Впрочем, как бы то ни было, к грязной и обшарпанной ратуше, больше похожей на недоделанный амбар, нас привели. Что дальше?

А дальше, как оказалось, нам надо отловить первого попавшегося клыкастого, обитающего в этом славном безымянном городке (нет, название у города, конечно, было, вот только оно меня не интересовало, ну никак), и вытрясти из него всю необходимую информацию, а потом… А потом топать обратно к порту – искать корабль, на котором мы сможем добраться до соседнего материка, поскольку порталы, будь то стационарные блямбы или индивидуальные заклятия, перебросить через такой объем воды не смогут! Агрр… Вот зачем, зачем мы тогда уходили из порта? Чтобы сразу же в него и вернуться?!

Убью!

Эльфеныш, увернувшись от моих кровожадно протянутых к его цыплячьей шее рук, окрысился в ответ:

– А что ты предлагаешь – налететь на какого-нибудь пирата, который, стоит кораблю отплыть от берега, отправит нас за борт? Ты совсем идиот или прикидываешься?

Пришлось искать эльфов…

Через тройку сеадов Дайнэлан опять ухитрился завести нас в порт, а я уже готов был рычать – длинноухих обитателей города мы так и не нашли. Вообще! Зато мы повстречали множество других нелюдей. А если говорить точнее, то на нашем извилистом пути нам попалось четыре сильфа, две сильфиды, десяток гномов и двадцать одна нимфа. Последних Лэй провожал недобрыми взглядами.

– Эльфы и нимфы… В общем, наши расы не любят друг друга, – скривившись, пояснил княжич в ответ на мой недоумевающий взгляд. – Нимфы не принимают существование нир-аш-алэ, а мы не можем понять, как растения могут убивать разумных? Это противоестественно!

Конфликт интересов во всей своей красе. Надеюсь только, что меня в него не впутают.

В процессе поисков мы вывалились на какой-то пустынный причал, возле которого был пришвартован изящный небольшой корабль. Уж на что я не разбираюсь в парусниках – в жизни не отличу галеру от галеона! – но тут замер в немом восхищении. Красота-то какая!

Даже Миледи, которая, казалось, впала в анабиоз, активно закопошилась у меня за пазухой, так что пришлось ее выпускать, чтобы она смогла вскарабкаться на мое плечо и полюбоваться открывшимся видом. Красиво…

А эльфеныш – тот вообще подпрыгнул в седле с радостным воплем.

– Это эльфийский корабль! – пояснил он в ответ на мой недоумевающий взгляд. – Ты понимаешь? Не нужно больше ничего искать и бегать по городу! Сейчас я поговорю с капитаном – и все будет хорошо.

Спрыгнув со спины своего четырехкопытного транспорта, Лэй перехватил коня за повод и смело пошел вперед. Тяжко вздохнув, я в свою очередь тоже сполз с Психа, стараясь при этом не стряхнуть неловким движением со своего плеча опять заснувшую Миледи, и пошагал за княжичем. Вот не сидится ему… Если эльфенышу сейчас надают по острым ушам в наказание за беспокойство, я буду только за! Раз иным, цивилизованным способом до этого индивида не достучаться.

– Дайнэлан?! – внезапно раздался за спиной звонкий голос, полный неприкрытого изумления. – Ты что тут забыл?!

Резко развернувшись, я обнаружил за своей спиной совсем юную симпатичную эльфиечку с огромными синими глазами, темно-русыми волосами и тонкой фигуркой. Это еще кто? Еще одна жертва эс'зеар, решившая сбежать из дома раньше положенного срока?

– Мама? – вылупился в ответ на девушку эльфеныш. – А ты что тут делаешь?!

Я оцепенел в немом изумлении. Это что – княгиня?!

Все. Тушите свет!

– Рэс'сэй, – тихо обратился к стоящему около алтаря жрецу храма Имиаллы молодой служка, – там вас хочет видеть один человек…

– Проводи его сюда, Тарик, – важно кивнул седовласый гном в золотистом одеянии служителя золотой богини и аккуратно огладил недлинную, тщательно расчесанную бороду.

– Хорошо, – склонился в уважительном поклоне служка и скрылся в тенях, чтобы через несколько атисс вернуться, ведя за собой нервно вздрагивающего человека с повязкой на глазу, по виду – типичного уличного бандита. Вот только оружия при одноглазом не было, а на дне единственного глаза плескался животный страх. Что с ним произошло?

Странно… Обычно в храм Имиаллы подобные типы не ходят, предпочитая дома сапфирового бога или алой богини. Так что ему тут понадобилось?

– Я слушаю тебя, просящий, – величаво повернулся к человеку жрец. – Какое у тебя дело к Имиалле?

– Я, – одноглазый судорожно сглотнул. – Я… Мое имя Арис Вариун, и я… Я хочу положить свою жизнь на алтарь служения Имиалле! – выпалил он и, испуганно зажмурившись, втянул голову в плечи, словно ожидая, что золотая богиня покарает нечестивца с руками по локоть в крови, осмелившегося предложить ей свое служение…

Но подобного не произошло. Вместо этого на дне плоской золотой чаши, стоящей на алтаре, ярко вспыхнул небольшой огонек, показывая, что богиня услышала слова своего нового служителя и приняла его к себе, не интересуясь в этот раз мнением своих жрецов.

Гном был поражен. Всего однажды, уже много лет назад, он видел, как нищий с улицы зашел в храм и предложил свое служение богине. Тогда, прежде чем разозленные подобной непочтительностью жрецы вышвырнули побирушку из храма, на алтаре вспыхнул золотой огонь, показывая, что богине угодна служба безродного бродяги, которого с детства звали Харраха. Ныне этот бродяга является одним из верховных служителей Имиаллы – вот только новое имя себе выбирать отказался, так и оставив нелестное прозвище.

А теперь Имиалле угодна служба этого разбойника… Что ж, очевидно, богиня разглядела в нем куда больше, чем может увидеть простой смертный.

– Зачем тебе это? – все-таки спросил он у одноглазого.

– Я сегодня слишком многое осознал, чтобы и дальше продолжать жить так, как сейчас, – тихо сказал человек, нервно передергивая плечами, словно от пережитого ужаса. – Мне преподали слишком жестокий урок.

– Хорошо, – только и мог что кивнуть так ничего и не понявший гном и позвал: – Тарик!

Через несколько иссов из темноты вынырнул служка.

– Ты видел, что тут произошло? – обратился жрец к юноше. Тот в ответ только кивнул. – Тогда отведи господина Ариса в свободную комнату, где он сможет принять ванну и подобающе одеться. После чего проводи его сюда.

– Хорошо, – кивнул Тарик и, повернувшись к одноглазому, чье лицо теперь выражало абсолютную безмятежность и покой, пригласил: – Следуйте за мной.

Проводив уходящего человека взглядом, рэс'сэй покачал головой. Странные дела в последнее время творятся под этими небесами, очень странные…

Глава 2

Йо-хо-хо! И бутылка рома!

Пиратская песня

– Хозя-ик-ин! Еще вина! – запинаясь и икая через слово, проорал на весь кабак Лэй.

– Лэй, а тебе не хватит? – опасливо поинтересовался я, косясь на стоящую перед эльфенышем огромную пустую кружку. Пятую за сегодняшний вечер. – Лопнешь же!

– Не… ик! Лопну! – с пьяной убежденностью заверил меня нахлеставшийся дешевого, отдающего сивухой вина эльфеныш. Ой, у кого-то завтра голова болеть будет… – Хозяин! Ик! – внезапно взревел мелкий остроухий иерихонской трубой, заставив меня подпрыгнуть на стуле от неожиданности и до полусмерти перепугав своими воплем немногочисленных поздних посетителей портового злачного заведения. – Еще вина! Нет, сильфийскую настойку та-ик-щи! Полную кружку! Живо!

Маленький, толстенький, аки колобок, кабатчик, опасливо косясь одним глазом на недовольно отстукивающего когтями по столешнице бравурный марш меня, поставил перед княжичем сразу две кружки. Одну с вином, а из второй так несло спиртом, что даже у меня заслезились глаза, хоть я и сидел с противоположной стороны немаленьких размеров стола. Это надо пить или поджигать?!

Прежде чем эльфеныш протянул свои загребущие лапки, я цапнул со стола кружку с непонятной настойкой и подтащил к себе. Не, эльфу больше не наливать… Иначе я его потом не откачаю!

– Эй! Ку-ик-да?! – возмутился Лэй, обнажив в оскале клыки. Ну-ну. Поскалься мне тут еще – враз напомню, кто я такой и почему на меня не рекомендуется скалиться. До конца эс'зеар будешь себе новую челюсть отращивать!