Аэросъёмка зафиксировала три колоссальных взрыва, после которых над ледяной равниной выросли три гриба, похожих на ядерных. Но ОМЕН-1 двигался как ни в чём ни бывало.
— Результат опять же оказался нулевым. После этого был нанесён массированный удар: три бомбардировщика В-2 и два В-1 сбросили десять GBU-28 и шесть GBU-37 — итого шестнадцать противобункерных бомб и выпустили двадцать крылатых ракет AGM-158 с проникающими боеголовками.
И вновь кадры того, как монстра бомбят с воздуха, и он утопает в десятках взрывов.
— Дайте угадаю, — сказал я. — Результат нулевой?
— Именно так, — кивнул лейтенант. — Причём, опять же наблюдалось сильное отклонение от курса, хотя на этот раз использовалась лазерная система наведения. Далее, с 17 по 31 октября американцы начали следующую операцию — «Фрозен Скаут», по тестированию различных средств поражений.
На кадрах мелькнули истребители-бомбардировщики F/A-18 и старые-добрые штурмовики А-10 — все с самым разнообразным оружием на подвесах.
— Они там на него всё что только можно и нельзя вывалили, — хмыкнула Касуми. — Обстреляли противотанковыми ракетами — поле не пробито, противорадиолокационными — на поле не среагировали, сбросили с транспортника сверхтяжёлую «Дейзи Каттер» — такими в джунглях площадки под вертолёты когда-то расчищали — так она вообще не сработала. Гелевая взрывчатка в −50 просто замёрзла. Сбросили кассетные бомбы — суббоеприпасы прошли сквозь поле и поразили кайдзю, но тот даже не чихнул. Я бы тоже не чихнула, если бы меня рисом обсыпали.
— Также американцы применили зажигательные бомбы и вот они дали хоть какой-то эффект, — продолжил Макори. — Взрывы не пробили поле, но вот зажигательная смесь смогла его преодолеть, после чего был сделан вывод, что поле проницаемо для относительно низкоскоростных объектов. Применили объёмно-детонирующие бомбы, чтобы проверить эту теорию и смогли добиться некоторых повреждений «Голиафа», но тысячефунтовые бомбы оказались всё же слабоваты.
— После этого там, похоже, кто-то крепко психанул и сбросил на ОМЕНа бомбы с химическим оружием — нервно-паралитический газ VX, если когда-нибудь слышал о такой штуке… Хотя, откуда бы?..
— Да слыхал вообще-то, — пожал я плечами. — Изначально хотели получить пестицид, а получили вот его… Это необратимый ингибитор ацетилхолиностеразы. Вдохнёшь его или он попадёт на кожу и… Сужение зрачков, потливость, текут слюни и сопли. Через пять-десять минут мышцы костенеют, ты не можешь дышать, спазмы такие, что выплёвываешь собственные кишки… Десять-пятнадцать минут и смерть. Отборная дрянь, в общем.
Касуми обалдело икнула. Но сразу же взяла себя в руки.
— Ох уж эти малолетние знатоки, начитавшиеся книжек… — проворчала девушка.
Ну справедливости ради, это я не в книжке вычитал, а как ни странно, в одном фильме услышал. Как потом уточнил — даже в целом всё верно оказалось.
— VX на ОМЕНа-1 видимого эффекта не оказал, — невозмутимо продолжил Макори. — В последний день, вероятно, уже ради приличия «Голиафа» обстреляли штурмовики А-10, что, как ни странно, дало немало ценной информации.
— Да, — кивнула Кисараги. — Во-первых, выяснилось, что тварь умеет довольно метко бить каким-то лучом из пасти. Тот пилот, машине которого оторвало двигатель, не даст соврать. Во-вторых, ОМЕНа обстреляли обычными неуправляемыми ракетами. Правда, с белым фосфором. И оказалось, что он тоже способен проникать через МГ-поле и поджигать эту тушу. Ну и в-третьих обстрел из 30-миллиметровой скорострельной пушки показал, что подкалиберные боеприпасы полностью игнорируют МГ-поле. Правда, этим зубочисткам не хватило мощности хоть сколько-нибудь повредить такую махину…
Кадры обстрела ОМЕНа штурмовиками. Россыпь золотистых искр, когда подкалиберные снаряды прошивали поле и вязли в толстенной шкуре кайдзю.
Один из А-10 на ледяном аэродроме, одного двигателя не хватает, да и часть крыла будто раскалённым ножом отчекрыжили. Похоже, до основного аэродрома не дотянул и сел прямо в Антарктиде.
— Но всё это навело американцев на мысль, и они начали третью фазу — операцию «Колд Стинг».
— Они каждому этапу придумывали название? — уточнил я.
— Естественно, — фыркнула Касуми. — Без этого, видимо, никак не планировалось.
— США доставили большой инженерный отряд сначала на станцию «Мак-Мёрдо», который затем выдвинулся на станцию «Бэрд», после чего начал выдвижение в район нахождения «Голиафа» для организации ледового аэродрома, — продолжил рассказ Макори. — Тем временем они провели переговоры с правительством Таиланда и реквизировали…
— Отжали, — поправила своего заместителя капитан.
— … реквизировали двенадцать лёгких танков «стингрей» и доставили их в Антарктиду, — невозмутимо продолжил Макори. — Предполагалось, что они нанесут существенный урон ОМЕНу-1 подкалиберными танковыми снарядами, после чего его добьют с воздуха. 21 ноября танки прибыли на место, но оказалось, что они полностью не приспособлены к работе в столь низких температурах. Ещё неделю предпринимались попытки хоть что-то сделать, но к 30 ноября техника была брошена, экипажи эвакуированы, а операция признана проваленной.
На кадрах мелькнули сначала загружаемые в чрева транспортных самолётов лёгкие танки, а потом они же, но стоящие неподвижно во время антарктической метели. Зелёный тропический камуфляж смотрелся довольно грустно.
— После этого США начали переговоры с Россией и спустя две недели получили от неё двадцать четыре буксируемых противотанковых орудия «спрут-б» и пятнадцать самоходных установок «спрут-сд».
— Вряд ли бесплатно, — прокомментировала Кисараги.
В недра транспортников загружали уже новые машины, но на этот раз их даже в белый камуфляж покрасили.
— К началу января экипажи и расчёты прошли ускоренное обучение и прибыли в Антарктиду. За это время самоходные установки были дополнительно модернизированы — был установлен обогрев двигательного отсека и аккумуляторов, смазка и охлаждающая жидкость заменены на специальные, а отсек экипажа дополнительно термоизолирован. С девятого по одиннадцатое января вся техника прибыла на передовую базу Форвард-1. 13 января после подтверждения местоположения ОМЕНа-1 была начата операция «Айсфанг».
Я закатил глаза.
Хотя… Если честно, это манера всё пафосно называть мне даже нравилась вообще-то.
— Позицию выбрали в районе ледника Свитс. Там сохранялся прочный и толстый ледяной щит, а местность была ровной. Силы были разделены на три отряда по пять самоходок и восемь буксируемых орудий. Контакт произошёл 14 января в 17:00 по местному времени, когда «Голиаф» оказался в четырёх километрах от позиций.
Посреди ледяной равнины были обустроены артиллерийские позиции. Впрочем, вряд ли ледяные брустверы строились для защиты — скорее уж просто для маскировки. Потому как если вспоминать оторванный двигатель «тандерболта» и то, как шарахал ОМЕН-4… тут впору не брустверов защищаться, а в землю метров на полста закапываться. Ну или в данном случае — в лёд.
— После первых пристрелочных выстрелов, отряд «Центр» несколькими залпами добился прямых попаданий в ОМЕНа. Тот ответил тремя лучевыми ударами, уничтожив две самоходки, три орудия и повредив ещё одну САУ и два орудия. Дежурившая в воздухе авиация немедленно нанесла по «Голиафу» массированный удар зажигательными бомбами и ракетами, отвлекая внимание от артиллерийских позиций и ставя дымовую завесу для их маскировки. Один из штурмовиков смог удачно попасть зажигательными ракетами прямо по голове кайдзю и поджечь её.
Теперь съёмка явно велась откуда-то с позиций «спрутов». Вокруг грохотали орудия, камера в руках неизвестного оператора дёргалась, изображение было так себе, но можно было разглядеть как пара за парой штурмовики поливают «Голиафа» огнём из роторных пушек и засыпают неуправляемыми ракетами с белым фосфором.
— Пока взбешённый ОМЕН вёл огонь по самолётам, отряды «Север» и «Юг» открыли беглый огонь, стараясь по возможности менять позиции. После нескольких десятков попаданий удалось тяжело повредить правую ногу «Голиафа» и обездвижить его, а затем и множество раз поразить голову. ОМЕН несколько раз пытался… вести контрбатарейную борьбу, скажем так, но на этот раз неудачно. Его постоянно атаковали штурмовики и как только было установлено, что защитного поля больше нет, в бой вступили барражировавшие в районе сражения бомбардировщики. Шестнадцать противобункерных бомб и два десятка крылатых ракет разнесли «Голиафа» по территории в несколько футбольных полей. К 19:00 ОМЕН-1 был признан уничтоженным. Потери — десять убитых, три десятка раненых.
