дар «дублирование умений» (этап: 3) (качество: высокое) (ступень 2\7)- Позволяет дублировать умения…

Ну и самым ценным было, пожалуй…

дар «возрождение» (этап: 1) (качество: вне категорий) (ступень 1\1)- Позволяет один раз возродиться у оставленного якоря.

Якорь, естественно, находился в одном из тайных залов резиденции сената. И перенести его в другое место было попросту невозможно. Никто бы мне такого не разрешил. И это было еще одним поводком. Еще из интересного было, пожалуй, умение дополнительного резерва.

Умение «дополнительный резерв» (этап: 3) (качество: среднее) (ступень 3\7)- Создает привязанный к душе дополнительный резерв ци.

На третьем этапе оно хранило уже объемы силы, сопоставимые с практиком этапа тела ци. То есть очень много. Впрочем, против того взрыва это было бесполезно. Но в бою могло реально помочь. Однако, моя жемчужина была в этом плане куда круче, давая неограниченный запас ци.

С трудом, но ци начинала меня слушаться. Свет из непослушного монстра становился проводником моей воли. Хотя трогать техники я пока опасался, чтобы не позориться и не вызвать подозрений. Вместо этого я усиленно думал. Собственно, место руки сената было очень даже хорошим. Огромные ресурсы. Не такие огромные, конечно, как девяносто эссенций пятого этапа. Это было заоблачным даже для самого Вендора. Возможности, связи, знания. Все к моим услугам. Если это тело, конечно, не угробят в самоубийственном задании. Хотя вряд ли.

Вот только… Раз имперцы на нас все же напали, а того духа Наара, убили, то про то предложение можно было благополучно забыть. Хотя забывать не хотелось. Ибо возможность приобрести возрождение и в реальном теле теперь плотно занимала мое сознание.

Свет вокруг моего тела заплясал бесконечными ниточками, подчиняясь и прогибая саму реальность вокруг. Но даже сейчас, спустя сутки, я ощущал, что все еще далек от того уровня сил, которым обладал прежний Вендор. Сейчас я только восстановил нормальную «связь» со стихиями, где кроме света на этапе познавшего было и «пронзание», а вот дальше шли жизнь и довольно редкий концепт пустоты. Считавшийся весьма абстрактным и статусным.

Вообще, чем более абстрактным был концепт, тем он считался более сложным. Но сложность не всегда несла за собой силу. Ведь, например, стихия справедливости была абстрактной донельзя. Но те немногие фанатики, что ее все же постигали, редко… Вернее я вообще не слышал, чтобы кто-то из них вообще становился силен. Не говоря уже о более изощренных стихиях.

А вот чем более стихия пронизывала реальность, чем больше она имела отражений в мире, во всех его аспектах, тем она была сильнее. Или, вернее, имела больший потенциал. Именно поэтому огонь, воздух, молния, меч, свет и все прочее были сильны. Если сильно упрощать, то они имели силу как раз таки из-за своей популярности. Из-за того, что мир был ими пропитан. Ну а соответственно, самыми крутыми считались те силы, что с одной стороны пропитывали мир, а с другой — были абстрактны и применимы к любым явлениям.

Свет, Тьма, Пустота, Пространство…

От философских раздумий меня отвлек очередной взгляд, брошенный на чернильное озеро, где поверхность уже начала застывать, превращаясь в плотную корку. Над которой теперь парили несколько сотен шаров награды, манящие взор. Кажется, там я видел и шарик, выпавший с меня самого. С Квиокса. Вот только я даже и пытаться не думал как-нибудь их аккуратно забрать. Слишком опасно. Слишком подозрительно. А мне сейчас высовываться не надо. Личку разрывали десятки сообщений. Сенаторы, другие руки, родня, ведь я, как никак, был дальним потомком Чундара Кловда, аж двадцать первого номера в сенате. Только вот предок и раньше не отличался особой любовью, а все наши отношения были сугубо деловыми, лишь с оттенком того сухого понимания «семьи», царящего в аристократии.

Собственно, все руки, вернее почти все, были потомками сенаторов, нынешних или прежних. Неудивительно, если в нас вкладывали столько ресурсов, которые не должны были уйти на сторону. Хотя, вот неожиданность, редко кто из рук становился новым сенатором. Соблазн использовать нас до последнего всегда был велик. Настолько велик, что многие руки успевали состариться. Потом, конечно, им позволяли шагнуть дальше, на следующий этап, омолодиться. Потом снова. Но все это растягивалось настолько, что время играло против нас. А возвышение было для нас морковкой, которой дразнили, но давали лишь изредка. Это объяснялось набором «потенциала». Ну и тем, что мы несли важную «миссию». И отчасти они были лишь правы. Но лишь отчасти.

И поверх всех этих размышлений, вставали два извечных вопроса. Нет. Не «кто виноват?». Эти вопросы были «что делать?» и «как делать?». И у меня было немало времени о них подумать. Свалить? Это был первый вариант. Самый простой и безопасный. Который, к сожалению, я отверг. Слишком много ресурсов я вложил в приобретение этого аватара. Непозволительного много. А сбежать с ним я не смогу. На всех нас, руках, стояли печати слежения, снять которые было невозможно. Умение шестого этапа, чтоб его. Убивать же это тело ради ресурсов? Все равно что убить курицу, что даже не снесла ни одного золотого яйца, хотя купили ее за триллион долларов.

А значит, придётся снова работать. Снова скрываться и интриговать. Но и тут есть немало вариантов. Пойти по течению, просто исполняя волю старших и надеясь на возвышение. Или начать свою игру. Игру, в которой я теперь мог… Мог очень многое, если отринуть страхи и ограничения. Мог подойти к другим рукам и убить их. Убить одним ударом, ведь они к подобному будут не готовы. Нас хорошо вооружали. Очень. Броня и оружие пятого этапа. Причем если броня была самоделкой, то вот оружие активным.

Артефакт «Небесное копье света» (этап: 5)(качество: высокое) — Это копье, пропитанное концептом света, может быть насыщено эссенциями, формирующими боевую ауру

По сути, это был аналог моего ятагана черного мора. Только вместо черного пламени при ударе копье сжигало врагов изнутри. Ну и требовало огромной напитки эссенциями, так что долго им сражаться не мог даже я. Ресурсов тупо не хватило бы. Кстати, некоторое количество эссенций четвёртого этапа и даже одна пятого были и у Вендора. Но как бомбы. Последняя вообще была гранатой последнего шанса для самоубийства, чтобы утянуть врага с собой. И на этом фоне возникали еще большие вопросы, почему империя так хорошо снабдила того вампира, чьим наследником я и стал. Впрочем, вопрос оставался риторическим.

Что я мог сделать для собственного обогащения? Убить других рук? Да, возможно. Хоть это и было довольно опасно. И если делать, то решаться нужно было сейчас. Пока к нам не прибыло подкрепление. Начать скупку ресурсов, пользуясь своим положением? Тоже отличный план для развития основного тела. Но для этого следовало отлучиться с фронта, что пока что было равнозначно становлению ренегатом.

Мои мысли прервались, когда через восприятие одного из духов, я заметил врагов. Вот только враги несли белый флаг, так что первый порыв, ринуться в портал самому и испепелить наглецов, был сдержан.

— Белый флаг? После того как вы вероломно напали на нас? — Проскрежетал я через духа, вкладывая туда столько ярости и презрения… Собственно эти эмоции были и не наигранными. Новое тело накладывало отпечаток на мышление. И здесь этот отпечаток был чудовищен. Настолько, что уже следовало опасаться за то, а не изменюсь ли я сам, вот так вот меняя тела? Мой рев, порожденный золотым светоносным духом, разнесся по пещере. Сам Вендор чудовищно не хотел их использовать, несмотря на то, что обладал просто чудовищной армией. Вот только каждый его дух был произведением искусства. Детищем, в которое он вкладывал огромную прорву сил. И любовь к этим созданиям смешивалась в нем с прагматизмом, ведь он же их и поглощал затем, усиливая себя. А любой бой предполагал потерю петов, что было для Руки огромной утратой. Сообщения другим рукам тут же ушло. А я принялся ждать ответа.