Пока кромсал миномёты, заметил позади них расстеленный брезент, на котором аккуратно лежали знакомые мне автоматические винтовки. Я из такой стрелял во время своего первого захода в Аберрацию.

Двигаясь от миномёта к миномёту, я приблизился к оружию. Сделав пару шагов и схватив ближайшую винтовку, я выпустил весь магазин по кустам, из которых в меня стреляли. Вроде бы попал, так как пули в мою сторону лететь перестали. Не спеша, разрядил в ту же сторону остальное оружие. Кидать гранаты было жалко. Их у меня мало, и неизвестно, когда смогу пополнить запасы.

Оглядел раскуроченные миномёты. Странно, что нет техники, которая их сюда притащила. Надеюсь, больше они долбить по тюрьме не станут.

Задрал голову и повторил свой адский смех. Михаил не сплоховал и включил инфразвук, как только я поднял руки. Не торопясь, двинулся в сторону города. Пусть организовывают погоню.

— Можете потихоньку разбирать завалы и расчищать выход из подвала. — Передал Михаил. — Поиски свернули из-за поднятого Иваном шума. Европейцы покидают развалины.

— Понял. — Отозвался Кагье. — Начинаем. — Он повернулся к Степану, который стоял рядом. Приступай, только осторожно и тихо. Помни, нам спешить некуда.

— Да помню. — Недовольно ответил парень. — Как там у Ивана дела?

Иван не стал брать Степана с собой. Не было необходимости подвергать его излишнему риску. Возможно, Степан переживёт множественные пулевые ранения по телу и конечностям. Но далеко не факт, что также безболезненно скажутся на нём попадания в голову. К тому же залечивание ран потребует усиленного питания, а с ним намечались проблемы. Слишком хорошо Стёпа подъел имеющиеся запасы, и едоков скоро прибавится.

— Страшно. — Неожиданно ответил Михаил на продублированный Кагье вопрос. — Я думал Степан — монстр. Но он, по сравнению с Иваном, маленькая домашняя собачонка. Что у него за меч такой, который режет всё подряд? Такую бы технологию, да в мирных целях использовать.

— Где он сейчас?

— Идёт зигзагом к центру. Европейцы не могут просчитать его траекторию, поэтому стягивают все доступные войска, чтобы охватить, как можно большую площадь.

— На это мы и рассчитывали. — Удовлетворённо подтвердил лекарь. — Надеюсь, у него хватит сил отвлекать их до вечера.

Кагье кратко пересказал свой разговор Степану, опустив сравнение с собачкой. Парень закончил обратную трансформацию и сейчас выглядел нормально. Как обычный двухметровый парень, прилежно занимающийся физкультурой. Женщины проявили благоразумие, давая советы. Лицо Степана получилось в меру мужественным и привлекательным.

Из чего соорудить замену его одежде, тоже нашли. Теперь Степан выглядел как натуральный дикарь. Мускулистый и в набедренной повязке. К сожалению, размер головы до прежних значений уменьшить не получилось, поэтому шлем он отдал Ивану, а бронежилет в приказном порядке одели на Тинил. Её возражения Эттув отмёл, указав, что среди всех бойцов только она беременная.

— Ясно. — Выслушав Кагье и всё ещё недовольный, ответил Степан. — Пошли мужики.

Пятерых помощников ему выделили из бойцов покрепче. В задачу Степана входило вырезать лаз в люке, ведущем из подземного хода в подвал церкви, а потом осторожно расчистить завал на лестнице, ведущей наружу. Выходить из подземелий планировали ночью, поэтому никто не торопился.

Посмотрев в спину удаляющемуся парню, Кагье продолжил лечение бывших пленных. Кроме ранений, у них были и другие болячки, вызванные условиями содержания и плохим питанием. К вечеру все должны быть способны не только бежать, но и помогать искалеченным товарищам. Исправлять серьёзные увечья конструкт не брался.

Вырезав очередную засаду, я решил передохнуть. Помогало то, что в городе не осталось мирных жителей. Славяне, отступая, эвакуировали всё местное население. На захваченных территориях не оставалось никого. Как они умудрялись проводить тотальную эвакуацию, для меня было загадкой.

Зайдя в пустующую квартиру, выбранную наугад, я достал паёк, один из немногих, что остались после жора, напавшего на Стёпу. Распотрошил его и начал не спеша есть, запивая водой.

— Кагье, как у вас обстановка? — Спросил я.

— У нас всё по плану идёт. — Ответил доктор. — Готовимся.

— Молодцы. — Я достал шлем из пространственного кармана и надел его. — Миша, что там противник затевает? Тебе сверху общая обстановка понятней выглядит.

— Европейцы пытаются тебя окружить и отрезать от реки. — Сразу ответил русский.

— Пусть пытаются. Чем старательнее, тем лучше. — Его ответ меня полностью устраивал. — А я позабочусь, чтобы их старания не пропали даром.

Утолив первый голод, я пошёл шариться на кухне. Нашёл подходящую кастрюльку и начал на её дне выцарапывать руны. Захотелось горяченького хлебнуть, а прошлую кастрюлю, похожую на казан, я уничтожил. Не думал, что опять воду греть придётся в походных условиях.

— Михаил говорит, ты там резню устроил. — Подал голос Кагье. — Может не стоит их сильно пугать?

Из-за двойного источника звука с разными времеными задержками голос доктора звучал очень необычно. Когда я говорю, ему, наверное, тоже не по себе. Но это мелочи, на которые лучше не обращать внимания.

— Я специально выбирал мелкие отряды. — Ответил я на его вопрос. — Резнёй это выглядит лишь потому, что действовать приходилось быстро. Я даже меч не использовал в последних стычках. Нужно как-то имитировать повреждения, сходные с ранами, оставленными Степаном. Михаил, посматривай за европейцами. Как близко к моему дому подойдут или вдруг решат расслабиться и свернуть поиски, сразу мне сообщай.

— Решил передышку сделать? — Усмехнулся Михаил.

— Скорее дать передышку европейцам, хотя мне поспать тоже не помешает. — Согласился я с его предположением. Ночью-то мы, считай, не спали. — Кагье прав. Не надо их постоянно убивать. Тогда они разбегаться начнут, а не меня ловить.

Я продремал почти три часа, когда меня вырвал из дремы настойчивый зов Михаила:

— Иван, проснись! Иван!

— Слушаю. — Отозвался я. Желания открывать глаза не было совершенно.

— Оцепление снимают. Точнее, снимают усиление с оцепления, но твои поиски продолжаются.

— Ясно. — Я не удержался и зевнул. — Где они? Ближайшая цепь, с которой снимают усиление?

— В двух кварталах от тебя на север.

Я прокрутил в голове картинку местности и уточнил:

— Это в сторону реки, что ли?

— Да. Это ближайшее к тебе оцепление. — Подтвердил Михаил.

— Два квартала? — Произнёс я вслух часть мыслей. — Значит, услышат.

— Что услышат? Ты о чём сейчас?

— Смотри и увидишь! — Туманно ответил я.

Встав с дивана, на котором так хорошо спалось, подошёл к выбитому окну и с небольшой паузой выкинул в него две гранаты. Ими я запасся. Уничтоженные ранее солдаты таскали их с собой в большом количестве.

Прогремели взрывы, а я добавил в кастрюльку воды и вскипятил её. Хорошенько перекусил, прислушиваясь к крикам и выстрелам за окном. Даже интересно стало, в кого они стреляют. Надеюсь, друг в друга. Смотреть не стал. Ещё заметят, тогда не дадут спокойно поесть. По этой же причине не стал разговаривать с Кагье и Михаилом.

Прибрав за собой, я закинул кастрюльку вместе со шлемом в пространственный карман, и не торопясь отправился вниз по лестнице. Одновременно думал, почему я выбираю для кипячения воды именно кастрюли, хотя на каждой кухне есть вполне нормальный чайник. Пришёл к выводу, что чайник в таких квартирах у меня ассоциируется с толстым отложением извести и прочей ерундой, которую не видно из-за узкого горлышка.

— Эй, придурки, я здесь! — Пнув, чудом уцелевшую входную дверь, заорал я солдатам, стоящим почему-то спиной ко мне.

Мой счастливый вопль их, наоборот, не обрадовал и даже немного напряг. Четверо европейцев резко развернулись лицом в мою сторону. Трое открыли огонь из коротких автоматов. Четвёртый просочился за спины стреляющих и мужественно наблюдал оттуда, как я ковыряюсь щепкой в зубах.