Подло? Да, подло. Но власть дайме такая штука, что иногда приходится ради безопасности десятков и сотен тысяч жертвовать жизнью просто десятков и сотен людей. Очевидно, монастырь — черная дыра на землях Сатоми. Во-первых, не платит налогов, хотя наделы занимает и обрабатывает огромные. Во-вторых, конфликтует с моими вассалами. Наконец, монастыри на протяжении всей японский истории были рассадниками сепаратизма (особенно отличились фанатики Белого лотоса). Я собираюсь объединить Японию под своей властью, открыть острова миру, а монахи и насельники будут всеми силами сопротивляться моим планам. Вобщем, я отбрасываю моральные терзания, вспомнив лозунг из Рязановского фильма «Гараж»: «Вовремя предать не предать — а предвидеть», запечатываю письмо и отправляю гонца обратно к брату.
Двое суток форсированного марша и мы с полками выбираемся на тракт под названием Токайдо. И сразу я понимаю, вот она цивилизация! Если до этого мы шли пусть и по дорогам, но все-таки по проселочной местности, которая изобиловала оврагами, речками и ручьями. То Великий восточный путь кардинально отличался от тех дорог, что я видел до этого.
Первая особенность, которая мне сразу бросилась в глаза — полное отстутствие колесного транспорта. Тысячи путешественников, падавшие ниц при моем приближении, передвигались либо пешком, либо верхом на лошадях. Аристократы ехали в каго — паланкинах, похожих на короба, подвешанные на шесты, которые несли на плечах носильщики. Колесный же транспорт оказался прерогативой императорского дворца и простолюдинам не дозволялось использовать повозки. Так как повозок не было — не было необходимости в специальном дорожном покрытии.
Второй момент, на который я обратил внимание — большое количество сосен, высаженных вдоль тракта. В жару деревья давали так нужную путешественникам тень, а зимой, наверняка, защищали от дождя и снега. Да и потеряться при таком ориентире было сложно. Наконец, третье — множество дорожных застав. Клановые пункты досмотра были разрушены и я тут же приказал начать их восстановливать, на что выделил необходимые средства. Заставы в землях Мусаси оказались же пусты. Чиновники и самураи Огигаяцу сбежали в столицу провинции.
На третий день мы подошли к Эдо. С небольшим отрядом гвардейцев я выехал на рекогноцсировку. Замок Нориката Огигаяцу, конечно, поражал воображение. Накого сравениня с провинциальной Тибой — три яруса каменных стен высотой метров двадцать каждая на большом каменном основании, рвы заполненные водой. Вокруг твердыни раскинулся город в виде кварталов ёкамати — призамковых посадов. Причем посады были отделены друг от друга водяными каналами. Вот такая своеобразная Венеция. С точки зрения обороны города — все очень удачно. Сначала врагам надо захватить мосты через каналы и только потом подступить к воротам крепости. Сами ворота, по докладам шпионов, были окованы железом и защищались специальной башней тэнсю, которая состояла из нескольких ярусов узких бойниц. Очевидно, что защитники могли безнаказанно обстреливать через эти бойницы осаждающие войска. Насколко я мог видеть с окраины города, который через триста лет превратиться в столицу Японии Токио — башня тэнсю была увенчена изящной, крытой черепицей крышей, украшенной узорами с позолотой. Эта позолота ярко сверкала в лучах заходящего солнца.
Я не мог тратить много времени на осаду Эдо, поэтому мы с мацукэ разработали план молниеносного штурма. Слава японским богам, Цугара Гэмбан, экс главный шпион Сатоми, успел внедрить в клан Огигияцу множество разведчиков. А перед своей пропажей еще и заброситьв Эдо несколько ударных отрядов ронинов. Несколько десятков самураев, перед самым походом дайме Нориката против меня были приняты на службу в замок. И сегодняшней ночью, они должны были заступить на караул к воротам замка. Я не мог не использовать подобный шанс и назначил на ранее утро общую атаку Эдо.
Глава 16
Кто наступает, уверен в небесном блаженстве,
кто отступает — в вечном проклятии
Девиз Икко-Икки
105-й Император Японии, Томохито Го-нара быстрым шагом шел по комнатам и залам своего дворца. Самураи охраны лишь успевали раздвигать деревянные решетки фусума, которые отделяли коридоры от покоев, а покои от крытых галерей. Несколько раз пришлось ждать, когда пока слуги откроют ситоми — тяжелые железные створки, похожие на ставни. Спустившись в подвал, император почти пустился в бег. Дородному, круглолицему Томохито было очень не просто мчаться по дворцу. Дело даже не столько в комплекции, хотя толстый живот, конечно, мешал. Дело было в церемониальной одежде. С утра слуги облачили императора в очень длинные шаровары нагабаками, которые полностью скрывали ступни и еще волочились вслед за ногами. Поэтому любая смена директории движения требовала настоящего искусства — резким движением стопы было необходимо постоянно оставлять волочащуюся часть штанов строго позади, иначе можно было наступить на обшлага шаровар, запутаться и упасть. Одновременно при хотьбе Го-наре приходилось подхватывать каждую штанину, подтягивая ее вверх при каждом шаге, чтобы дать место ноге для движения. А подхватывать штанины было крайне трудно, так как широкая парадная накидка катагина имела очень длинные рукава, которые почти касались пола. Не стоит забывать и о тяжелой ритуальной шапке, китайского образца, которая все пыталась сползти на лоб и закрыть глаза. Вообщем Го-наре приходилось демонстрировать настоящие чудеса координации движений.
![Сэнгоку Дзидай - i_045.jpg](https://all-library.ru/pic/2/7/6/8/3/1/276831/1454594586/i_045.jpg)
Последний пост пройден, император открыл потайную дверь и начал спускаться по длинной лестнице. Несколько пролетов и вот Томохито входит в соловьиный зал. Это помещение со специальными досками, которые «пели», когда на них наступали, велел построить еще дед Го-нары — Го-Цутимикадо.
103-й Император Японии очень опасался покушений и предпочитал ночевать в специальной секретной комнате, сразу за поющим залом. Из спальни вел потайной подземный ход, через который Го-Цутимикадо планировал сбежать из дворца, если по его душу придут убийцы. И действительно, во время смуты городов Онин опытный ниндзя по имени Такоя смог проникнуть во внутренние покои императора, убить нескольких самураев охраны и даже найти проход в подвал, где спал Го-Цутимикадо. Однако поющий зал разбудил номинального правителя Японии и пока убийца подбирал отмычки к двери, тот успел ускользнуть. Ниндзя был пойман, в ходе пыток откусил себе язык, захлебнулся кровью, но заказчиков не выдал. Впрочем, они и так были известны.
Наверняка, «заказали» Го-Цутимикадо дайме клана Хосокава. Их еще называли восточниками. Разумеется, были и западники — кланы Сиба и Хатакэяма. 103-й Император имел глупость примкнуть к одной из враждующих сторон и объявить их врагов вне закона. За что и поплатился. Нет, ниндзя больше не удалось проникнуть во дворец Госё, но это было и не надо. Расстроенные провалом Хосокава собрали стотысячное войско и осадили Киото. Сиба и Хатакэяма не остались в долгу, вместе с еще одни кланом Оути мобилизовали уже 160 тысяч самураев и попытались снять осаду. На протяжении полугода столица несколько раз переходила из рук в руки и в итоге вся северная часть оказалась разрушена. Испуганный Го-Цутимикадо поспешил отречься от престола, враждебные дома тут же короновали его малолетнего сына и перенесли военные действия из Киото в провинции, где к тому времени также началась гражданская война. Шесть лет боевые действия шли с переменным успехом, но в итоге после смерти дайме Хосокава, восточники постепенно начали уступать западникам и смута городов Онин закончилась победой нынешней династии сёгунов Асикага.
И вот теперь, внуку Го-Цутимикадо Томохито Го-нара очень пригодилась тайная комната деда. В ней его ждал один очень важный гость, встреча с которым могла навсегда изменить политический ландшафт Японии.