— Не уверен… Но единица представляет активный Принцип, откуда идет все. Это символ Высшей Сущности, следовательно, Откровения. Так что очень может быть, что Баруэль спрятал Скрижаль на вершине треугольника.

— В том, что вы называете «символ активного Принципа». Короче, Создатель…

— Мне так кажется…

— Ну что ж, — хмыкнул Сарраг, — единственный способ проверить — войти в замок.

И он решительно направился в арочный проход.

Полк под предводительством Талаверы мчался во весь опор по равнине, взметая к небесам тучи пыли.

Полчаса назад один из вернувшихся лазутчиков принес ожидаемые новости: люди Торквемады были замечены в окрестностях замка Монтальбан. И в сердце Мануэлы всколыхнулась надежда. Довольно хрупкая надежда, но это было все же куда лучше, чем состояние прострации, в котором она пребывала доныне.

Она искоса глянула на священника. Талавера с серьезным лицом смотрел на дорогу. Услышав новости, он ограничился лишь кивком, не произнеся ни слова. Должно быть, он отдавал себе отчет, насколько мизерный у них шанс успеть вовремя: они находились в добрых десяти лье от замка Монтальбан.

***

Идущий впереди Сарраг замер посередине треугольного двора. Перед ним возвышалось прямое узкое крыльцо. Нижние ступеньки тонули в траве, а верхние были разбиты. В середине куртины была прорублена дверь, над которой виднелись остатки вырезанного в желтоватом камне герба последнего владетеля замка. Фасад же в целом выглядел суровым и подавляющим. На пятнадцать футов над землей возвышался остов турели, некогда увенчанной штандартами.

Варгас с Эзрой приблизились к арабу. На их лицах читалось сильное напряжение, отражавшее состояние души.

— Не это ли вершина треугольника? — указал монах на турель.

— Возможно… — неуверенно протянул раввин.

Он дрожащей рукой достал из кармана тфиллин и обмотал одну из веревок вокруг среднего пальца, бормоча: «Обручаю тебя со Мной навечно. Обручаю тебя со Мной по праву и закону, милостью и милосердием. Обручаю тебя со Мной верностью, а ты, ты познаешь Господа».

И он закрепил маленькие кожаные квадратики на левой руке, потом на лбу.

— Пойдем, — сказал он, внезапно совершенно успокоившись. — Я готов.

И первым взошел на крыльцо, осторожно открыл разбитую дверь, представлявшую собой остатки некогда великолепной двери из цельного дуба. Как только они вошли внутрь, царившая тут влажность обволокла их ледяным покровом. Перед ними простирался огромный коридор, разветвлявшийся буквой «тау». В конце перпендикулярного ответвления за черными тенями виднелся рассеянный свет.

Эзра указал туда.

— Этот свет… Думается мне, нам следует идти туда.

— Скорее всего вы правы. Он должен привести к какому-нибудь выходу или лестнице наружу.

Раввин пошел вперед.

По мере их продвижения свет, служивший им маяком, вроде бы становился ярче, пока им не начало казаться, что, в конце концов, он станет ослепительным. Так оно и вышло. Мужчинам пришлось рукой прикрыть глаза.

— Это еще что такое… — пробурчал Сарраг. — Как будто солнце на полу.

— Это не солнце, — помертвевшим голосом ответил раввин. — Это другое…

Когда они подошли к концу коридора, свет стал мягче, но не настолько, чтобы можно было разглядеть стены или потолок, так что дальше они шли на ощупь, пока не уперлись в каменную стену и обнаружили, что дальше пути нет.

Как только они остановились, яркий свет превратился в голубоватое свечение, полностью их поглотившее. Воздух сделался прозрачным, как и стены, потолок и пыль на полу. А затем так же внезапно все погасло. Голубоватое свечение мгновенно исчезло. Воздух стал обычным, стены, потолок и пол обрели исходный облик.

Мужчины, совершенно растерявшись, не смели ни шевельнуться, ни заговорить. Они инстинктивно сжались в комок.

— Скрижаль… — Варгас едва шевелили губами. — Это не сон… Скрижаль существует…

Раввин закивал. Его глаза стали такими огромными, что лицо походило на маску.

— Она существует, сын мой… Она здесь…

Он хотел протянуть руку, но она так тряслась, что он не смог довести движение до конца.

Тогда Варгас с Саррагом проследили его взгляд и тоже увидели деревянный круг, вделанный в одну из стен. Круг, разделенный на шесть вырезанных треугольников, готовый принять идентичный круг.

— Но… Этого быть не может! — возопил шейх. — Его только что тут не было!

— Был, — отрезал раввин. — Просто в этом свете мы его не видели. — Он повернулся к францисканцу: — У вас диск Баруэля…

Варгас кивнул.

Он медленно подошел к стене, расположил, не вставляя, шесть бронзовых треугольников лицом к шести вырезанным в дереве выемкам и застыл.

— Чего вы ждете? — потерял терпение Эзра. — Достаточно лишь…

Осекшись, он вскрикнул от боли. В его грудь вонзился арбалетный болт. Пальцы раввина вцепились в древко, и он опрокинулся на спину.

И почти тут же в другом конце коридора послышались бегущие шаги. Чей-то голос пролаял приказ. Сюда мчались вооруженные люди. Арбалетчик готовился спустить тетиву, метя на сей раз во францисканца.

— Быстро! — заорал Сарраг. — Вставляйте диск! Варгас уже вставил бронзовые треугольники в выемки.

Ему оставалось лишь повернуть диск. Но в какую сторону? Он на всякий случай попытался повернуть слева направо. И ничего.

— Наоборот! — рявкнул Сарраг.

Он выхватил ханджар и с отчаянием утопающего швырнул в державшего Варгаса на прицеле арбалетчика. За топотом бегущих солдат свист летящего клинка был неразличим. В тот самый миг, как арбалетчик спустил тетиву, ханджар пронзил ему горло. Арбалетчик ткнулся лбом в землю, но ему на смену тут же пришел другой, с уже натянутой тетивой и готовый к стрельбе.

— Да примет нас Аллах под сень свою, — взмолился шейх. — Нам конец!

Теперь он уже видел решительные лица атакующих. Их намеревались изрубить на куски. Францисканец, стоя на коленях перед деревянным кругом, все еще пытался повернуть диск. С лица его ручьями тек пот.

Один из нападавших с мечом на изготовку был уже в нескольких шагах.

— Варгас, осторожно!

Но монах словно не слышал.

Сарраг отпрыгнул, сжав кулаки и пригнувшись, твердо намеренный не дать себя зарезать без боя. И тут произошло нечто странное. В тот самый миг, когда мечник должен был наброситься на Саррага, атакующий вдруг резко дернулся, лицо его исказилось, и он с глухим стоном рухнул на землю.

У Саррага отвисла челюсть. В первый момент он подумал, что солдата поразила длань Всемогущего, но, обнаружив вонзившийся между лопаток кинжал, понял, что смерть пришла откуда-то еще. Он поднял взгляд. Нападавшие беспорядочно развернулись обратно с испуганными криками.

Стало ясно, что некий неведомый противник напал на них с тыла.

Шейх попытался в полумраке разглядеть мундиры нежданных спасителей, но безуспешно. И ему пришла мысль, что Всемогущий прислал своих ангелов.

— Сарраг!

Победный вопль Варгаса застал его врасплох.

Шейх обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как кусок стены поворачивается на невидимых шарнирах, открывая проход в круглый зал с колоннами и стрельчатыми сводами.

— Помогите мне перенести Эзру!

Шейх тут же схватил раввина под мышки, а Варгас взял Эзру за ноги. Старик слабо застонал. Его пальцы по-прежнему судорожно сжимали древко болта, словно это была последняя ниточка, связывающая его с жизнью.

— Нужно закрыть дверь! — воскликнул Сарраг, когда они ввалились в зал.

— Не стоит. Уже сделано. Араб обернулся.

Как только они перешагнули порог, стена, словно по волшебству, вернулась на место, образовав неприступный барьер между ними и солдатами.

— Невероятно… — пролепетал Сарраг. — Мы в руках Творца всего сущего…

Раввин снова застонал. Он попытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле.

— Сюда, — предложил Варгас, мотнув головой в сторону одной из колонн. — Давайте его положим.