— Прости меня, — сказала я, глядя на пятна грязи на его свитере.

Принц приподнялся и усмехнулся.

— Простить? Ты выиграла!

— Но я сделала тебе больно.

Он медленно оторвался от земли и, подтянув колени к груди, сел.

— Я-то думал, что ты не азартная. А ты заключила сделку с самой природой!

Вокруг нас щит растаял.

— Это магия повышенного уровня сложности, — продолжил принц. — Где ты этому научилась?

Я тяжело села, чувствуя, как моя обеспокоенность за его состояние сменяется желанием сбежать.

— От бабушки.

Он не ответил и обернулся, глядя на толпу, которая направлялась к нам.

— Идем, нам лучше забрать свои вещи.

Я встала и подала принцу руку, но он справился сам, поднявшись на ноги так, будто и не ушибся. Я отстала на шаг, идя за ним к месту, где в траве лежали наши мечи. А к нам уже нес­лись Кристи, Гвен, Ти и Тэмми. Гвен вырвалась вперед и, визжа, обня­ла меня.

— Ты была великолепна! — Как всегда, она сразу же отстранилась, улыбаясь немного с сожалением, будто сама удивилась сказанному комплименту. — Как и вы, Ваше Высочество, — добавила она с напускной скромностью.

Принц, пристегивая ножны к поясу, сухо улыбнулся.

— В это же время в понедельник? Только я дважды на один и тот же трюк не попадусь.

Он улыбнулся, и я впервые заметила, каким задорным становилось его лицо, когда уголки губ поднимались вверх.

Я кивнула, хотя Гвен уже тащила меня в сторону. Она явно хотела посплетничать.

— Эй, Отэмн! — услышала я его голос и, остановившись, медленно повернулась. — У тебя определенно есть шансы.

Девочки захихикали. Я покраснела и, опустив голову, поспешила с ними прочь, пряча смущенную улыбку.

Глава 14

Отэмн

Принц слово сдержал. Из двух поединков, которые мы провели до следующей среды, один закончился его победой, а во втором мы оба оказались поверженными. Интерес зрителей не угасал, заманчивость опасности сменилась искренним любопытством. Для моих же друзей это стало возможностью поговорить с принцем за пределами класса.

В выходные после нашего первого поединка Нейтан не вышел на работу. Он даже не позвонил, и весь гнев начальства обрушился на меня.

К среде все понемногу уладилось. Изначальная шумиха, которая преследовала принца как тень, начала наконец утихать, хотя обсуждение моего титула все не прекращалось. Насмешки Валери стали менее жестокими, хотя она прилагала особые усилия, чтобы высмеять мое богатство. Но справиться с этим было мне под силу.

А вот с тем, что случилось в среду ночью, справиться я не могла.

Тик-так…

Я была в лесу, но звуки, которые повторялись снова и снова, издавали не деревья. Часы тикали не переставая, и таким же нескончаемым было бормотание, которое издавал мужчина. Я не слышала, кричала ли женщина, язвил ли мужчина.

Но я видела ее темные спутанные волосы, разведенные ноги, одна из которых опиралась на носок серебряной туфли, а другая была в запачканном грязью чулке. Чтобы не упасть, она опиралась на его тело.

Каждый раз, когда она преследовала меня во сне, я все больше убеждалась, что это Виолетта Ли.

Я злилась, но чувствовала и ее гнев. Я сделала два шага вперед, и тут ноги мои подкосились и я рухнула на землю, ощущая, как что-то теплое и липкое течет по внутренней поверхности бедра. А потом все потемнело…

Я видела очертания развевающегося плаща на фоне красновато-желтых пятен солнца, которое просвечивало через мои опущенные веки. Он, казалось, удалялся, становясь все меньше, пока не исчез совсем. Когда его не стало, тиканье часов послышалось громче. Оно сопровождалось шумом текущей в емкость воды. Звук усиливался, а свет становился все ярче. И так до тех пор, пока это не стало невыносимым… Тогда я проснулась и села на кровати.

В тот день в школу я не пошла. Через пять минут после пробуждения у меня началась мигрень, и аура моя была такой плохой, что я споткнулась на последних ступеньках, спускаясь за таблетками. Я проспала до обеда.

Даже после холодного душа мне казалось, что яркий свет из моего сна обжигает кожу, поэтому я надела только короткие шорты и майку. День шел медленно, но я не делала домашнюю работу, как собиралась. Я ничего не могла делать, кроме как свернуться калачиком на кровати и анализировать этот сон и все предыдущие. Все они были слишком реальными.

Около четырех часов до меня донесся звук подъезжающей машины, а затем я услышала, как открылась и закрылась дверь калитки. У меня душа ушла в пятки. Родители говорили, что могут приехать домой раньше обычного, а я должна была только вернуться из школы. Я нырнула в шкаф, вытащила и скомкала свежую рубашку, и тут раздался звонок в дверь, которая была закрыта на цепочку. Значит, мне придется спуститься и открыть им. Я швырнула рубашку на гору грязного белья у двери их спальни и набросила потертый и уже совсем короткий шелковый халат, чтобы сделать вид, что только переоделась. Я носила его с двенадцати лет, и пояс уже давно потерялся, так что я не стала запахивать его. Когда я уже спускалась по ступенькам, в дверь снова позвонили.

— Иду, — раздраженно сказала я скорее себе, чем им. За последние несколько дней мне стало слишком просто забывать о родителях.

Я повернула ключ, сняла цепочку и открыла дверь, надеясь, что долго они меня задерживать не станут. И замерла на месте.

Шокированный принц отступил на шаг назад. За время, которое понадобилось мне на то, чтобы осознать происходящее, он все успел разглядеть, хотя, дико краснея, явно пытался отвести взгляд в сторону. Я почувствовала, как мои щеки залились краской, и схватилась за дверь с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

— Что ты здесь делаешь? — наконец спросила я, понимая, что нужно бы запахнуться. Но от того, что я соединила полы халата, ничего не изменилось — он едва прикрывал мои крохотные шорты, но был слишком маленьким, чтобы сойтись на груди, и я вдруг отчетливо осознала, что на мне нет бюстгальтера.

— Я принес домашнее задание. Его, разумеется, задал Силайа.

Он крепко держал бумаги, хотя я протянула руку, чтобы взять их. Я опустила руку, понимая, что мой халат снова распахнулся.

— Можно мне войти? — спросил он, заглядывая мне через плечо.

— Нет.

Он пожал плечами.

— Хорошо, тогда я останусь здесь.

Я подняла глаза к небу, будто просила дать мне сил.

— Хорошо, — выдохнула я, открывая дверь шире. — Я только пойду… — Я указала на себя и, убегая, махнула рукой в сторону второго этажа.

— Я не против того, что на тебе надето! — крикнул он мне вслед.

Я собрала все свои силы, чтобы не грохнуть дверью. Мои глаза широко открылись от стыда. Простояв, опершись на дверь, несколько секунд и заставляя себя глубоко дышать, я начала всерьез задумываться о том, чтобы вообще не спускаться вниз.

Принц Атенеа стоял в кухне в моем крошечном доме, а я только что встретила его чуть ли не в нижнем белье.

В зеркале я видела, что мои щеки настолько красные, словно обгорели, а от переизбытка стресса кожа, казалось, вот-вот лопнет. Идею воспользоваться тональным кремом я быстро отмела. Мне не хотелось, чтобы принц думал, будто я стараюсь специально для него, как другие девочки в школе. Я вообще не хотела, чтобы он о чем-то думал. Мне просто нужно было, чтобы он ушел из моего дома.

Я надела джинсы, бюстгальтер и тонкий свитер. Мои волосы были в своем естественном состоянии: лежали плотными волнами и завивались кудрями. Но выпрямлять их при помощи магии было слишком очевидным усилием.

Я могу просто вылезти в окно и спуститься по дереву.

Это не сложно, а кухня выходит на противоположную сторону дома, он меня не увидит.

Или я могу улететь.

Став коленями на подоконник, я перебирала разные варианты. Мне было видно припаркованный «мерседес», который стоял слева от того места, где заканчивался наш сад, — даже в относительно состоятельном районе он выглядел неуместным.