Я смотрю в окно и прокручиваю в голове варианты, как нам пробраться в кабинет Артура в За’Афиэле. Туда стопроцентно должен вести какой-то портал, но Эш — самый скрытный и зашуганный студент во всей этой академии. Когда на прошлой неделе я спросила, из какой он страны, он напрягся так, словно я пыталась выудить компромат, чтобы сгноить его на суде.

Сам портал найти будет не так уж сложно. Проблема скорее в том, чтобы угадать, какой именно приведет нас в нужное место, а в этом нам пока тотально не везло.

— Сегодня мы разобьемся по парам и будем практиковаться в сдерживании наших Теней, — объявляет Каллос. Он взмахивает рукой, и его Тень, струясь в воздухе, выводит тему сегодняшнего урока.

«Сдерживание — это сексуально».

Мы все синхронно и тяжело вздыхаем, отчего Каллос довольно скалится:

— Без нытья, за работу. Терра, к несчастью для тебя, твоя Тень наголову превосходит все остальные, так что ты встаешь со мной.

Это единственное занятие, на котором я искренне рада отсутствию Эдгара. Хотя мне все равно любопытно, как у него дела и где он шляется.

Кай резко поворачивает голову и смотрит прямо на меня; то, как его рот расползается в ублюдской ухмылке, едва не заставляет меня прыснуть. Финн дает другу затрещину, поднимаясь, чтобы найти себе пару.

От взгляда, который бросает на меня Рейн, мне даже становится его немного жаль, но меня уже бесят эти пять девок, которые едва не дерутся за право встать с ним в пару. Он лишь виновато пожимает плечами:

— Ты же не будешь злиться на меня за это?

Я закатываю глаза и иду к доске, изо всех сил пытаясь не смотреть на Каллоса. Но как тут не смотреть, когда у него такой низкий, вкрадчивый голос, волосы отливают золотыми нитями, а глаза горят так ярко, что больно смотреть?

Три силовые скобы по обе стороны его рта все еще кажутся мне шрамами от стежков, но я вижу его так часто, что это уже стало нормой. Точно так же, как и шесть маленьких сережек-штанг в ушах Финна — поначалу к ним было трудно привыкнуть, а сейчас я их почти не замечаю.

Странно, как быстро мы адаптируемся к любым изменениям.

— Будем надеяться, обойдется без очередного казуса, — обыденно роняет Каллос, но я отчетливо слышу в его голосе неуверенность. Кажется, этот процесс ему не нравится так же сильно, как и мне.

И дело не в том, что мне противно быть рядом с ним или чувствовать это бешеное напряжение между нами. Дело в том, что мы у всех на виду, а у меня в жизни сейчас и так слишком много мужчин. Впрочем, какая разница — одним больше, одним меньше? Моей Тени, похоже, вообще плевать.

Я не могу оторвать взгляд от Финна и Рейна, пока они разбиваются по парам.

Кай и Финн в итоге встают вместе, потому что парней в классе больше, чем девчонок, и у обоих щеки пылают так, что дальше некуда. Рейн садится напротив эффектной молодой красотки. Я видела ее мельком, но понятия не имею, как ее зовут. Разные Дома Теней не особо пересекаются между собой.

— Итак, все нашли себе пару. Я хочу, чтобы вы приложили все усилия и сдержали своих Теней, находясь в максимальной близости друг к другу. Вот так.

Каллос делает шаг и встает вплотную к моей груди, оставляя между нами меньше сантиметра.

Тяга в моих венах уже вовсю рвется к нему; Амсер жаждет снова прикоснуться к его Тени.

— У некоторых из вас Тени могут испытывать взаимную неприязнь, отталкивая друг друга, а не притягивая, — говорит Каллос, пока несколько студенческих пар расходятся в стороны, словно разноименные магниты. — У каждой Тени есть свой антипод, которого она остерегается. Но большинство из вас сейчас должно чувствовать это любопытное притяжение.

Мое тело дрожит от колоссального усилия, чтобы просто устоять на месте. Каллос выглядит не менее напряженным: прежде чем продолжить урок, он до желваков сжимает челюсть.

— Не позволяйте им поддаться. Практикуйте обоюдное сдерживание.

Я кошусь на Рейна и его напарницу, но они уже стоят так далеко друг от друга, что я не могу сдержать облегчения, разливающегося в груди.

А вот Финну и Каю повезло гораздо меньше. Их лица перекошены от напряжения, и кажется, у Финна сейчас случится инсульт. Его челюсть намертво сжата, а на руках, зажатых в кулаки по швам, вздулись вены.

Кай переводит взгляд на меня, и я прыскаю со смеху от того, какой кромешный ужас застыл на его лице. Стоит его концентрации ослабнуть, как они с Финном с размаху влетают друг в друга. Их взаимное притяжение неудивительно — они же практически неразлучны.

Словно по цепочке, все больше и больше партнеров врезаются друг в друга, не в силах сопротивляться зову Теней. Это продолжается до тех пор, пока мы с Каллосом не остаемся единственными, кто еще держится на ногах.

По виску профессора катится капля пота. Он тяжело сглатывает, слегка закусывая нижнюю губу, а затем выдыхает и поворачивается к классу, делая шаг назад, чтобы ослабить эту безумную тягу между нами.

— Хорошая практика на сегодня, народ. Мы будем продолжать это упражнение на уроках до тех пор, пока вы не научитесь полностью подавлять этот импульс и держать себя в руках. На сегодня все, свободны, — объявляет Каллос. А затем поворачивается ко мне и шепчет, обжигая горячим взглядом: — Задержись на секунду, Терра.

По моей груди разливается волна жара от того, как его глаза медленно сканируют мою шею.

Я киваю Финну и Рейну, показывая, чтобы они меня не ждали. Рейн бросает на меня подозрительный взгляд, но лишь порочно скалится, прежде чем выйти вслед за остальными. Боже, я даже знать не хочу, какая пошлость сейчас крутится у него в голове.

Едва класс пустеет, воздух в комнате сразу кажется более жарким, обжигая мне щеки. Каллос улыбается, и я неловко подхожу к его столу. Он сидит, широко раздвинув ноги и расслабленно откинувшись назад, подперев челюсть рукой. Он похож на падшего бога — святого, в отличие от Элиаса.

Его золотые глаза буквально выжигают мою кожу. Я приоткрываю губы и выдавливаю:

— О чем вы хотели поговорить, профессор?

Меня бесит эта хрипоца в собственном голосе, которая с головой выдает мое волнение. В глубине души я надеюсь, что он хочет разобраться в этом странном, непреодолимом притяжении между нами.

Его губы расплываются в улыбке, и скобы по обе стороны рта визуально удлиняют ее. Это выглядит чертовски сексуально — меня не должно так сильно к этому тянуть, но поделать я ничего не могу. Я до боли прикусываю нижнюю губу, пытаясь подавить пошлые мысли, которые посмели ворваться в мою голову.

— Не столько поговорить, сколько дать нашим Теням разобраться между собой. Я хочу, чтобы занятия проходили спокойнее, так что выпустить их агрессию — хорошая идея. Или, может, это мы сами их провоцируем? Если ты не против, конечно, — его голос звучит вкрадчиво и ровно, сочась тяжелым, контролируемым вожделением.

Он сейчас говорит именно то, о чем я думаю?

— И как вы намерены это выяснить? — спрашиваю я, пока по позвоночнику лениво скатывается волна дрожи.

Каллос протягивает мне руку. Я перевожу взгляд с его ладони на глаза.

— Позволить им сплестись. А как еще? — приглушенно роняет он.

Я колеблюсь секунду, а затем опускаю свою ладонь в его руку. Он тут же перехватывает пальцами мое запястье и дергает на себя, усаживая к себе на колени и разворачивая спиной к своей напряженной груди. Ледяная волна похоти затапливает тело, когда наши Тени впиваются друг в друга, прошивая каждую клеточку моего существа.

Каллос хрипло стонет и обхватывает мою талию; он выгибается в пояснице, вжимаясь твердым членом сквозь брюки прямо мне в задницу. Его пальцы впиваются в мой живот так сильно, что я шумно выдыхаю и тут же судорожно втягиваю воздух, когда его губы накрывают мою шею.

— Ох, маленькая Нова, это была хреновая идея, — произносит Каллос потемневшим, порочным голосом. Вторая его рука скользит вверх, и он медленно ведет указательным пальцем вниз по моему горлу.

По коже разбегаются мурашки. Я ни о чем не могу думать, кроме того, насколько все это, блядь, неправильно. И, возможно, именно поэтому мне так сильно это нравится. Я отчаянно пытаюсь игнорировать жар, стремительно собирающийся между моих бедер, и горячее дыхание Каллоса на моей коже.