То ли упомянутое желание в Манфреде было изначально, то ли оно было заложено программой эволюции его психики, или же произошли некие внешние воздействия — всё за кадром. Но желание оформилось — и вот мы сидим за столом и беседуем больше трёх часов. Обсуждаем Эдельтрауд, её внешние данные, что и как надо делать. Манфред почему-то испытывает неловкость от того, что его жена может показаться… ну, не самой очаровательной на свете. Исподтишка показывает фотографии ещё и своей любовницы, хотя на нас в баре никто не смотрит. У меня создаётся впечатление, что он заранее извиняется передо мной за то, что жена, возможно, не соответствует тем ожиданиям, которые возникают при взгляде на него самого. Как в том анекдоте про мужа, заставшего жену в объятиях очень красивого любовника: «А моя-то могла бы и одеться получше, и причесаться. А то так перед доном Педро неудобно!»

Манфред давал понять: да, моя жена не настолько красива, как можно было бы предположить при моих внешних данных и положении в обществе. Так вот же, были у меня и красавицы. Но вот предпочёл её, сердцу не прикажешь. Зато она согласна выполнять мои фантазии, даже если они связаны… э-э-э… с небольшими неудобствами. Этим она лучше тех, а те были, как выразился Манфред, rassig. Расово правильные, по канонам Штейхера и Геббельса?

Я не интересуюсь его женой ни как личностью, ни как женщиной. Меня крайне волнует процесс, в котором впервые смогу принять участие и посмотреть, как такое происходит в реале. Мне было интересно само испытание; и я готовился получить новые ощущения. Мы договорились о времени и подробно — о сюжете будущей встречи.

Не буду давать свои впечатления в динамике — от фотографий, показанных в баре, вида связанного тела — до фактического полноценного знакомства и милой светской беседы на солнышке при свежем апрельском ветерке, которая имела место в дальнейшем. Опишу сразу внешность фрау. Честно говоря, это сложно. Очень стандартное лицо. Сейчас я бы её не узнал. В чертах лица нет резких переходов, всё как-то сглажено. Без какой-либо искры. Средняя фигура: немного плосковатый зад и «бутылочные» ноги. Есть небольшой женский животик. Да и лоно у неё, похабно говоря… было бы много шерсти, если б она его не брила.

«Чего ещё от тебя ждать, кроме похабщины», — скажет интерактивный читатель. Извините, не лицемер. Безо всякого политеса по мозгу в тот момент шваркнуло, когда это увидел, а я искренен до оскомины. Вот бывают такие дамы, что там брить ничего вообще не надо: лёгкий кучерявый флёр, таящий в себе нотки прекрасной интимной косметики. А у неё, видимо, много тестостерона. Даже если лобковые волосы брить, то всё равно следы весьма заметные. Да и самая медовая часть — увы, выглядит несколько… ну, скажем так, выпячено. Важный момент. Если там некрасиво, то…

Тот день… Манфред встретил на станции и отвёз несколько кварталов на автомобиле. Обычный типовой немецкий дом. «Она там. Наверху. Ждёт, когда я тебя привезу. Но я должен буду её подготовить. Согласно нашей договорённости».

Манфред сразу обозначил, что он хочет воспрепятствовать тому, чтобы она меня увидела, пусть даже и случайно. По сценарию я, кроме того, не должен давать никаких команд голосом. А то вдруг она признает во мне иностранца по акценту, и появятся вопросы. По легенде, я старый друг Манфреда из Магдебурга, которого он хочет посмотреть в этой роли и который вообще не знает, что она — его жена. Ну, так уж он придумал. Если такой плод его фантазии всецело подошёл для объяснения супруге, то зачем придумывать что-то более сложное? Однако проблема: если не давать команд голосом, то это ещё сильнее сужает возможности доминирования. Меня вот прикалывает смотреть, как нижняя принимает определённые позы именно по команде, без приложения рук для придания позы.

Я сообщил, что хочу принять душ, так принято в цивилизованном обществе. У них на первом этаже была гостевая комната со своим душем, куда меня и препроводил Манфред. Ещё мне хотелось для удобства переодеться в шорты «адидас», я тогда считал этот наряд достаточно сексуальным, да он таким и был в глазах целого поколения. Шорты синие, с голубыми полосками. Для кого-то тоже фетиш. Классика как она есть.

Ни в коем случае не для стимуляции Манфреда. И не для Эдельтрауд это было надето, она искусственным путём была лишена зрительного восприятия. Для стимуляции самого себя. «Эротические предметы одежды нужны для того, чтобы их хотелось снять партнёру», — скажет интерактивный читатель. Если на то пошло, то грязные штопаные рейтузы вызывают ещё большее желание их снять, поверьте. Дресс-код есть всегда, для подобных приключений его надо выбирать интуитивно, в книгах, посвящённых правилам хорошего тона, это не прописано.

Я специально после душа применил изрядное количество дезодоранта её мужа, стоявшего на полке, чтобы привычный ей аромат перешиб запах моего тела и успокоилось её обоняние. Правда, оросил лобок и руки ещё и из флакона с феромонами. Новшество для меня, попробовал впервые. Для кого старался? Кого хотел очаровать? Глупость та ещё! Хотя при иных обстоятельствах замечал, что действует, не фуфло.

Манфред наверху занимался «подготовкой», то есть фиксацией.

И вот я поднимаюсь по деревянной лестнице на второй этаж.

…Комната, где она ждёт. Тренажёрный зальчик рядом с их спальней. Окно плотно занавешено. Приглушённый свет от лампы, стоящей на полу у стены. Думал, это кровать такой странной формы, оказалось — специальный стол, позже объясню.

У неё не просто повязка на глазах — она ещё и обмотана серебристой фиксажной лентой вокруг головы. Во рту шаровой кляп. Она абсолютно обнажена. Первый взгляд: лобок она бреет, что было на тот момент у нас в стране скорее редкость. Это я, кстати, уже упомянул. Но что-то здесь есть ещё немного неожиданное, резкое, сразу внимание обращаешь. То есть во вторую очередь, после лобка. Вот что: руки зафиксированы жестоко, так обычно для игры не делают. Прямо-таки натуральное сходство с реальным изнасилованием. У меня даже неожиданно закрались сомнения: а вдруг и впрямь изнасилование и подстава? Но потом подумал, что Манфреду такое, в принципе, ни зачем не нужно. А подобная фиксация, скорее всего, нужна против её любопытства: а вдруг всё же захотела бы случайно посмотреть на партнёра? Теперь физически не получится. Руки стянуты красивым, ровно наложенным бандажом, при помощи довольно толстой — наверное, десятка в сечении — верёвки. Аккуратно и профессионально.

Как предстоящее должно выглядеть с её стороны? Да будь я на её месте, страшно было бы. Пришёл кто-то. Ни здравствуй ни прощай. Бессюжетнее не бывает. По сравнению с этим упомянутый сюжет с немецким водопроводчиком уже на «Оскар» тянет. Пришёл некто. Увидел частично обездвиженное женское тело, выпорол, поизмывался, трахнул, ушёл. Если вдуматься — сюр какой-то. Один из лейтмотивов моих рассказов: всё, что описываю, уже когда-то было и случалось не один раз. Нельзя в сексе изобрести ничего нового.

Какие ощущения у меня? Вообще-то очень любопытные. Тебе даётся не человек, а только тело. Она тебя воспринимает тоже только телом. Она тебя не видит, не слышит твоего голоса, потому что ты молчишь.

Манфред тоже разделся до трусов и сел на пуфик рядом с импровизированной кроватью; достаточно нехилое возбуждение, весьма заметно. А тело у него как у культуриста, как я уже упомянул. Если честно, он меня очень обламывал. Не само его присутствие, а его внешние данные. Высокий, сильный мужчина, красивый, вот и достоинство его явно больше, чем моё. В чём смысл ему на меня смотреть?

Аккуратная выставка девайсов на столике. Два стека, три ремня, кожаная плётка и три фаллоимитатора. Разложены как инструменты на салфетке у дантиста. Ещё были иголки, но я сразу замотал головой: пользоваться не умел, да и не прикалывало.

Интересно, а что она испытывает? Она что, думает, ей завязали глаза — и вот она, типа, в домике? Глаза не видят, а тело и душа полностью доверились и подчинились мужу, который управляет и контролирует незнакомца. Ведь это не доминирование над парой; только над ней, но с его подачи. Он зритель, а не второй нижний. И режиссёр тоже он. Он рядом, он её защитит, если неведомый чужак начнёт делать что-то неправильное. Она полностью доверяет мужу, раз согласилась. Так кто здесь осуществляет доминацию — я или он? Похоже, что он. Вот я и не в своей тарелке.