас, товарищ командир… — я закатил глаза.

— Вот такая я замечательная, — милостиво кивнула капитан, одной рукой смяла банку и зашвырнула её в мусорное ведро метров с трёх. — Ух, трёхочковый!

А сила и точность-то у неё и правда нерядовые…

— Ну что ж, — Касуми потёрла руки и посмотрела на меня. — Раз уж мы начинаем совместное проживание, то будет справедливо распределить обязанности по дому? Верно же?

А глаза у самой хитрые-хитрые, как у дедушки Ленина, когда он с детьми разговаривал…

— Не, ну так-то справедливо, конечно…

— Разыграем в «камень-ножницы-бумагу»?

— А вот это уже несправедливо.

— Боишься? — довольно банально подначила меня Кисараги, впрочем, без особой надежды на успех?

— Не люблю доверять судьбу слепому случаю, — парировал я.

— Хе, справедливо. Ну тогда давай обсудим…

Следующий час вылился в сплошной кошмар. Споры переросли в ругань, ругань едва не дошла до драки — капитан торговалась азартно, бесцеремонно и нагло, заставляя заподозрить, что то ли японцы и правда одно из потерянных колен Израилевых, либо у неё в роду были цыганки.

Однако героическими усилиями удалось распределить уборку и вынос мусора по графику поровну, стирку на Касуми, а готовку на меня.

— Это была славная битва, — устало, но довольно произнесла девушка, когда мы скрепили наш, так сказать, общественный договор рукопожатием.

— Тебе стоило бы пойти не в армию, а в торговцы, — проворчал я.

— Ну я ж не настолько жестока, — развела руками капитан и хитро посмотрела на меня — Что ж… И что у нас на ужин, Акира? Раз уж сам понимаешь, кто за это ответственен. Теперь.

— Для начала сварим рис, а там — посмотрим. Рисоварка тут где?

Ну это же Япония, как же без рисоварки-то…

— А зачем она? — искренне удивилась Касуми. — Вон, в коробках посмотри.

Не очень понимая происходящего, я всё-таки решился порыскать в указанных коробках около холодильника…

Открыл одну, вторую…

Чувство тревоги превратилось в почти что ужас.

— Это что — армейские пайки? — наконец спросил я.

— Очень удобно, скажи же? — с жаром произнесла Кисараги. — Быстро запарил, быстро залил соусом… И готово! И готовить не надо.

Даже моё спокойствие, взращенное выживанием в общаге, дало трещину.

— Это же…

— Здорово, правда?

— Нет, Касуми, это какой-то ужас! Ты же, ну… женщина типа. Как же готовка, вкусняшки, вот это вот все?

— Стереотипы, — отмахнулась капитан. — Я выше их.

— Ты лентяйка.

— Ну мои таланты небесконечны — на чем-то силы приходится экономить, — Касуми вздохнула. — А вообще, Акира, твоя безопасность — это мой долг. Душевная в том числе. Так что лучше бы тебе не видеть мою готовку.

Вот это я влип…

— Все настолько несъедобно?

— Все офигенно вкусно! — возмутилась Кисараги, но тут же погрустнела. — Просто все издеваются, когда видят мою готовку…

— Это как же? — с неподдельным интересом спросил я.

— Все время спрашивают сожгла ли я еду из огнемёта или подрывала её взрывчаткой…

Надо сказать, что мой смех был довольно громким. Я бы даже сказал, что не смех, а натуральный ржач…

— Смейся, смейся, — зловеще произнесла Касуми. — Но я как-нибудь угощу тебя своим фирменным блюдом, и ты ещё пожалеешь… Ооо… Ты будешь валяться у меня в ногах и молить о пощаде…

— Твои фетиши, командир, начинают меня пугать.

От пущенной в меня подушки я увернулся, очень вовремя побежав открывать дверь, в которую звонили.