И нахрена мне накопитель? Я воин, у меня с энергией проблем нет. Может продать? Плетниц говорил, что такие вещицы крайне дорогие.

— Насколько я знаю, накопители штука одноразовая, — заметил я.

— Это если выкачать из них абсолютно всю энергию, — кивнул Дашсдамин. — Чтобы этого избежать, маги всегда оставляют немного, чтобы можно было вновь наполнить.

Чёрт с ним, пусть даже многоразовый, мне-то он зачем? Блин, и спрашивать не хочется. Ладно…

— А мне эта штука зачем? — произнёс я поморщившись.

— Я не знаю, Ваше Высочество, — вздохнул Дашсдамин грустно. — Как я уже говорил — предсказатель у нас неполноценный. Из будущего он получает чистую информацию, причём только на заданные вопросы, да и то не всегда. Он и сам не сможет ответить на ваш вопрос. Ну а я спросил: «что может пригодиться в будущем Дарию Романо». Так что… — развёл он руками. — Эти вещи вам пригодятся, Ваше Высочество, но когда и при каких обстоятельствах я не знаю.

Ох уж эти предсказатели…

— Хорошо, вас понял, — произнёс я кивая. — Благодарю за подарок. Если это всё, то мы, пожалуй, пойдём.

— Конечно, Ваше высочество, — ответил Дашсдамин. — Не смею вас задерживать. Ещё раз спасибо за помощь с Оком мира.

Я только плечом дёрнул на его благодарность. Это была сделка, обоюдовыгодная, а не помощь. Мы с храмом Миалы не в тех отношениях, чтобы я им просто помогал. Правда, подарок за помощь я всё-таки взял… Ладно, к чёрту принципиальность, раз уж предсказатель говорит, что эти вещи потребуются, надо брать.

Убрав шкатулку в духовное хранилище, потопал на выход из храма.

— Не понимаю, — вздохнул я, выйдя в приёмный зал. — Ладно артефакт, может там какие-то неизвестные функции есть, но зачем мне зелье? М? — посмотрел я на Горано. — Тем более, если одно такое у меня уже есть.

— Откуда? — не понял меня старик.

— Горано, — произнёс я укоризненно. — Высшие зелья — это не то, что стоит забывать. Слишком ценные вещицы.

Задумавшись на несколько секунд, Горано произнёс:

— Дом алхимика в столице, — кивнул он сам себе. — Прошу прощения, милорд. Старость.

— Ага, конечно, — усмехнулся я. — Старость. Только она почему-то не мешает тебе помнить важные именно для тебя вещи.

— Я постарел, милорд, — улыбнулся он. — А не выжил из ума. Что касаемо подарка, я тоже не понимаю. Но у меня и информации мало. Возможно, раз уж в деле замешан предсказатель, со временем всё само собой выяснится. Кстати, а существует какая-нибудь энергия, которая ослабляет демонов?

— Святая, — ответил я. — Но это непродуктивно. Тратить кучу святой энергии на убийство, пусть даже герцога, не имеет особого смысла… Точнее имеет, но только если ты слаб. Да и то… Нет, ерунда это всё. Святую энергию эффективнее на благословение потратить, чем просто распыляа-а-ать, — закончил я зевнув.

— Да уж, — хмыкнул Горано, глядя на меня. — Вам бы сейчас духовной энергии побольше.

Я остановился. Перевёл взгляд на старика. А ведь…

— Да ты гений, — пробормотал я.

— Милорд? — удивился Горано.

— У меня в душе, — оглянулся я и никого не заметив, продолжил: — У меня в душе огромный источник маны, которую призраки вообще никак использовать не могут. А если смогут? Всё преобразовать не получится, но мне этого и не надо. Хватит небольшой части… Может даже высплюсь.

— Похоже, я и правда гений, — улыбнулся Горано.

— А как же старость? — спросил я с иронией.

— Старость гению не помеха.

— Тоже верно, — кивнул я.

Выйдя из храма, на автомате осмотрелся.

— Милорд…

— Вижу, — ответил я.

На одной из скамеек возле храма, опустив голову, сидел Сруб. Шустро он со своими вопросами разобрался. И ответы ему явно не понравились. Выглядел он сейчас, как будто у него вся родня сдохла… Вся родня… Да ладно…

Вздохнув, направился к паладину.

— Сруб, — окликнул я его, остановившись рядом, и набрав в грудь воздуха, выдохнул: — Рассказывай.

— Я потерял смысл жизни, — ответил он не поднимая головы. — Всё. Больше ничего нет. Ни храма, ни братьев… ни бога. Талай’Не Непоколебимый пал смертью храбрых. Он не пережил войну. До последнего удерживал ткань реальности… Непоколебимо… стоя… назло… инферно…

С каждым словом он как будто бы съёживался, а под конец, подняв руки, спрятал лицо в ладонях.

Я привык быть нянькой, точнее, предок привык. Он десятилетиями держал на плаву легионы. За его плечами тысячи мужчин и женщин, готовых сорваться в истерику, плюнуть на всё и умереть. Тысячи смертных, потерявших смысл жизни. Но Сруб другой. Другая причина. Более… всеобъемлющая. Да и не мой он подчинённый. Ха-а-а… Какая разница, чей он, сейчас передо мной смертный, готовый нырнуть в бездну отчаяния.

— Сруб, — присел я рядом. — Послушай меня. Мы, смертные, живём в реальности, которая как будто бы создана, чтобы причинять нам боль. Большую и маленькую. Светлых моментов не так уж и много, если подумать. Так мы ещё и запоминаем в основном плохое. Но при этом мы продолжаем существовать. Есть куча вещей которые могут нас сломать, но не существует вещей, которые могут сломать нас стопроцентно. А ещё огромное количество вещей, из-за которых мы не должны ломаться. Близкие, долг, любимая клумба, которая завянет, если ты сломаешься. И как бы тебе сейчас ни было плохо, пока нашу землю топчут демоны инферно, ты обязан держать голову ровно. И это только то, что я вижу. Подумай. Наверняка есть то, ради чего тебе стоит жить.

— Нету, — прошептал он. — Ничего нет. Да и не было. Лишь вера держала меня на плаву. А сейчас… даже моего мира нет. Ничего…

М-м-м… Тц. Апеллирование к силе воли не прокатило. Ладно. Зайдём с другой стороны.

— Ты практически застал падение столицы империи, Сруб, — вздохнул я. — А теперь послушай человека, который прожил побольше твоего. Хоть я и выгляжу сопляком. Когда столица пала, то, что ты сейчас ощущаешь, почувствовали сотни тысяч. В тот раз пала не просто столица. Пала империя. Дом и смысл жизни для очень многих. И ладно бы её захватило другое государство, но это были демоны. Неумолимые. Неостановимые. Казалось, что вот-вот и падёт весь мир. Те, у кого были семьи ещё как-то держались, а вот остальным было уже плевать на всё. И знаешь, что произошло? Знаешь? — ткнул я его локтем в бок.

— Откуда? — произнёс он мрачно.

— Произошло то, Сруб, что происходило всегда, — продолжил я. — Смертные не в первый раз оказываются на грани уничтожения. Вон, гоблины тебе расскажут, как они практически победили, почти уничтожили всех. Но как и тогда, как и сейчас, мы подняли голову. Смертные. Не. Сдались. Так какого хрена сдаёшься ты? Особенным себя почувствовал? Ну-ка, назови мне имя своего бога. Имя, Сруб!

— Талай’Не Непоколебимый, — прорычал он, так и не подняв голову.

— Непоколебимый! Ты паладин Непоколебимого! И пусть он сдох, как и миллионы смертных, но его имя ещё помнят! Хочешь чтобы смертные запомнили Талай’Не по последнему его паладину? Сломавшемуся слабаку? Чей ты слуга, Сруб?

— Непоколебимого, — ответил тот твёрдым голосом. — Даже после смерти его паладины не дрогнут.

— Взбодрись, — хлопнул я его по плечу. — Ситуация не из лучших, но надежда всегда есть.

— Хех, — посмотрел он на меня повернув голову. — Какая тут может быть надежда? Да и не нужна она мне, я выполню свой долг до конца.

— Эх, Сруб, — покачал я головой, поднимаясь на ноги. — Головой подумай. Да, твой бог мёртв, но это бог! Даже для людей смерть это не конец, — произнёс я с усмешкой. — Поверь на слово, паладин — боги так просто не уходят.

Дом, в котором находился портальный камень, стоял рядом с дворцовым комплексом. Буквально напротив. Всего три дня назад именно здесь стояли призраки Турио, пытаясь штурмовать дворец. Поднявшись из подвала и подойдя к пролому в стене, осторожно выглянул.

— Вживую это выглядит забавнее, — пробормотал я.

— Вы о чём, милорд? — спросил стоящий рядом Горано.

— О сумасшествии демонов, — ответил я. — В Сфере внимания всё как-то попроще. Дан, Юрис… А ну стоять всем! Куда попёрлись? Отошли от окон. Не дай боги, вас твари заметят.