Дети каждый день сталкиваются с границами, которые мы даже не осознаем. Долгое время вы решаете, что ребенок будет есть, когда отправится спать, когда пойдет в школу и как будет пристегнут в машине. Ему нужна помощь, чтобы понять, что правильно, а что нет, и он знает, что вы хорошо устраиваете его повседневную жизнь. В то же время ограничения должны быть достаточно гибкими, чтобы корректировать их, когда что-то идет не по плану.

Легко выйти из себя, когда ребенок не делает того, на что вы рассчитывали, и боится чего-то. За двадцать лет работы я не встречала родителей, которые ни разу не говорили излишне резко с ребенком или не обходились с ним слишком грубо, а потом не казнили себя за это. И я сама здесь не исключение.

Многим людям трудно устанавливать границы. Родителям кажется, что знать, когда и как сказать «нет», — сложно; одни думают, что отказывают слишком часто, другие — что во всем потакают ребенку и нужно чаще отказывать. Так насколько злыми вы на самом деле можете быть?

Детям нужно видеть связь между тем, что они делают, и тем, к чему это приводит. Но форма отказа определяет дальнейшие отношения. Золотая середина в определении границ, на мой взгляд — выражаться ясно, не прибегая к силе или другим унижениям ребенка. Родители, которые боятся границ, ведут себя двусмысленно и позволяют ребенку взять над собой верх, не достигают цели. Как и те, кто слишком строг и жесток с ребенком. В этой главе я помогу найти хрупкий баланс, который будет хорош и для вас, и для вашего ребенка.

Это вопрос, который я все время слышу от мам и пап. Я обычно отвечаю так: когда вы применяете больше силы, чем нужно — словесно или физически, — вы слишком злитесь. Вы переходите черту, когда позволяете себе так сильно ругаться, что ребенок расстраивается, или так сильно хватаете его, что он пугается. Мы, родители, наказываем своих детей гораздо сильнее, чем думаем. Мы становимся деспотичными, раздраженными и шумными, некоторые — до такой степени, что просто страшно. Ребенку это никогда не помогает. Когда мы наказываем его за невинные проступки, это мы перегибаем палку, а не ребенок. Это мы глупо себя ведем.

Когда вы регулярно прибегаете к силе, это разрушает связь между вами и ребенком. В конце концов она разорвется. Вы должны позаботиться о том, чтобы этого не произошло. Чтобы ребенок в следующий раз подошел к вам, если что-то случилось, связь между вами должна быть нерушимой. Плохи родители, которые, переходя черту, говорят себе: «Это было абсолютно необходимо». Или: «Они должны учиться выдерживать подобное». А хороший родитель подумает: «Так не пойдет, я должен быть уверен, что это никогда не повторится».

Все родители хотят, чтобы дети обращались к ним, если происходит что-то неприятное. Вы хотите, чтобы ребенок говорил вам, когда что-то не так, озвучивал свои проблемы. Но он сделает это, только если ваше присутствие для него безопасно и вы его не осуждаете. Как родитель вы должны поддерживать контакт, сохранять связь между вами. Дети, которые живут со сводом правил о том, что приемлемо, а что нет, боятся разочаровать других и не чувствуют себя достаточно хорошими, не придут к вам, если что-то не так. Многие дети, которые сидели на диване в моем кабинете, говорили, что с мамой и папой бесполезно разговаривать. «Они не поймут», — говорят они. Очень многие дети убеждены, что родители их не понимают.

Так насколько злым вы можете позволить себе быть? Ну, ровно до той степени, когда вы еще не вышли из себя и не пугаете ребенка, разрушая связь между вами.

Возьмите за правило спрашивать у ребенка, как он себя чувствует, и сравнивать это с собственными наблюдениями. Так вы поймете, что сделали или сказали что-то, испугавшее его. Дети все время дают понять, как они себя чувствуют. Это находят сложным только те взрослые, которые убеждают себя не смотреть на ребенка, чтобы узнавать ответы. Если вы обращаете внимание на его реакции, вы научитесь не превышать допустимый уровень гнева.

Некоторые дети странно ведут себя, когда им страшно. Один из моих сыновей начинает смеяться, когда пугается. Я знаю это, потому что хорошо знаю своего ребенка; дело любого родителя — знать ребенка настолько хорошо, чтобы подмечать такие мелочи. Однажды ко мне на консультацию пришел десятилетний мальчик — по мнению взрослых, он вел себя неуважительно, мог оскалиться в ответ на разнос со стороны учителя или не обращать внимания на родителей, которые злятся. Родителям может казаться, что ребенок не понимает серьезности ситуации, а на самом деле внутри он дрожит от страха. Кто знает, может, он пытается сохранить лицо или просто выражает свои чувства так, как может? Детям нужно, чтобы мы знали их и наблюдали за ними — и сдерживали свой гнев в зависимости от их реакции.

Люди запрограммированы в пугающих ситуациях реагировать эмоционально, а не рационально. Мы спасаемся бегством или замираем. Инстинктивная реакция ребенка может быть еще более однозначной. Когда дети пугаются, они абсолютно перестают слушать. Все сжимается до чувств, поэтому выговоры не работают. Мысли детей отключаются, и остается только одна эмоция.

Страх.

Родители часто объясняют свои чрезмерные реакции тем, что «нужно быть последовательным». Если ребенок делает А, то в ответ должно последовать Б. Это что-то вроде математического уравнения, согласно которому такая последовательность — единственный способ для ребенка чему-то научиться. Родители настолько убеждаются в важности установления границ, что полностью забывают оценить последствия. Раз граница установлена и никто ее не преступает, они могут погладить себя по головке. Они последовательны.

Но для здорового воспитания не нужна схема последовательных наказаний. Напротив, важнее показать ребенку, что все мы люди и мы готовы принять их чувства и отнестись к ним с пониманием. Я ни в коем случае не имею в виду, что вам нужно позволять ребенку делать все, что заблагорассудится; как взрослый вы обязаны придерживать вожжи. Легко не разбираться в ситуации и наказывать ради самого наказания. Если А — значит, Б. Когда родители рассказывают мне, как были вынуждены вести себя последовательно, мне часто кажется, что они пытаются оправдать собственные поступки после того, как сами перешли границу, наказали ребенка и теперь чувствуют себя виноватыми.

Я считаю, что смысл последовательности совсем в другом. Если вы видите, что ребенок в очередной раз устроил беспорядок, не выходите из себя, а тихо скажите: «Ты устроил беспорядок, не так ли? Давай-ка с ним разберемся!»

Вот та последовательность, к которой стоит стремиться.

Детям нужны границы. Как взрослый, вы должны говорить «нет» — вы несете за это ответственность. Дети полностью полагаются на вас, поскольку им не хватает способности оценивать последствия. Это касается и трехлетнего малыша, который осмелился заплыть далеко, на глубину бассейна, и мальчика-подростка, который хочет один поехать на дачу. Их тянет попробовать опасные для них вещи, и иногда просто сказать «нет» — единственное, что вам остается.

Я заметила по себе, что чем больше я измотана, тем легче мне дается это «нет». Другие говорят «нет», потому что не хотят, чтобы дети отнимали у них слишком много времени. Оба подхода неверны. Вместо этого вам нужно балансировать между крайностями.

Если вы слишком часто говорите «нет», дети станут пассивными и зависимыми или же полностью перестанут вас слушать, потому что вы злоупотребляете своим авторитетом. Часто говорить «нет» так же опасно, как все время говорить «да». Если в воспитании необходимо сказать «нет», то запрет должен быть обоснованным и подаваться в форме диалога. Дети, которые слишком часто получают в ответ «нет», вообще перестают слушать своих родителей. Если они знают, что, несмотря ни на что, вы ответите «нет», то в конце концов станут невосприимчивы к любой форме наставничества.