— Большой любовью народа пользуется настоятель храма Тайсэкидзи Наба Санэнага. Почти в каждой проповеди чернит наши имена — взмахивает веером Ёсимото Имагава — Кстати, Наба личный духовник Императора. Любопытная комбинация получается, господа, не так ли?
— Мы можем надеется, что твои ниндзя сделают все аккуратно? — давит взглядом коротышку Ходзе — По слухам в твоей армии появились отряды кисё-ниндзя
? Два лагеря обучения с инструкторами из школ Ига-рю и Кога-рю?
— Каждый справляется, как может — уходит от ответа Ёсимото — А я могу в ответ надеется, что мне помогут с Одой Набунагой??
Все дайме начинают смотреть в потолок, в окна, только не на Имагаву.
— Я хочу напомнить, господа, что этот выскочка захватил уже вторую провинцию. Земли Мина были обещаны Советом Регентов мне!
— Ну, так и забирай их себе — презрительно поморщился Сэнгэн — Или силенок не хватает?
— На сторону Набунаги перешел вассал Имагавы — Токугава Иэясу — пояснил присутствующим Дракон Идзу — После того, как наш дорогой регент организовал неудачное покушение на своего данника!
— Этого никто никогда не докажет! — быстро проговорил коротышка.
— А нам и не нужны доказательства. Все и так ясно — махнул рукой Уджиятсу.
— Ну так что? Будет помощь?
— Ладно, подсобим несколькими тайданами, не трясись. Я дам конницу — Токугава хрустнул пальцами — Дракон пришлет мечников. Одна решающая битва и головы Набунаги и Токугава у тебя на кольях в замке.
— Хорошо, голосуем — решил подвести черту под разговором Уджиятсу — Кто за то, чтобы сделать крайними в щекотливом деле с прокламацией христианских дайме и иезуитов? Все за, спасибо. Кто за то, чтобы объявить войну Симадзу и вышвырнуть гайдзинов с наших островов навсегда? Все за, нет, не все. Ну, что у тебя опять Ёсимото?!
— Я предлагаю, поговорить с Мори и Тёкосабе. Еще до начала Большого совета. Они давно точат зубы на Кюсю. И христиане им поперек горла стоят. Если мы пообещаем помощь, они сами разорвут Симадзу.
— И усилятся! — напомнил о себе, молчавший Кэнсин.
— Сильно сомневаюсь — покачал головой Уджиятсу — Выкорчевать христианскую заразу с Кюсю — это задача не на один год.
![Сэнгоку Дзидай - i_042.jpg](https://all-library.ru/pic/2/7/6/8/3/1/276831/1454594586/i_042.jpg)
— Так, голосуем. Кто за то, чтобы натравить Мори и Тёкосабе на Симадзу? Отлично, все за! Я поговорю с Мори Тэрумото, а ты, Ёсимото-сан, с Тёсокабэ Мототика. Договорились? И последний вопрос. Сатоми. Я объявляю мобилизацию в своих провинциях. Через месяц у меня будет пятьдесят тысяч самураев и я покончу с этой выскочкой Ёшихиро. Если к тому времени он еще будет жив. Кэнсин, я могу рассчитывать, что твои вассалы Ямоноути блокируют войска Сатакэ? Сам готов выступить против Сатакэ? Совсем замечательно! На этом все, я закрываю Малый Совет.
Глава 15
Я не знаю, как побеждать других; я знаю, как побеждать себя.
Хагакурэ
Говорят, что везет тому, кто сам везет. В этом смысле я еще тот вол — вот уже почти месяц с момента прибытия в средневековую Японию тащу на себе весь клан Сатоми. И не пикаю! Середина июля, тысяча пятьсот тридцать восьмой год от Р.Х. Позади убийство «родного» дяди, самоубийство десятерых его самых верных самураев, нападение и казнь бандитов Огигаяцу, сожительство с «чужой» женой, и, наконец, бойня у Хиросимы. Финал битвы у деревни с атомным названием вышел для нас очень удачным. В то время, как я с гвардейцами Абе бросился защищать пушки и аркебузиров, мой генерал, Симодзумо Хиро возглавил удар конницы по расстроенным стрельбой картечью порядкам самураев Огигаяцу. Мечников Ходзе с огромными клинками Но-дачи мы выбили еще раньше, так что никто не помешал нашим войскам прорвать боевые построения врага и рассечь армию дайме Нориката напополам. Вслед за кавалерией в прорыв кинулись копейщики Таро Ямады и самураи Танэда Цурумаки. Началось натуральное избиение.
Мне даже не пришлось пачкать мой меч Мурасамэ в чужой крови. Пара отбивов, несколько выпадов и уколов, попавших большей частью в доспехи, и вот уже мои гвардейцы скидывают солдат Огигаяцу с бруствера обратно в ров, а пушки тем временем добивают уцелевшие островки обороны. Еле успеваю крикнуть нашему главному артиллеристу Хосе Ксавьеру, чтобы прекратили стрелять. Так можно и по своим попасть. Картечь не разбирает, где свои, где чужие. Лупит по площадям.
Сажусь на раскладной стульчик перевести дух, а мне уже тащат голову Нориката.
![Сэнгоку Дзидай - i_043.jpg](https://all-library.ru/pic/2/7/6/8/3/1/276831/1454594586/i_043.jpg)
И когда только успели ее привести в порядок — вытереть от крови, причесать?? Еще идет преследование врагов, самураи добивают раненых неприятелей, а самые нетерпеливые мои военачальники торопятся занять места в партере. Начинается процедура рассматривания голов противника. Сначала идет бывший дайме провинции Мусаси, потом генералы и полковники его армии, которых опознают среди трупов по личным флагам. Ждем, когда принесут голову Одноглазого. Вместо этого прибегает гонец и сообщает, что Ходзе Цунанари оказывается жив.
Ладно, мы не гордые, сходим посмотреть. Тем более надо проведать раненых в госпитале, который развернул Акитори-сан позади холма. Наш врач реквизировал несколько сараев крестьян, которые остались после разборки на доски под щиты и устроил настоящий полевой лазарет. И все по моим рекомендациям. Первое — сортировка. Сначала врач берет в работу раненых средней тяжести, потом легкой и только в конце тяжелых. Смысл подобного подхода в том, что если браться сразу за тяжелых, то на таких пациентов надо тратить много времени и пока врач ими занимается, средние станут тяжелыми (например, от кровопотери), а легкие средними (например, начнется заражение). Второй этап — операционная. Айн успел по моим чертежа сделать один комплект хирургических инструментов — ножи, пилки, зажимы и теперь Кусуриури практикуется в проведении операций. Опять же по моим наставлениям — сначала обеззараживание (протирка места разреза и рук сакэ), сама операция (в основном вытаскивание застрявших наконечников стрел, мелких осколков, отломившихся от мечей и копий), наконец, ушивание. Благо шовного материала — конского волоса — полным полно. Его также замачивают в сакэ дабы избежать заражения. Все раны обрабатывают специальными травами, призванными недопустить сепсиса. Особый вид операций — накладывание различных шин на сломанные руки и ноги.
Но вот что делать со сломанной головой? Я смотрю на пробитый череп Цунанари и удивляюсь! Несмотря на дырку в черепе, Одноглазый продолжал дышать! Дырка была не сквозная, скорее всего картечина ударила на излете в голову, пробила шлем, кости черепа и «спряталась» над височной областью.
— Акитори-сан, как насчет того, чтобы достать картечину? — сын Дракона Идзу мне чем-то импонировал, и я решил спасти жизнь парню.
— Господин, никто из врачей в лагере никогда не лечил травмы головы — замотал головой аптекарь — И уж тем более не вскрывал череп.
— Готовьте все к операции. Я сам попробую его спасти. Ну, а умрет, значит такая у него карма.
В свое время я ознакомился с третей серией знаменитого фильма — Молчание ягнят. Главный маньяк, которого играет Хопкинс, в конце фильма вскрывает парализованному полицейскому череп и, отрезав кусочек мозга, кушает на глазах остальных героев. Технология трепанации там показана достаточно точно, так что мне надо будет лишь повторить действия каннибала.
Акитори вытер кровь с головы, выбрил волосы вокруг раны. Я тем временем протер руки сакэ, клятвенно пообещав себе после войны открыть несколько винокуренных заводиков для выделки спирта. Ведь ничего сложного — все видели «Самогонщиков» с Никулиным, Вициным и Моргуновым. Греешь брагу на огне, пар по змеевику охлаждается и через несколько перегонок превращается почти в чистый спирт. Уж змеевик местные кузнецы мне в два счета скуют.