— Ну и каша у тебя в голове. — В полном недоумении покачала головой баронесса. — Это, конечно, не моё дело, но твои слова звучат как полный бред.

— Ты правильно заметила — это не твоё дело. — Таня снова стала жёсткой. — Давай снадобье! — Она требовательно протянула руку.

— Раз у нас пошёл деловой разговор, то я хочу увидеть обещанные мне золотые горы. — Баронесса легко отбросила моральную сторону вопроса. — Я истратила на зелье и поездку к тебе все накопления.

— Я не обещала золотые горы. — Зло усмехнулась Татьяна, подходя к туалетному столику и открывая, стоящую на нём шкатулку. — В алмазах разбираешься?

Она вытащила крупный алмаз и бросила его гостье в руки. Та ловко поймала драгоценный камень и сразу направила его на светильник.

— Не жалко? — Спросила баронесса, любуясь игрой красиво огранённого алмаза.

— Зелье! — Вместо ответа потребовала Татьяна.

Быстро спрятав алмаз, гостья сняла с шеи массивный кулон из серебристого металла.

— От сердца отрываю. — Пожаловалась она, протягивая кулон. — Когда решишься, отвинти верхнюю крышку и высыпь порошок в рот. Можешь не запивать. Он бесследно впитается, как будто его и не было. В течение недели плод рассосётся. Как будто его никогда не было. Только ты не торопись, подруга. — Получив вознаграждение, которое по цене многократно перекрывало её затраты, баронесса успокоилась и решила проявить заботу. — Я на это пошла потому, что у меня выхода не было. Отец ребёнка поставил весьма жёсткие условия, и он же оплатил порошок. У тебя совсем другая ситуация: муж, и надуманные причины. Подумай ещё.

— Я уже всё решила! — Зло выкрикнула Татьяна, пытаясь открутить крышечку на украшении.

Её руки вспотели несмотря на прохладу в палатке, и пальцы скользили по гладкому металлу.

— Давай помогу. — Баронесса забрала кулон и начала откручивать миниатюрную крышку. — Если тебе кулон не нужен, может ты его вернёшь? — Предложила она. — Редкая вещь. Изолирует магию от предметов, помещённых внутрь. Одно плохо. Стоит он дорого, и размер маловат. — Стоило гостье полностью открутить крышечку, как издалека прилетел грозный и тоскливый одновременно рык большого зверя. — Что это? — Всполошилась баронесса.

— Дай сюда! — Таня вырвала кулон из её рук. От резкого движения часть порошка выплеснулась через край, словно вода и повисла в воздухе невесомым облачком.

— Осторожнее! — Баронесса отпустила кулон и отскочила в сторону.

Боясь потерять остатки зелья, Татьяна начала подносить кулон к губам. Большой, белый, почти светящийся зверь, проскочил через ткань палатки, словно её не было. Его пасть сомкнулась на руке Татьяны, держащей флакон.

Раздался хруст костей, перемалываемых мощными челюстями. Из обрубка руки брызнула струя крови, пролетев сквозь зверя и окатив баронессу с головы до ног. Это было последнее, что она увидела в жизни. Мощная молния мгновенно превратила девушку в обугленную и скрюченную тушку. Медведь, не останавливаясь, выскочил из палатки, унося откушенную руку с собой.

Шокированная Татьяна попыталась зажать отгрызенную чуть ниже локтя руку, чтобы остановить кровь, но у неё ничего не получилось. Кровь продолжала хлестать между пальцев. Молнии били вокруг, прожигая палатку и уничтожая вещи. Она закричала, но её никто не услышал. Внизу живота разгорелся пожар, перекрыв собой боль от откушенной руки. Ноги Татьяны подкосились, и она рухнула на землю. Мишка снова заскочил внутрь палатки. Его шкура больше не светилась. Грязь толстым слоем покрывала морду. Медведь был страшен. Глаза горели, а из горла вырывался рык и скуление одновременно. Зверю было очень больно, но он старался защищать хозяев до последнего.

Подойдя к Татьяне, он подхватил зубами культю и начал осторожно её жевать. Найдя положение, при котором кровь перестала течь, он зажал руку и тяжело опустился на землю рядом.

Майор не находил себе места. Он чувствовал грядущие неприятности. И они не заставили себя ждать. Услышав дикий рёв медведя на другом конце острова, майор тем не менее первым делом кинулся к палатке Татьяны.

Возле палатки появился Мишка и сразу проскользнул внутрь, намного опередив майора. Одновременно с этим в палатку начали бить мощные молнии. Оглохший майор притормозил.

С каким-то щенячьим подвыванием Мишка выскочил с другой стороны и бросился к душевой Ивана. Он двигался настолько стремительно, что майору пришлось крутиться на месте, чтобы проследить за необычным поведением духа. Но ничего другого в данной ситуации майор сделать не мог. Идти сейчас в палатку равносильно самоубийству. Мёртвым он точно никому не поможет.

Ударом лапы Мишка свернул краны и подставил окровавленную морду под струю воды. Но этого ему показалось мало. Выплюнув кровавый кусок изо рта, он начал тереться мордой об землю. Сквозь раскаты грома слышалось скуление испытывающего боль зверя.

Молнии прекратились так же внезапно, как и начались. Мишка подскочил с земли и с видом побитой собаки кинулся обратно в палатку. Майор поспешил за ним.

— Насколько всё плохо? — Майор устало присел на свободный стул.

Мэнни поднял на него взгляд полный печали и ничего не сказал. Такое поведение не вязалось с опытным лекарем, видевшим смерть во многих её проявлениях.

— Ты засыпал это место?

— Да. Сначала засыпали, а потом залили сверху камнем. Повезло, что Мишка догадался сунуть эту пакость под струю воды. Она выживет? — Без перехода спросил майор, кивнув на Татьяну, лежащую на кровати.

— Ты звонил Ивану? Где он? Когда вернётся? — Мэнни снова ушёл от прямого вопроса.

— Нет. Не звонил. Я не знаю, что ему говорить. Ты разобрался, что ей за яд подсунули? Скажи мне. Иначе не доклад получится, а сплетня. — Майору очень не нравилось поведение Мэнни.

— Давай переговорник. Я сам с ним поговорю. — Мэнни не глядя протянул руку в сторону майора.

— Мишке плохо. — В палатку зашла Маша. — Нужен князь. Помочь.

— Князь всем нужен. — Вздохнув, ответил майор, вкладывая переговорник в протянутую руку лекаря.

КОНЕЦ 7 КНИГИ