Капитан быстро провел меня в комнату, буквально заваленную нашим оружием, и я с удовольствием вытащил уже знакомый мне ПКМ, заправил в него новую ленту, прихватил АКС-74 с подствольником. Нацепив поверх скафандра разгрузку, напихал в нее несколько гранат, запасные магазины к автомату и выстрелы к гранатомету. И обнаглев, навьючил на капитана, который и вякнуть не успел, две трубы одноразовых РПГ, причем сам до конца не понимая, зачем они в узких коридорах космического корабля, и еще одну большую коробку от ПКМ с запасной лентой — обычный хомячизм и тяга взять много и сразу заставили пойти на этот необычный шаг.

Мы ломились через тускло освещенные, еще удерживаемые экипажем корабля коридоры, мимо нас тащили раненых и складировали возле стен убитых. Из объяснения капитана я понял, что из-за повреждения силовой установки работали только резервные источники энергии, для уменьшения действия плазменных зарядов в помещениях, где происходит огневой контакт, искусственно до минимума понижено давление. На одном из переходов я столкнулся с той самой девчонкой, которая меня лечила в медицинском боксе. Руки ее были в крови, а в глазах паника и страх. Судя по ее виду, она нечасто попадала в такие ситуации, но как медик она работала на автомате, выполняя свои функции. Ее лицо отпечаталось в памяти, но тут же было забыто — впереди знакомо хлопнул плазменный заряд, и я снова, как тогда в лесу и в поселке, ощутил толчок ударной волны. Вот мы и на линии соприкосновения. В крови забурлил адреналин, и мир стал каким-то черно-белым, мозг спокойно регистрировал окружающую обстановку и выдавал рекомендации по возможным действиям.

Здесь был переходный тамбур между разными частями корабля, разделяемый толстыми дверьми, но одна из створок оказалась сильно оплавлена и практически снесена мощным ударом, но тем не менее она стала некоторым аналогом бруствера и не позволяла драконам прорваться на эту сторону. Выглянув и спрятавшись обратно, прекрасно увидел пятерых драконов, живописно перекрывших коридор своими обугленными тушами. Бойцы штурмовой группы разведкрейсера периодически выглядывали и постреливали вдоль коридора из плазменных ружей, не давая противнику провести сосредоточенный штурм.

Что-то мелькнуло. БАХ! Вторую створку бронированной двери порвало, как лист бумаги, и два спрятавшихся за ней бойца мгновенно превратились в обугленные обрубки. Из-за пониженного давления нас задело не настолько сильно, чтоб покалечить, освещение почти погасло. Пока обороняющиеся приходили в себя, я прыгнул к еще красной оплавленной двери и, как в страшном кино, увидел бешено несущихся по коридору драконов.

— Суки!

Пулемет дернулся у меня в руках, посылая в первого, крупного, закованного в облегченный скафандр дракона, рой пуль. БАМ-БАМ-БАМ-БАМ-БАМ-БАМ! ПКМ не подвел — двухсоткилограммовое тело споткнулось и покатилось по коридору, задев бегущего за ним дракона. Класс! Пулемет снова задергался, посылая короткую очередь в очередного гада. Попал. А теперь кинжальный огонь: ПКМ уже дергался непрерывно, расстреливая набившихся в коридор драконов. Краем глаза успел заметить, как сбоку пыхнули выстрелы энергетических ружей штурмовиков, которые присоединились ко мне, поддерживая огнем.

Драконы кончились раньше, чем у меня лента. Не задумываясь, крикнул, наверно, сам себе:

— Вперед!

Перепрыгнув через все еще красную от перегрева створку двери, прямо по еще дергающимся тушам драконов, рванул в атаку. Впереди что-то мелькнуло, и руки сами навели ствол и… БАМ-БАМ-БАМ!

Даже через разреженный воздух я услышал дикий визг дракона. БАХ! Меня откинуло обратно взрывной волной, а на переборке расплывалось большое красное пятно, разбрызгивая вокруг себя капли расплавленного металла.

— Твою мать.

Опять затаились за изгибом коридора, и началась вялая перестрелка, и, судя по интенсивности огня, запряталась там всего парочка хвостатых. «Бойся!» — по коридору застучало темное ребристое яйцо Ф-1. БАХ!

— Вперед!

Опять перебежка, короткая очередь и несколько вспышек плазменных ружей, и мы прорвались к следующему повороту. Тут капитан остановил наше продвижение.

— Стой. Максим, они прорвались по нижней палубе. Бежим туда.

И уже обращаясь к одному из штурмовиков:

— Талек, оставляй себе двух человек и заваривай проходы. Остальные со мной.

Мы снова несемся по сумрачным коридорам, перепрыгивая через раненых и убитых людей и драконов, сбивая с дороги оказывающих медицинскую помощь членов экипажа. На ходу Лартэн сбивчиво объяснял, что там контейнер с телом Повелителя Драконов, и противник рвется именно туда, если захватят, то корабль им больше не будет нужен и они его расстреляют. Поэтому удерживать контейнер, это единственный шанс протянуть время.

Мы опоздали. Темные коридоры в слабом свете оставшихся целых аварийных светильников, обугленные трупы бойцов и драконов, через которые постоянно приходилось перепрыгивать, а иногда идти и прямо по ним. Отсек, где хранился контейнер с телом Повелителя Драконов, был в прямом смысле завален вперемешку людьми и драконами, и, судя по открытым рубленым ранам и крови, бой дошел до рукопашной, и тут кенгурюхи поработали своими топориками.

Внутренняя связь уже не действовала, поэтому никакой координации обороны крейсера не осуществлялось, по всей видимости, центральный мостик, где держал последнюю оборону капитан корабля, зачищен драконами.

Нас осталось всего пятеро, считая меня и капитана Лартэна, который как старший по званию принял на себя командование и, прикинув, где был ближайший пролом в обшивке корабля, повел нас снова по закоулкам, пока не наткнулись на заслон, который прикрывал отход группы с контейнером.

БАХ! Бегущий первым штурмовик разлетелся на части, разбрызгав вокруг себя кипящие ошметки, снеся с ног бегущего за ним Лартэна и еще одного бойца.

— Мать!..

Дракончик зарядил из плазмомета полным зарядом, тут же последовал еще выстрел, но все кто остался на ногах после такой встречи успели попрятаться. Мощный удар плазмы выжег большую дыру в переборке, разбрызгав вокруг кипящий металл.

Меня обрызгало с ног до головы, но я удивленно смотрел, как расплавленные капли стекают по мне, падают вниз и выжигают в покрытии пола большие дыры. Ого, вот это защита, но как-то не впечатляет, учитывая как только что на части разнесло бойца.

Снова по коридору покатилось ребристое яйцо Ф-1, чуть дымя пороховым замедлителем. «Бойся!» БАХ! Несколько осколков застучало по переборкам, и сквозь разреженную атмосферу послышался дикий визг подраненного дракона.

Без команды оставшийся на ногах боец выскочил из-за поворота и пальнул в сторону противника плазмой, при этом сразу сделав шаг назад, пропуская меня с пулеметом. БАХ-БАХ-БАХ! Визг. Вот что-то зашевелилось на полу. БАХ-БАХ-БАХ! Попал, бежим дальше. Снова коридоры, мелькание фонарей и трупы людей и драконов. Такими темпами мы добежали до закрытых дверей, на которых светился какой-то сигнал, и мой единственный оставшийся спутник прокомментировал хрипящим голосом:

— Заблокированы. С той стороны вакуум.

— Весело. Открыть можно?

Он кивнул и стал что-то доставать из разгрузки, при этом поясняя мне, что он делает:

— У штурмовых групп есть универсальные ключи, чтоб можно было проникать в закрытые или поврежденные отсеки.

Пока он возился, появилась минутка, чтобы осмотреться. Меня уже начали доставать эти красные резервные лампы и зигзагообразные коридоры, но только теперь до меня дошло, что это делалось именно на случай такого штурма, чтоб использовать повороты как естественную защиту…

Под потолком что-то загудело, и женский голос проворковал, что открывается отсек с пониженным давлением, а мой спутник, сняв с пояса шнур и щелкнув карабином, привязал себя к небольшому крюку, вделанному в переборку, и кивнул мне, чтоб и я это сделал то же. Вспомнив фантастические фильмы, где вот так вот плохих парней вытягивало в открытый космос, я лихорадочно нашел на поясе скафандра похожий шнур и щелкнул карабином, пристегивая себя к стене.