Если же вы почти ничего не запрещаете, ребенок в итоге начнет чувствовать себя одиноким, не получая необходимого наставничества. Такой стиль воспитания, когда все дозволено, вручает ребенку всю власть, к которой он не готов.

Когда вы отказываете, имейте в виду, что слово «нет» имеет для ребенка особое значение. Ему нужно научиться использовать его, и вы учите его это делать.

Так что проговаривайте его четко, не стесняясь того, что не все допустимо и не все дозволено. Так и должно быть. Стойте на своем, несмотря на возможное нытье, попытки вас переубедить и недовольство. Вы всегда сможете сказать: «Мы уже достаточно это обсудили». Вы ответственны за то, чтобы подвести черту и не позволить реакции ребенка затянуться. Но не забывайте, какое это огромное разочарование — услышать «нет» от человека, которого вы любите больше всего на свете. Скажите ребенку, что понимаете, как он ужасно себя сейчас чувствует, но в этом заключается естественный ход вещей.

Помните и о другом хорошем правиле: всегда старайтесь свести степень запрета к минимуму. Иногда достаточно просто предложить что-то другое: «Не лучше ли подождать до субботы, чтобы съесть эти мятные леденцы?» Если вам нужно выразиться яснее, тогда продолжите и скажите «нет» более твердо, не повышая при этом голос и не прибегая к жестам. Самый сильный уровень запрета — остановить ребенка физически. Вы можете к этому прибегнуть, если ребенок вот-вот выскочит на оживленную дорогу. Лучше оставить этот вариант для исключительных обстоятельств и использовать только в случае крайней необходимости.

Запрет — постоянная борьба между умом и сердцем. В первые восемнадцать месяцев жизни ребенка вы можете не беспокоиться о границах и позволить сердцу делать всю работу, давая ребенку столько любви и безопасности, сколько можете. После этого все становится сложнее. Чем старше ребенок, тем больше вам нужно задействовать ум. Вам чаще придется отказывать, и сама форма отказа будет приобретать все большее значение.

Но не забывайте, что главным все-таки должно оставаться ваше сердце.

После десятилетий исследований наказаний как инструмента воспитания детей, мы наконец-то знаем достаточно, чтобы я могла от всего сердца сказать, что они не работают. Напротив, наказание — главный враг позитивной самооценки. Оно пробивает бреши в уверенности в себе и чувстве безопасности. Легко забыть, какой большой властью мы наделены, как легко испугать ребенка и насколько суровым ему кажется наказание — не важно, упрек ли это или насилие.

Действуя через запугивание, можно добиться некоторых плодов от наказания. В краткосрочной перспективе оно обычно влияет на поведение ребенка. Но цена этого изменения — в детском испуге и чувстве одиночества. Многие родители по опыту знают, что, если запереть ребенка в комнате, схватить, накричать или даже выпороть, это поможет. На следующий день ребенок обычно ведет себя лучше. Но если вам кажется, что это ключ к успешному родительству, вы жестоко обманываетесь. То, что принесет вам пользу завтра, в долгосрочной перспективе навредит вам и ребенку.

Если вы наказываете ребенка, у него будут проблемы в дальнейшем, когда он начнет самостоятельную жизнь. Дети, которых наказывают, нигде не чувствуют себя в безопасности. Им будет сложно обрести собственную идентичность, добиться успеха во взрослой жизни, поскольку в конце концов они начинают считать мир опасным местом. Наказания чудовищно разрушительны, но не всем это очевидно сразу.

Наказание только разрушает все хорошее, что есть между вами и ребенком. Оно разрывает связь, которую вам следует беречь.

У меня есть давняя подруга, которая очень хорошо знает меня и мои идеи о воспитании. Однажды она пожаловалась мне на свою угрюмую дочь-подростка, которая омрачает атмосферу в доме. «Ты должна признать, что у ее состояния есть последствия, — сказала она. — Другим детям в семье от этого тоже не сладко. Кто, как не она, за это ответствен?»

Я ответила, что подросток с сильными перепадами настроения прекрасно знает, что ведет себя неблагоразумно. Может быть, нужно не наказывать ее, а попробовать поговорить с ней по душам? Я попросила подругу побеседовать с дочерью о том, что происходит, как она себя чувствует и что ей нужно, чтобы это хоть немного исправить. Другие члены семьи по возможности должны смириться и научиться уживаться с переживающим гормональный всплеск подростком. «Важнее всего, — сказала я подруге, — не обрывать связь. Не ругай ее за то, чему она не в состоянии сопротивляться. Не теряй голову, сохраняй спокойствие. Защищай вашу связь».

Пару лет назад, когда я говорила об этом на лекции для родителей в средней школе, один отец спросил меня, в самом ли деле я имею в виду, что взрослые должны всегда подстраиваться под ребенка. Его вопрос показал, как легко мы забываем, что на самом деле это ребенку приходится все время подстраиваться. Дети подстраиваются под своих братьев и сестер, друзей, нянь и родителей — они больше других хотят сотрудничать. Совсем как старшие члены семьи, они хотят, чтобы все были счастливы. Нам, взрослым, легко поверить в то, что это мы приносим жертвы и приспосабливаемся, но это не совсем так. Проблемы возникают, когда детям не удается сойтись, подстроиться — и именно в этом случае взрослые должны действовать. Если возникли трудности, то наша работа — найти выход, с которым ребенок мог бы согласиться. Ребенок не может справиться с этим самостоятельно. Конечно, у трехлетки и тринадцатилетнего подростка совершенно разные проблемы, но весь детский возраст полон вызовов, которые взрослый должен понять и подобрать к ним решение.

Когда я сказала нечто подобное родителям в той средней школе, один отец тихо спросил меня: «Но есть ли вообще возраст, когда можно требовать от ребенка осознания того, что правильно и что неправильно?» Я понимаю этот вопрос и всю ту досаду, которая за ним скрывается, но простой ответ на него — в том, что детям для этого нужно время: им необходимы долгие годы наблюдений, чтобы увидеть связь между их поступками и реакцией окружающих людей. Однако подумайте о том, что и мы, взрослые, часто совершаем ошибки! Обычно мы просим от детей большего, чем от наших взрослых друзей. Если ребенок может сам одеться, нужно позволить ему делать это. Если ребенок научился следить за временем, перестаньте напоминать ему, когда нужно выходить. Поспевайте за своим ребенком и его развитием и подстраивайте свои ожидания соответствующим образом. Но оставьте ему право на ошибку: все время от времени ошибаются. В том числе дети.

Сложнее всего научиться справляться со своими чувствами. На гнев требуется много времени, по сути, все детство. Худшее, что мы можем сделать для ребенка — ждать от него того, на что он еще не способен (например, что десятилетний ребенок не будет злиться, когда все вышло не так, как он хотел). Или надеяться, что двухлетняя малышка сама наденет ботиночки, когда она еще не очень уверенно держится на ногах. Дети горят желанием делать все правильно, но они не могут. По крайней мере, не сразу.

Люди, как правило, думают, что родители должны всегда быть согласны друг с другом в вопросах воспитания, что у них всегда должно быть сильное чувство «нас». Конечно, детям на пользу, если родители хорошо ладят, любят друг друга и обсуждают свои дела — но это не значит, что вам всегда нужно выступать единым фронтом. Родители — это личности, разные люди, и хорошо, когда ребенок это видит. Самое важное для ребенка — чтобы взрослых можно было «узнать». Это дает чувство безопасности. Детям нужно быть в курсе, что «мама такая», а «папа вот такой». Пока родители уважают друг друга и могут друг на друга положиться, они способны хорошо справляться с совместными делами, даже если не во всем согласны друг с другом и имеют разные взгляды.